Война на Донбассе
Шрифт:
Было бы наивно думать, что люди, наживающиеся на войне, заинтересованы в прекращении войны. Пока будет существовать капитал, будут войны.
В свое время классики марксизма сделали вывод о том, что рабочий класс, пролетариат — единственный класс, способный покончить с капитализмом и открыть дорогу к новому обществу, обществу без эксплуатации человека человеком, без угнетения одних классов другими, без войн, без специального аппарата насилия, именуемого государством.
Это утопия, — скажут сторонники либерализма. Ведь уничтожение эксплуатации человека человеком означает на самом деле просто ограничение личной инициативы, уравниловку, тоталитаризм. С другой стороны, либерально настроенный человек в принципе
Оппоненты либералов, так называемые левые, возмущаться выводами классиков марксизма, конечно, не будут — это не принято в их среде. Они будут, скорее, сокрушаться по поводу того, что этот самый пролетариат, рабочий класс отнюдь не спешит покончить с капитализмом, и, похоже, даже не догадывается о своей "исторической миссии".
Но мы добавим несколько интересных наблюдений. К примеру, такое. Воюющая в интересующей нас войне на Донбассе украинская армия, за исключением "батальонов Коломойского" и подразделений, набиравшихся по сходному принципу (некоторые батальоны территориальной обороны типа "Киев-1", одесский "Шторм" и т. д., добровольческие батальоны Национальной гвардии, набиравшиеся из числа участников Майдана и т. п.), является всплошную "рабоче-крестьянской".
Это касается как армейских бригад, развернутых на основе набора резервистов, так и тех частей, которые составлены на основе контрактников и срочников, поскольку никакой "средний класс" своих детей в армию не отправляет уже лет двадцать. Причем, заметьте, что основные потери в так называемой АТО несут отнюдь не "добровольцы", а именно "рабоче-крестьянские" части, которых просто нахальнейшим образом пускают "на мясо". Именно на такой тактике был построен план "прикрытия границы". Части, задействованные для этого самого "прикрытия", бросили на произвол судьбы, стараясь из этой их печальной судьбы извлечь максимальный пропагандистский эффект — мол, смотрите, наших хлопцев убивают. При этом никаких усилий к их спасению не предпринималось. Мало того, им не только не давали приказа пробиваться из окружения, но и открывали уголовные дела на тех командиров, которые вывели свои подразделения из-под огня.
Сработал тот же принцип, что и с "небесной сотней", в списках которой "случайным образом" в полном противоречии с логикой работы снайперов (которые для того и предназначены, чтобы убивать руководителей), не оказалось не только ни одного руководителя Евромайдана или хотя бы депутата Верховной Рады, но даже ни одного члена Правого сектора, который будто бы был "боевым авангардом Майдана".
Власть не просто действует с классовой точки зрения, но и всячески старается подчеркнуть свой классовый подход.
Мы уже писали о так называемом военном налоге, который решили взимать с зарплат и даже с пенсий и стипендий. При этом платить его не будут не только крупные, но даже мелкие бизнесмены. Такое впечатление, что авторы этого закона специально хотели преподать урок классового сознания для населения Украины.
Но даже самые нахальные "уроки классового подхода", которые преподает власть, усваиваются небыстро. Это не значит, что они не усваиваются вовсе. Просто происходит это постепенно и в основном не через голову. Так было и в прошлых мировых войнах, так оно происходит и сейчас.
Поначалу украинское руководство говорило, что не только срочников, но даже и мобилизованных посылать на АТО не будут. Сейчас их уже вовсю посылают, в том числе и тех срочников, у кого весной срок службы закончился. При этом никто не собирается менять мобилизованных, которым сначала сказали, что их берут на 10 дней, потом, что на 2 месяца. Сейчас вообще ничего не говорят о сроках.
Много
В результате Западная Украина восстала против мобилизации — и воевать там уже никто не хочет. Телевизионные ура-патриоты по обе стороны экрана даже отказываются в это верить. Ведь было так здорово — "настоящие украинцы" из Галичины так "картинно" (в смысле, удобно для формирования подходящей телевизионной картинки) отдавали свои жизни за неньку-Украину и тут вдруг, как только все расслабились, считая, что они будут отдавать их "до победного конца" — они перехотели воевать. Совсем. Поистине "разрыв шаблона".
В этой связи вспоминается история, которую рассказал Аркадий Гайдар в повести "Школа". Когда ему было лет 12, к ним в Арзамас по дороге с фронта заехал однополчанин отца. Будучи патриотом, и чтобы показать свою "взрослость", юный герой задал тому вопрос: "Ну, как у нас на фронте, как идут сражения, какой дух у наших войск?"
Солдат улыбнулся и ответил насмешливо: "Какой дух? Известное дело, милый… Какой дух в окопе может быть… Тяжелый дух. Хуже, чем в нужнике. А потом закурил и добавил уже серьезно: "Обрыдло все, очертенело все до горечи. И конца что-то не видно".
Так вот, такой вот "вульгарный материализм" способствует пониманию сути войны куда сильнее, чем самые утонченные "патриотизмы" любой из сторон конфликта, и даже сильнее, чем самая проницательная экономическая и политическая аналитика. Хотя бы потому, что самая тонкая аналитика — это только "констатирующая часть", в то время как такой вот "вульгарный материализм" вплотную подводит носителей "окопного духа войны" к "постановляющей части" относительно форм и способов ее окончания.
Кто-то скажет, что сравнивать революционных солдат 1917 года и бандеровцев из Западной Украины никак нельзя.
Действительно, их и на самом деле нельзя сравнивать. Хотя бы потому, что нельзя сравнивать солдат российской армии не то что 1914, а даже 1916 года с ними же самими в 1917 году. В 1914 российские солдаты в своей массе были такими ура-патриотами, что "бандеровцам" из Западной Украины и не снилось. Притом не только солдаты, которые в основном были родом из села, но и рабочие в городах. Было немало случаев, когда большевиков, пытавшихся агитировать против войны, рабочие сдавали полиции, избивали, раздевали и голыми водили по улицам как немецких шпионов.