Волшебная Башня
Шрифт:
— Но это вопрос жизни и смерти! — соврала Уна. — Я должна поговорить с ним до спектакля.
Служитель двинулся вперед. Уна напряглась, когда тот грозно подпер бока ручищами. Нервы были на пределе, когда мужчина наклонился, приблизив лицо вплотную к девушке. Она смогла почувствовать дыхание — от рабочего за версту несло мятой.
— Ты можешь передать сообщение мне, крошка. А я передам мистеру Блиноффу. Поверь мне.
Лицо мужчины все еще оставалось в темноте кулис, тем не менее, свет попал в его глаза. Они искрились, и девушка наклонила
— Будьте добры, соблюдайте дистанцию, сэр, — отреагировал ворон, угрожающе нахохлившись на плече у хозяйки.
Мужчина не обратил на него внимания и не отступил. Мятная вонь окутала все вокруг.
— Просто расскажи мне, что хотела, дорогуша. Я передам. И давай быстрей. Мы тут не в бирюльки играем.
— Боюсь, это невозможно, — ответила Уна.
— Что невозможно? — не понял служитель.
— Невозможно передать через вас сообщение мистеру Блиноффу, — объяснила сыщица. — Потому что невозможно передать сообщение самому себе.
Работник отстранился и заморгал:
— Что ты несешь?
— Вы и есть Альберт Блиноф! — заявила Уна. — Многоликий Мастер. Я узнала вас.
Мужчина выпрямился по струнке:
— Это невозможно. Как? То есть, хм, ты ошибаешься... Я техник. Работаю тут за кулисами, крошка.
Он поиграл мышцами в доказательство своих слов.
— Я узнала ваш взгляд, — продолжила Уна. — Вы очень талантливы. Необыкновенно. Но единственное, что вы не можете изменить в вашем облике — это глаза. Эту вашу особенность я заметила вчера во время встречи в холле, когда вы преобразились в моего дядюшку. Вы выглядели точь-в-точь как он... Все, за исключением взгляда. Все бы ничего, пока я не увидела вас сегодня в темноте, без всех этих ваших чудесных образов, которые могли бы отвлечь. И я поняла, что видела эти глаза раньше. Конечно, я говорю о глазах мадам Романии из Румынии, чье лицо было замотано в тряпье. Именно это и запах мяты, которую вы так любите, и выдало вас.
Мужчина не сразу пришел в себя и окаменел, лицо его все еще было в тени, но Уна различила в полумраке тот самый взгляд. Глаза работника сначала округлились, а затем забегали в недоумении.
Наконец он заговорил:.
— Невероятно! За всю карьеру никто ни разу не раскусил мою маскировку.
Он сел на пол, понурив голову.
— А сейчас, мистер Блинофф, — потребовала сыщица, — я обязана спросить, зачем вы притворились цыганкой и наплели мне эту чушь про чашу-оракул?
Альберт Блинофф не поднимал глаз, продолжая сидеть в полумраке театрального закулисья. Гомон из зрительного зала разносился по коридорам.
— Меня наняли, — тихо прошептал актер. — Мне дали строгие инструкции: переодеться в цыганку, чтоб и подвоха никто не заметил, упомянуть чашу, и особенно настояли, чтобы я произнес «Ты не ответственна за то бремя, которое несешь». Мне надо было убедить тебя в существовании чаши, а затем разыграть ее пропажу на твоих глазах. Если бы я выполнил работу, я получил бы кругленькую
— Кто вас подговорил? — потребовала девушка выдать заговорщиков. — Расскажите правду, и я обещаю не обращаться в полицию.
Мистер Блинофф внезапно поднял голову.
— В полицию? Что я сделал не так? Я просто изображал старуху и говорил какие-то предсказания. Закон этого не запрещает.
Уна задумалась на некоторое время. Блинофф был прав — все было в рамках закона. Как ни старалась, но она не нашла к чему можно было бы придраться. Кроме, пожалуй, нее самой, за то, что была такой доверчивой с самого начала. Ей следовало бы прислушиваться к Дьякону и дядюшке. Но мысль о том, чтобы освободиться от чувства вины, взяла верх над здравым смыслом.
— Кто вас нанял, чтобы отвлечь меня этими сумасбродными затеями, мистер Блинофф? — требовала девушка, не в силах скрыть свою злость. Она наклонилась вперед, поедая сидящего мужчину взглядом точно так же, как делал давеча он. — Тот, кто подговорил вас, больше всего хотел, чтобы я сосредоточила свои усилия на безнадежной загадке вместо соревнований, — подытожила сыщица. — Дайте-ка угадаю. Это Исидора Айри?
Актер покачал головой.
— Нет? — удивилась Уна. — Тогда, возможно, ее матушка, мадам Айри?
Снова многоликий мастер отрицательно покачал головой.
— Тогда кто? Родерик? — продолжала допытываться сыщица. — Или, может быть...
Девушка замолчала, когда поняла всю правду. Она хлопнула себя по лбу.
— Почему я сразу не догадалась?! Сэр Балтимор! Он нанял вас, чтобы отвлечь меня историей, той самой историей из книги неизвестных сказок, которую сэр Балтимор так часто читал своей дочери. Дьякон, помнишь, как Адлер Айри рассказывал, что сэр Балтимор сделал крупную ставку на состязания?
Дьякон щелкнул клювом, прежде чем ответить:
— Сэр Балтимор знал, что ты самый сильный соперник. Он нанял мистера Блиноффа, чтобы отвлечь тебя всем этим вздором о волшебных чашах, чтоб его сын, Родерик, выиграл.
Мистер Блинофф оттолкнувшись от пола поднялся и глубоко вздохнул.
— Ну, кажется, ты разобралась во всем сама и поэтому, если у тебя все...
Он попытался пройти мимо Уны на сцену.
— Минуточку, — остановила Блиноффа сыщица, преградив ему путь. — Я еще не все выяснила. Например, о кольце...
Брови артиста поползли вверх, и девушка смогла убедиться, что тот определенно понял, о каком кольце она говорит:
— Ты имеешь в виду кольцо портнихи? — уточнил прощелыга. — Ты его нашла, не так ли? Балтимор сказал, что ты сообразишь. Ладно, вижу, это больше не секрет. Я расскажу. Кольцо — моих рук дело, но не совсем моя идея.
— Как так? — не поняла Уна.
— Ну, портниха, мадам Айри, зашла в мой фургон во время вечеринки, чтобы погадать на ладони. Я не раз уже играл цыганку и довольно убедительно предсказываю будущее.