Завещание сталкера - Багряные сны
Шрифт:
Ну и пошли мы. Действительно, научно-исследовательский борт, не знаю, что уж они там искали, но погибли все четверо. Мы, что могли унести собрали и ушли. Фермер мне ГВБ отдал за мою долю, так что никакого криминала.
— Башня от Янова недалеко?
Макс, жевавший конфету, чуть не подавился. А вот Крюк отреагировал довольно спокойно:
— Ну, это, как посмотреть, а что?
— Раз ты ходил за Рыжий лес, сможешь довести меня до станции Янов? — Спросил Серый.
— Чтобы пойти к Припяти, надо иметь веские причины. А чтобы заставить меня провести тебя к ней, еще и много веских доводов. Они у тебя есть?
— Э, фрайер! — Одернул Серого Макс. — Хочешь, чтобы они тебя рядом с ним
— Ну, это мы еще посмотрим, кто кого, — философски ответил Крюк.
А до Серого вдруг дошло, что имел в виду Крюк, когда говорил про большую охоту. Это будет охота на человека, и дичью будет Крюк. Он пока еще ничего не выиграл, а только взял паузу в игре, где ставкой будет человеческая жизнь, его жизнь. Этакое сафари, где будут догонять его, при чем силы будут заведомо не равны, а точнее, шансов на спасение у Крюка почти нет, и ведь он это прекрасно понимает. Все, что ему удалось сделать, это выиграть время и сохранить артефакт «душа», который поможет ему привести в нормальное состояние ногу и на долю процента повысит его шансы на спасение. Это что же такое должен был сделать Крюк, что на него ополчилась вся сталкерская братия.
А Макс, между тем, схватил Серого за куртку и потянул за собой, в уголок, остановился так, что край решетки, за которой сидел Крюк, ему осталась видна и, приперев Серого к стенке, еле слышно зашептал:
— Ты что творишь! Я тебе что сказал, спрашивай, а не предложения вноси, понял?
— Он может довести меня до Янова, от водонапорной башни это всего в трех километрах, — попытался вырваться Серый, но Макс не ослаблял хватки, даже одной рукой.
— Он тебя до могилы доведет. Крюк уже почти что мертв, так что на него не надейся. А водонапорная башня от станции хоть и близко, только их вся Припять разделяет, а ее обходить в пол Зоны станет. — Макс немного ослабил хватку. — Но в одном ты прав…
Серый перестал вырываться.
— В Зоне напролом переть нельзя, а то без головы останешься. Если ты собрался идти к Янтарю со мной, то слушай меня. — Макс выждал, найдется ли у Серого что-либо возразить, но тот промолчал. — Сейчас они добро делить закончат — тебе замену пришлют. От меня не отходи, делай все, как я скажу, без лишних вопросов. Понял?
— Понял. — Согласился Серый.
— Ну, вот и славно. — Макс покосился на лестницу. — Все, а теперь сиди и молчи, с Крюком больше не разговаривай.
Крюк в разговоры больше и не вступал, лишь один раз поинтересовался, закончен ли допрос, и, получив утвердительный ответ, отвернулся к стене.
Серому же пришлось провести полчаса в собственных мыслях. Макс молчал, за это время он перевязал себе руку, лишь однажды обратившись к Серому за помощью, нужно было придержать конец бинта, а остальное время тоже прибывал в размышлениях. Когда сверху послышались шаги, Серый вздохнул с облегчением, поскольку молчание ему порядком надоело, а вопросов накопилось, выше некуда.
— Вот это добыча! — Радостно потирая руки, сбежал по лестнице лысый, имени которого Серый до сих пор не узнал. — Что за день сегодня такой удачный — тьфу-тьфу, не сглазить — и Крюка взяли и добычу подняли.
— Ладно, давай, карауль его, — махнул Макс в сторону Крюка.
— Мы вам там по доле отложили! — Крикнул вдогонку сталкер.
Наверху дележ награбленного уже подошел к концу, довольные бродяги рассовывали по закромам свою часть добычи, некоторые прямо тут, на месте, обменивались товаром или попросту продавали его друг другу — дело обычное. Семен и еще несколько приближенных к нему сталкеров, вроде Белого, который, скорее всего, является здесь правой рукой начальника лагеря, упаковывали добрую часть припасенного бандитского
Когда молодой сталкер шел в бой в первый раз в жизни, имелась в виду только жизнь внутри периметра, ему полагались некоторые подъемные, а если быть точным, десятая часть от того, что заработал в набеге каждый сталкер. Иногда доля получалась не слишком большой, иногда достаточной для безбедного начала существования в зоне, сегодня же она была просто огромной. Серый и без того получил немало — в его кучке оказались АК-74 в почти идеальном состоянии, пять полных рожков к нему, два артефакта — ломоть мяса и каменный цветок, ПМ и обрез охотничьего ружья с целой кучей патронов к обоим, пистолет «Форт» с четырьмя магазинами, две гранаты РГ-5, одна оборонительная «Ф-1», новенький ПДА, правда, самый что ни на есть простенький, четыре аптечки, три коробки антирадиационных таблеток и полный рюкзак еды, так еще ему и десятина причиталась.
И без того немалая доля стала расти на глазах, когда к сталкерам обратился Макс:
— Так, братва, не расходитесь. У Серого сегодня боевое крещение — он свою долю честно заработал.
— Далеко пойдешь, братан, если это твой первый бой. Ты сегодня круче Семена воевал, а это трудно. — Крок отсчитал десятину. — Честно заработал, держи.
Около рюкзака Серого он аккуратно сложил часть награбленного, какую именно часть, каждый сталкер был волен выбирать самостоятельно, поэтому десятина Серого стала складываться в основном из распространенных и оттого дешевых пистолетов ПМ, патронов к ним и прочей легкодобываемой ерунды. Серый вопросительно посмотрел на Макса, но тот успокаивающе кивнул — все в норме.
К рюкзаку стали сбрасывать добро — честно, десятую часть.
— Держи, — вперед выступил Семен, укладывая свой автомат, — ты мне сегодня жизнь спас, так что за мной должок.
— Семен, это же твой счастливый, — прошептал кто-то.
— Ничего, парню он нужнее. Я чувствую.
Сказал, как отрезал — больше вопросов не было. Доверять чувствам здесь, похоже, дело привычное.
Нажитое в результате первого боя добро Серого росло на глазах, Серый даже испытал некое неудобство перед остальными за столь большую добычу: в итоге набралось семь обрезов охотничьих ружей, два пистолета-пулемета HK MP5N-K, еще шесть «Фортов», прекрасный образец семейства пистолетов «Беретта» с емким магазином в двух экземплярах, один «Кольт», три ПМ, немного патронов к автомату, аптечки, противорадиационные таблетки, шесть ПДА и целая куча еды. При желании этим можно было вооружить целый взвод бойцов, но, к сожалению, у Серого пока был только один помощник, а лишнее оружие предстояло продать. И вдруг он завертел головой во все стороны:
— Ребята, а с нами же еще один молодой сталкер был, ему ж тоже надо часть десятины отдать, он же тоже в первый раз… или его убили?
— Да живой он, — ответствовал Крок, — только десятины не заслужил. Как мародеры стрелять начали, так за кустами и пролежал, ни разу не выстрелил. Так что вся десятина твоя по праву.
— А что теперь с ним будет?
— Не знаем, мы ему не няньки, чтоб за него решать. Знал, куда идет, так что пусть теперь сам думает, что дальше делать.
— Как-то не по-человечески это.