Викинги. Быт, религия, культура
Шрифт:
«Конунг подозвал Хальвдана и Гутхорма и спросил Гутхорма:
— Что бы тебе больше всего хотелось иметь?
— Поля, — ответил тот. Конунг спросил:
— А большие ли поля? Тот ответил:
— Я хочу, чтобы каждое лето засевался весь этот мыс. А на том мысу было десять дворов. Конунг сказал:
— Да, много хлеба там могло бы вырасти.
Потом он спросил Хальвдана, что бы тот больше всего хотел иметь.
— Коров, — ответил тот.
— А сколько же ты хочешь коров? — спросил конунг.
— Столько, что, когда они приходили бы на водопой, они стояли бы вплотную вокруг этого озерка.
Конунг сказал:
— Вы оба хотите иметь большое хозяйство. Таким же был и ваш отец.
Потом
— А что бы тебе больше всего хотелось иметь? Тот отвечает:
— Дружинников.
— А сколько же ты хочешь дружинников?
— Столько, чтобы они в один присест могли съесть всех коров моего брата Хальвдана.
Конунг улыбнулся и сказал Асте:
— Из него, мать, ты, верно, вырастишь конунга».
Олав был совершенно прав, поскольку мальчик, когда вырос, стал королем Харальдом Хардрадом, чья полная приключений жизнь окончилась в 1066 году в Англии, в битве при Стэмфорд-Бридж.
По закону в 12 лет мальчик становился взрослым. Как правило, он оставался дома еще в течение нескольких лет, но иногда мог отправиться с викингами в поход даже в таком раннем возрасте: например, святому Олаву было только 12, когда он попал на корабль, которым командовал его приемный отец, и еще подростком (все юношеские годы он провел в набегах) сам стал вождем. Большинство молодых людей, собрав богатство за годы разбоя, возвращались домой, чтобы вести спокойную крестьянскую жизнь. Местные условия определяли, возвращался ли женатый сын в дом отца, строил ли новый дом рядом с его домом (как в Ярлсхофе) или перемещался на несколько миль от него (как обыкновенно бывало в Исландии). Конечно, многие решали поселиться за морем, и там к ним присоединялись их родственники. Другие проводили большую часть жизни, сражаясь на службе у того или другого вождя, и уже никогда не возвращались к сельскому хозяйству.
Хотя, конечно, семья и была очень важна, в жизни викингов играли большую роль и другие отношения. О связи между вождем и дружинником будет рассказано ниже. Существовали и взаимные обязательства между хозяином и гостем, а также такие, которые подарок налагал на того, кто его получил.
В Скандинавии, как и в Древней Греции, подарок означал нечто гораздо большее, чем простая любезность: он фиксировал взаимные обязательства (господина и дружинника, хозяина и гостя, друга и друга); он приносил честь получателю и обязывал его ответить подобающим образом — либо подарив в ответ какую-либо материальную ценность, или, чаще, давая дарителю защиту, помощь и верность, поскольку, как гласила скандинавская пословица, «подарок всегда ищет отдарок».
Дружба очень ценилась. Те, кто хотел этого, могли сделать дружбу столь же вечной, как и кровные узы, торжественно заключив кровное побратимство. Буквально у скандинавов это «побратимство» называлось тем же словом, что и отношения тех, кто воспитывался вместе в приемной семье, но это только так говорилось: кровными побратимами становились взрослые люди, хотя побратимство и напоминало связи между ребенком и его приемной семьей, поскольку оно устанавливало связи, аналогичные кровному родству. Есть много рассказов об этой церемонии; самый лучший можно найти в «Саге о Гисли»:
«Вот идут они на самую стрелку косы и вырезают длинный пласт дерна [то есть длинную полосу, образовывавшую почти полный круг], так что оба края его соединяются с землей, ставят под него копье с тайными знаками, такой длины, что стоя как раз можно достать рукою до того места, где наконечник крепится к древку. Им… надо было всем четверым пройти под дерном. Потом они пускают себе кровь, так что она течет, смешиваясь, в землю, выкопанную из-под дерна, и перемешивают все это, кровь и землю. А потом опускаются все на колени и клянутся мстить друг за друга, как брат за брата, и призывают в свидетели всех богов. Но когда
25
Здесь и далее «Сага о Гисли» цитируется в переводе О.А. Смирницкой.
Символизм вполне очевиден: арка-петля из торфа символизирует лоно Матери-Земли, через которое проходят друзья, чтобы снова «родиться» уже как братья; они смешивают в земле свою кровь как знак того, что теперь они одной крови и приносят клятву. Тем самым они берут на себя обязательства, соответствующие их новому «родству», и подтверждают их, подавая друг другу руки — обычное завершение всех сделок.
Таковы были отношения, обычно связывавшие человека с ближайшим кругом тех, кто был равен ему, с его семьей и друзьями. В то же самое время, хотя общество викингов отнюдь не делилось на классы так четко, как во многих других культурах, человек должен был занять свое место в простой социальной иерархии. В прошлом зачастую существовала наивная тенденция рисовать жизнь викингов как некую демократическую идиллию, где весь уклад определялся только совместными решениями всех свободных мужей, которые принимались после споров и вынесения приговоров на тингах (собраниях). На самом деле, как будет показано ниже, юридические и политические решения тингов были в руках местных вождей и исход споров решала отнюдь не абстрактная справедливость, а сила. Конечно, вполне очевиден яркий контраст между Скандинавией и исключительным социальным неравенством в феодальной Европе, и точно так же очевидно, что средний викинг во многом был предприимчивым индивидуалистом. Тем не менее, мир викингов отнюдь не был миром, где все люди равны.
Есть даже одна исландская поэма — «Песнь о Риге», которая целиком посвящена классовым различиям и их происхождению. Там рассказывается, как бог по имени Риг бродил по свету и посетил три дома, в каждом из которых он делил стол и постель с хозяином и хозяйкой дома и зачал сына, который стал предком целого класса людей. Первый дом — это простая хижина, еда в которой — хлеб из грубо смолотой муки с отрубями и простая похлебка. Зачатого там сына назвали Трэль (Раб):
Кожа в морщинах была на руках, узловаты суставы, толстые пальцы и длинные пятки, был он сутул и лицом безобразен.
Затем Трэль соединяется с Тир (Рабыней), которая выглядит соответственным образом, и множество их детей обречены на тяжкий труд:
Удобряли поля, строили тыны, торф добывали, кормили свиней, коз стерегли.
Затем Риг посещает добротно построенный дом, где могучий, хорошо одетый хозяин мастерит прялку, в то время как его жена в безрукавке и украшениях занимается прядением. Здесь Ригу подали тушеную телятину и сладости, и он зачал розовощекого мальчика по имени Карл (Крестьянин), который ведет крестьянскую жизнь:
Быков приручал, и сохи он ладил, строил дома, возводил сараи, делал повозки, и землю пахал.
Крестьянин женится на Снёр (Снохе), которая ходит в льняной рубашке и одежде из козьей шерсти и владеет связкой ключей. Их сыновья носят такие имена, как Боец, Дружинник, Земледелец, Кузнец и Землевладелец, и от них происходят все крестьяне.
Наконец, Риг приходит в большой зал, где очень богато одетые мужчина и женщина сидят без дела и смотрят в глаза друг другу. Здесь ему подают пшеничный хлеб, жареную свинину и дичь на серебряных тарелках; они пьют вино из отделанной серебром кружки. Сына, которого он зачал здесь, назвали Ярлом: