За серой полосой. Дилогия
Шрифт:
Но я зря радостно потирал руки: столкнувшись с действительностью, моя гениальная идея тут же рассыпалась в прах. Нет, Вжика-то согласилась помочь сразу, её даже уламывать не пришлось. Загвоздка оказалась в лошадях - стоило им увидеть поблизости от себя заходящего на посадку дракона, как у наших скакунов напрочь сносило башню и отказывало управление. Не действовали ни руль, ни тормоз! Узда, плеть, шпоры, всё это полностью игнорировалось взбеленившимися лошадьми. Коняжки категорически отказывались находиться с ящером на расстоянии меньше километра, и тут же начинали улепётывать, едва Вжика разворачивалась в их сторону. Потратив зря кучу сил, нервов и времени, я вынужден был отказаться от такой заманчивой, но, увы, нереализуемой
"А зачем тебе перебираться через лес, да ещё с лошадьми?" - раздался в голове голос драконы.
"Нам к эльфам надо, а туда путь неблизкий. Помнишь Елену, мою спутницу? Забрали гады, и не отдают. Вот потому-то и едем к ним, вооруженные с пяток до макушки. Думаешь, почему Лёшка пулемёт поглаживает? На драку настраивается! "
"Вы что, будете с ними воевать?"
"А это уж как получится. В прошлый раз нам пришлось их Священную рощу в щепки превратить для того, чтобы они нас просто выслушали."
"Давай я тебя туда сама отнесу?" - после некоторых раздумий предложила дракона. Причём, в её голосе явно были слышны просительные нотки.
– "Или ты считаешь, что лесные паразиты больше испугаются твоего дулемёта нежели полного сил дракона?"
Хм, а в её словах имелся свой резон - легендами о давно минувшей войне с драконами остроухие до сих пор свою молодёжь пугают! Да и весь сыр-бор с Ленкой лесовиками был затеян не просто так. Ради подчинения кого-нибудь слабого эльфы точно не стали бы тратить столько усилий для проникновения за алую полосу. Значит, уважают ушастые драконью силу, считаются с ней. При таком раскладе мне помощь Вжики окажется как нельзя кстати. Вот только есть одно "но": не слишком ли она прихвастнула, говоря о себе как о полном сил драконе? Честно говоря, меня очень беспокоили крылья зверюги. Полностью ли срослись там сломанные кости, не подведут ли в пути ослабевшие от бездеятельности маховые мускулы?
"Ну что, полетели?" - подала голос дракона.
Я сначала замялся не зная, что ей ответить, но потом всё же согласился. Безусловно, дракона права, одно её появление произведёт на эльфов впечатление посильнее десятка пулемётов, сделав ушастых на удивление покладистыми. А я просто не имел права пренебрегать подобным обстоятельством, когда речь идёт о судьбе моего друга. Что же касается переломов... на самом деле риск для здоровья Вжики был минимальным. Все нагрузки с крыльев снимет упряжь, а ёмкости накопителей по моим подсчетам хватит ещё на час работы. Этого времени нам вполне достаточно, чтобы спокойно, не напрягаясь, раз пять слетать туда и обратно. Ну, а если всё-таки случится какая-нибудь непредвиденность, то мы всегда можем вернуться домой пешком, ведь на нашем пути, хвала Зевсу, нет ни крутых гор, ни глубоких рек.
То, что Лёшка на меня крепко обиделся, я сообразил сразу, вот только не совсем понял, за что больше. То ли за то, что я, дав ему пулемёт, в самый последний момент лишил возможности из него пострелять, то ли за то что, готовясь лезть в пекло, отказываюсь брать его с собой. Откровенно расстроенный парень стиснул зубы, поиграл желваками, но ничего не сказал. Он молча вскочил на коня, взял второго в повод и унёсся, поднимая клубы пыли. Я проводил это воплощение немого укора взглядом, и, когда он скрылся за изгибом дороги, дал Вжике команду заходить на посадку.
