Владыка Черных Песков 2. Расколотые небеса
Шрифт:
– Мне нужен муж, а не какой-то герой!
– По щекам Мары все же потекли горькие слезы бессилия и отчаяния.
– А Тирано нужен отец, а не истории о его подвигах.
Теленок, которому перед отбытием дали снотворного, беспокойно завозился на руках у матери и заворчал. Его белая шерстка ярко контрастировала с темно-синим комбинезоном, маленькие рожки были тупыми, а сонная мордочка вызывала умиленную улыбку даже в столь непростое время.
– Пойми... я просто не могу все бросить и уйти.
– Ромеро потер подушечками пальцев виски и взглянул в глаза жены твердым спокойным
– Пока ты и Тирано живы, мне есть, ради чего жить и к кому возвращаться. Поверь: пока в этом мире для вас есть угроза, я просто не могу себе позволить проиграть и умереть... Так что, тебе от меня не отделаться.
– Дурак ты.
– Всхлипнув, телочка сделала шаг вперед и лбом уткнулась в нагрудник силовой брони.
– Не смей умирать... Слышишь?
– Все будет хорошо, как и всегда.
– Бык приобнял супругу и зарылся мордой в светлые волосы.
– Разве я тебя когда-нибудь обманывал?
Пару минут они стояли, ни о чем не говоря и никуда не спеша, стараясь запомнить эти мгновения, утекающие с неумолимостью воды, просачивающейся сквозь пальцы. Наконец, Ромеро отстранился и, правой рукой приподняв мордочку Мары, произнес:
– Вам пора...
– Но...
– Телочка моргнула пару раз, стряхивая с ресниц прозрачные капли влаги.
– Дирижабль отлетает через четыре минуты.
– Бык запустил левую руку в подсумок, висящий на поясе, и извлек из него револьвер, которым его наградили за доблестную службу на войне с Зебрикой и который едва не стал орудием самоубийства.
– Пусть он будет у тебя.
Коротко кивнув, Мара проверила предохранитель и сунула оружие в карман комбинезона. Секунду поколебавшись, она протянула левую руку и, схватив мужа за рог, заставила наклониться, чтобы впиться в губы крепким и жадным поцелуем.
Мгновения растянулись на субъективные минуты, так что Ромеро даже представить себе не мог, сколько именно прошло времени, прежде чем их уста разомкнулись, а затем Мара резко развернулась и, не сказав ни слова, побежала к трапу одного из дирижаблей. Сына она по прежнему прижимала к себе, теперь уже обхватив обеими руками, словно бы спящий теленок был ценной хрупкой вазой, которая может разбиться от любого неосторожного действия.
"Она у меня сильная: со всем справится...".
– И не стыдно тебе жене врать?
– Раздался голос одного из подчиненных, который подкрался к командиру, пока тот витал в облаках.
– Не стыдно.
– Сухо ответил Ромеро.
– Тем более, пока "маршал" не будет уничтожен, я умирать не собираюсь.
– Смелые слова.
– Из снующей толпы минотавров, словно ледокол из бурного моря, выступил один из напарников, с которым они состояли в музыкальной группе.
– Я бы сказал, что хочу прожить еще больше, но учитывая нашу роль в плане, это было бы верхом самоуверенности.
– Что за пораженческие настроения?
– Командир полка легкой мобильной артиллерии деланно весело оскалился.
– Нам ли бояться каких-то железяк?
– Это да.
– Приятель отзеркалил выражение морды Ромеро.
– Главное чтобы союзники не подвели. Знаешь, а я слышал слух, что нас в бой поведет восставшая из мертвых легенда...
***
Тореро
Дверь, ведущая в комнату госпиталя, оборудованного прямо на борту самолета, с щелчком и тихим скрипом петель открылась. Взгляду быка, когда-то прозванного "архипредатель", предстали минотавр в белом халате и двое крупных мордоворотов, по видимому исполняющих роли санитаров.
"Думают я буянить буду из-за того, что они эту мерзость из моей головы вытащили? Правильно думают, буянить я буду, но совсем по другой причине".
– Доктор, я смогу играть на пианино?
– Голос хрипел, так что слова приходилось выдавливать из себя с усилием.
– Хм...
– Врач удивился и, зайдя в импровизированную палату, жестом велел "санитарам" встать по бокам от кушетки.
– Думаю, что сможете.
– Да вы волшебник, доктор.
– Бывший командующий армии Республики оскалился в усмешке.
– А ведь раньше не мог.
– Шутите?
– Врач нахмурился.
– Чувство юмора это хорошо...
Не успели санитары опомниться, как кулаки Тореро (незаметно освободившего руки от сковывающих движения ремней), врезались им между ног, заставив согнуться пополам, чтобы схватившийся за их рога бывший гладиатор стукнул противников головами.
"Идиоты. Где таких только набрали? И где искры из глаз? Непорядок".
Пока тела "санитаров" оседали, Тореро окончательно избавился от пут и оказался рядом с врачем, так и не успевшим добраться до двери. Пальцы левой руки мертвой хваткой вцепились в горло жертвы и беглый раб спросил:
– Где моя сумка?
Ответом ему был сдавленный хрип, к которому добавились начавшие закатываться глаза.
Однако же, более ничего Тореро предпринять не успел, так как в дверном проеме появился минотавр в черном мундире, вооруженный двумя пистолетами. Не говоря ни слова, он спустил оба курка и в торс нарушителя спокойствия воткнулись две иглы, на концах которых находились маленькие ампулы.
"Уже лучше: хотя бы подстраховкой озаботились... бездари".
Тело внезапно стало очень тяжелым, веки закрылись и сознание погрузилось в ласковую темноту...
(Конец отступления).
Примечание к части
Мне стыдно...
Жду отзывов.
НАЧАЛО КОНЦА 3
При помощи кристаллов-накопителей и кольца, надетого на рог, которое позволяло создать резонансное заклинание даже чародею-новичку, Трес создал стабильный портал, дотянувшийся до самых границ барьера, блокирующего пространственную магию. Самого перемещения я практически не заметил, лишь сделал один шаг, а в следующую секунду уже практически выпал на заснеженную вершину горы. Вместе со мной появились Солярис, закованный в силовую броню, Луна в артефактных доспехах, Шайнинг Армор и Кросс Бук. Замыкали процессию Астрал и Жоан.