Второе дыхание
Шрифт:
Л е в и н. Видишь ли... Мне скоро пятьдесят лет, и я никогда не был женат. Всю жизнь меня носило из города в город, из страны в страну, и я никогда не принадлежал самому себе. Теперь, как никогда, мне хочется, чтоб у меня была семья, хочется личного счастья. Я люблю тебя уже десять лет. Но к пятидесяти годам становишься мудрее. Начинаешь понимать, что жить с женщиной, которая тебя не любит, в общем ничуть не радостней, чем с женщиной, которую ты не любишь.
Л е б е д е в а. Почему же ты
Л е в и н. Всякому, кто любит, свойственно надеяться на чудо. Но чуда не произошло. Ты просто устала. Это пройдет.
Л е б е д е в а. Вероятно, ты прав. Иногда я становлюсь страшной эгоисткой. Простил?
Л е в и н. На правах дружбы я разрешаю тебе эгоизм. Все влюбленные эгоисты.
Л е б е д е в а. Опять? Зачем ты хочешь убедить меня в том, чего нет? (Пауза.) Жаль, ты не видел, как я его отделала на прощанье. Он будет обегать меня за версту.
Л е в и н. А если он все-таки появится?
Л е б е д е в а. Выгоню.
Стук в дверь.
Т а и с и я (вошла). Майор пришел.
Л е б е д е в а. Вот уж некстати. (Левину.) Я тебе говорила Одноруков.
Т а и с и я. Одноруков-то еще из городу не ворочался. Незнакомый какой-то.
Л е б е д е в а (вздрогнула). Незнакомый?
Т а и с и я. А может, и видела где...
Л е б е д е в а. Майор?
Т а и с и я. А может, и не майор. Морской.
Л е б е д е в а. Левин, милый... Это он. (Таисии.) Меня нет.
Т а и с и я. Вот еще! Говорила бы раньше.
Л е б е д е в а. Все равно. Не пускай.
Т а и с и я. Еще чего? Не пускай! Такой мужчина! Да он меня пальцем...
Л е б е д е в а. Иди, иди. Не разговаривай.
Таисия, качая головой, ушла.
Л е в и н (встал, надел тужурку). Я думаю, мне лучше уйти.
Л е б е д е в а. Если ты мне хоть немножко друг, ты никуда не уйдешь. И поможешь от него избавиться.
Л е в и н (садится). Каким образом?
Л е б е д е в а. Неужели я должна учить подполковника, как защитить женщину?
Л е в и н. Хорошо, хорошо. Успокойся.
Из-за стены отчетливо слышно: "Отстань, говорю,
старая. Отцепись". Затем дверь распахнулась.
Б а к л а н о в (в дверях). Ага, вы здесь? Мне нужно с вами говорить.
Л е в и н (вяло). Товарищ капитан третьего ранга, я хотел бы обратить ваше внимание на то, что вы находитесь в присутствии подполковника.
Б а к л а н о в (удивлен). Разрешите обратиться к капитану Лебедевой, товарищ подполковник?
Л е в и н. Нет. Не разрешу. (Пауза.) Уходя, прикройте, пожалуйста, как следует дверь. Очень сквозит.
Бакланов вспыхнул, но вовремя сдержался. В бешенстве
выскочил из кабинета, хлопнув дверью.
Л е б е д е в а.
Л е в и н. Ты заставляешь меня делать глупости.
Л е б е д е в а. Как ты думаешь - ушел он?
Л е в и н. Сомнительно.
За стеной грохот, звон разбитого стекла и испуганный
вскрик Таисии.
Л е б е д е в а. Господи!
Л е в и н. Он еще здесь. Это несомненно.
Т а и с и я (вошла). Ну вот... Говорила я.
Л е б е д е в а. Что случилось, нянька?
Т а и с и я. Майор поранился. Перевязывай теперь.
Л е б е д е в а. Ничего не понимаю.
Т а и с и я. Выскочил, сел на стол и сидит. Я говорю - уходи, здесь прием на покой, а ожидальни нет. Вдруг он кулачищем по столу как треснет стекло зеркальное вдрызг. И руку себе раскровянил.
Л е б е д е в а (вскочила). Идиот! Еще подхватит инфекцию. (Выбежала.)
Таисия заковыляла за ней. Левин, улыбаясь,
неторопливо встал, вынул портсигар и вышел курить на
террасу. На секунду комната пуста. Затем Лебедева
возвращается, таща за собой Бакланова. Его левая рука
окровавлена, но это его, по-видимому, не слишком
расстраивает.
Б а к л а н о в. Осторожно, часы раздавите.
Л е б е д е в а (отпустила его руку). Ну-с? Что это за дикие фокусы? Отвечайте. (В отчаянии.) Он еще смеется!
Б а к л а н о в. Так, может быть, все-таки поговорим?
Л е б е д е в а. Не желаю я с вами разговаривать.
Б а к л а н о в. Как хотите. Я один говорить буду.
Л е б е д е в а. А я не стану слушать. (Спустила шторы, включила верхний свет, схватила чайник и подошла к тазу.) Идите сюда. Снимите часы. Засучите рукав. Держите руку над тазом.
Б а к л а н о в. Ой! Горячо.
Л е б е д е в а. Терпите. Нельзя быть таким нетерпеливым. (Рассматривает руку.) Кажется, благополучно, осколков нет. Нечего улыбаться. Ведете себя отвратительно. За такие глупости в военное время по головке не гладят. В сорок первом году у нас в морской пехоте на моих глазах расстреляли перед строем одного такого умника. Уверяю вас, никто о нем не пожалел.
Б а к л а н о в. Еще скажите: "Ваша кровь принадлежит народу".
Л е б е д е в а. И скажу. Кстати, совсем не глупая мысль.
Б а к л а н о в. Всякая умная мысль хороша на своем месте. Я, Варвара Михайловна, за свою родину отдал крови без малого ведра полтора. И если довелось пролить десять грамм по собственной дурости, то, разрешите, уж как-нибудь без нравоучений.
Л е б е д е в а. Вы зачем сюда явились? Грубить? (Вынула из горки баночки с йодом и коллодием.) Держите руку. Вот так, а то мне не видно. (Щедро мазнула йодом.) Что? Разве больно?