Мне уже доводилось летать на драконе, но ощущения между первым и вторым полётом отличались сильно. Если в первый раз мне казалось, что я сижу на не слишком толстом бревне, которым помахивает невидимый великан, и озабочен лишь тем, чтобы не свалиться, то теперь... Блин, просто небо и земля! Благодаря алкашу и пропойце шорнику, мой отбитый жестким седлом зад не елозил по грубой чешуе, а покоился на мягкой подушке. Ноги не болтались беспомощно в воздухе, а опирались на пришитые к ошейнику петли, да и рукам было за что взяться - за край того же ошейника.
Пока шел набор высоты, пока мы по широкой дуге пересекали лесополосу, оставляя далеко в стороне замаскировавшуюся в ней засаду, дракона сосредоточенно молчала. Зато потом оторвалась, с чисто женским любопытством забросав меня вопросами о нашем первом визите в лес Чёрного дуба. Крылатой было интересно буквально всё, вплоть до самой последней мелочи, а о "Блохе" она расспрашивала с особой настойчивостью. Вжику крайне озадачил тот факт, что эльфы практикуют ментальную магию, а так же свойство серебра защищать от подобной волшбы.
"Хорошо что на нас, драконов, эта ворожба не действует, а только на вас, на слабеньких человеков" - выслушав мой рассказ, заявила она с некоторым превосходством в голосе.
"Ты уверена, что не действует? Зря. Такая самоуверенность до добра тебя не доведёт. Вспомни своих братьев, они что, по собственной воле позволили надеть на себя ошейники подчинения?"
Дракона на миг застыла в неподвижности, а потом с такой яростью замахала крыльями, что отдельные деревья на проплывающей под нами земле слились в одну сплошную полосу. Ударивший в лицо ветер вышиб слезу, заставив глаза болезненно щуриться, а мои руки моментально заледенели, несмотря на летнюю жару. "Блин, а может зря я напомнил Вжике о том позоре?" - запоздалым раскаянием промелькнула испуганная мыслишка, но изменить что-то было уже невозможно. Зверюгу "понесло" словно закусившую удила лошадь. Мне оставалось только покрепче вцепиться в ошейник, да поблагодарить шорника за надёжно пошитую упряжь...
Взгляд со стороны:
возле Священного леса Черного Дуба.
По указу Её величества Тёмной королевы Фалистиль смертному магу готовили достойную встречу. Едва спала утренняя роса, на заросший бурьяном вперемешку с лебедою луг, когда-то бывший возделанным полем, вышли две стройных, гибких фигуры. Оба мастера Узора, не в пример своему тучному главе, являли собой истинных эльфов - изящных, утонченных, красивых особой холодной красотой, присущей настоящим сынам Леса. Без слов, обходясь скупыми, одним им понятными жестами, они принялись вершить здесь настоящее чудо. По желанию магов, возле исчезающей в травостое тележной колеи земля приподнялась, образовав бугорок, а грубый бурьян в радиусе ста шагов сменился мягкой, шелковистой травкой. Призванная чародеями водяная жилка звенящим родничком пробилась на свет, радуясь возможности напоить соскучившуюся по дождям почву.
Один из эльфов, обладатель длинных седых волос, отмерил шагами на свежесозданном бугорке прямоугольник, оставляя в углах по маленькому семечку. Короткая фраза, жест рукой, и из травы потянулись к небу четыре ростка, прямо на глазах становясь деревцами. Достигнув четырёхметровой высоты, молодые берёзки по воле мага изменили направление роста, сойдясь вершинами в центре геометрической фигуры. Их пушистые кроны образовали островерхий навес, и получилась элегантная беседка, вполне достойная самой королевы детей Леса. В это время второй маг в тени берёз выращивал кусты, обернувшиеся составленными в ряд удобными креслами - шесть ракитовых по краям и покрытый нежными цветами трон из жасмина в центре. Временные покои для первых лиц клана были готовы. Для удобства человеческого мага эльфы изготовили подиум, более похожий на низкий, высотой не больше пяди широкий пень, будто бы оставшийся от дерева в три обхвата. Оглядев результат своих трудов, мастера Узора удовлетворённо кивнули, всё так же молча повернулись и степенно направились к опушке.