Зэка укроет тайга
Шрифт:
— Назад! — закричал Степан Федорович. — Всем назад! Здесь лава!
Угрожающе шипя, как это делает змея, почувствовавшая угрозу, плазма с шипением поглощала встретившуюся на ее пути воду, шумно пуская в потолок клубы густого пара и отгораживаясь от генерала плотной завесой тумана.
— Назад! — кричал генерал, отступая, не в силах оторвать взгляд от темного неповоротливого вязкого чудовища, поблескивающего из глубины громадного расплывающегося тела красными злобными зрачками.
— Да что же это делается? Нам отсюда не выбраться! — прозвучал в отдалении чей-то скрипучий голос.
— Без
— Я понял, товарищ генерал.
Дружно развернувшись, зашагали в обратную сторону, дорога показалась теперь невероятно длинной. А ведь когда сюда шли, думалось, что протопали не больше пары сотен шагов. А вот и поворот, мрачной темной дырой представший по левую сторону. Огоньки от зажженной зажигалки воровато пробивались вовнутрь, освещая темно-серые шероховатые стены. Подождав отставшего генерала, Максим уверенно прошел в темный проем. Под ногами смачно зачавкала густая жижа.
— Сколько идти? — спросил генерал.
— Думаю, что метров двести.
— Выход далеко от дороги?
— Не совсем. Может, метров сто…
— Ладно, это неважно, — успокоил генерал. — Вы не устали? — обратился он к старушке, которая уже едва передвигала ноги.
— Ничего… Я стараюсь, — уверенно ответила она, задорно приподняв острый сморщенный подбородок.
Двести метров показались Шашкову бесконечными. Позади, шипя и злопыхая, накатывала тягучая лава, переплавляя на своем пути провода, обмотку и всякую возможность к отступлению, а впереди — всего-то длинный узкий тоннель, столь же черный, каким бывает непроглядная неизвестность.
— Где-то здесь, — наконец остановился ремонтник, осветив огоньком стены тоннеля. — Вот здесь кабель проходит, мы его в прошлом году меняли.
В спину пыхнуло жаром. Обернувшись, Степан Федорович увидел, как из-за поворота тоннеля, извиваясь, образовывая покатые нагромождения, на них продолжала надвигаться лава. Будто бы живая, она пыхтела, шипела, издавала какие-то клокочущие звуки. Даже внешне она напоминала змею, которая неумолимо, но верно продолжала приближаться к смертельно раненной добыче. Вот сейчас она ослабнет, и тогда ее можно будет проглотить целиком, безо всякого остатка.
Генерал невольно сглотнул. Они зашли в тупик, назад уже не уйти. Жить им оставалось самое большее минут пятнадцать, а потом лава просто сожрет их, сделает составной частью своего бесконечного тела. Прежде чем это случится, важно успеть сорвать с лица повязку, чтобы наглотаться метановых паров, а там уже все равно! Во всяком случае, это куда лучше, чем сгореть заживо.
Шашков прикоснулся к повязке, плотно обтягивающей его лицо и не дававшей возможности ядовитым парам проникать в носоглотку. Люди, находившиеся с ним рядом, продолжали надеяться на чудесное спасение, совершенно не осознавая того, что влажные цементные стены — последнее, что они видят в своей жизни.
— Что там? — обеспокоенно спросил дородный мужчина, повернувшись
— Уверен, здесь… Но вот только где же люк? Темно, не рассмотреть. — Максим посветил наверх: — Просвет должен быть…
— Где же он тогда? — не скрывая тревоги, спросила тучная женщина. — Боже ты мой, уж лучше бы наверху помереть, чем здесь. Просто, как кроты какие-то!
— Без паники! — сурово произнес Шашков, понимая, что это тот самый случай, когда следует вмешаться. — Посмотри повнима — тельнее.
Вязкая магма уже проползла треть оставшегося пути. Двигалась неторопливо, подгоняемая свежими порциями расплавленного вещества, стекающими откуда-то через распахнутый люк. Образовывая значительные нагромождения, она едва ли не закупоривала тоннель, давая понять, что путь к отступлению отрезан окончательно.
— Есть! — воскликнул ремонтник. На лицах, уже потерявших всякую надежду, вдруг отразилось нечто похожее на облегчение. — А вот и лестница, — показал он на прутья, сваренные рядком. — Сейчас только крышку нужно поднять. Посвети сюда, — сказал он нескладному подростку, топтавшемуся рядом, и, держась за лестницу, быстро поднялся к самому люку. Поднатужившись, решил приподнять. — Не идет, зараза! — пожаловался ремонтник.
— Завалило! — отчаянно крикнул мужичонка лет пятидесяти с плаксивым голосом. — Приплыли!
— Всем тихо! — сурово прикрикнул Шашков. — Дайте парню самому разобраться. Что там у тебя, Максим? Помочь?
— Не поддается, похоже, что завалено.
— Давай попробуем вдвоем, — сказал плотный мужчина. — Сейчас я поднимусь, — и, не дожидаясь ответа, уверенно вскарабкался по лестнице, жалобно заскрипевшей на петлицах. — Давай разом!
— Давай!
— Я буду толкать спиной, а ты руками. На счет три… Раз, два… три! — проговорил крепыш, уперевшись в чугунный люк спиной. Ощерившись крепкими зубами, блеснувшими в свете вспыхнувшего фонаря белыми огоньками, он попытался приподнять его.
Максим, покрякивая, помогал руками, но люк не поддавался.
— Похоже, что всерьез завалило. Да — а, крепко замуровали. Даже не знаю, что и делать, — как-то обреченно высказался он.
Лава преодолела большую часть пути и теперь, приостановившись перед небольшой рытвиной, выбирала место, чтобы нанести смертельный укус. Шашков невольно прикрыл глаза, представив, что произойдет с ними со всеми в последующие несколько минут.
— Есть! — неожиданно воскликнул ремонтник.
— Что есть? — отозвался генерал и тотчас укорил себя в том, что вопрос прозвучал несколько громче обычного. Эти люди доверились ему, он был перед ними ответственен и просто обязан сделать все возможное, чтобы спасти их из смертельного плена.
— Тихо… Кажется, я различаю шум машин.
— Постучи чем-нибудь по крышке, они должны тебя услышать, — посоветовал ге — нерал.
— У меня ничего нет. Может, у кого-то есть что-нибудь металлическое?
— Возьмите, — отозвалась полная женщина, протягивая серебряный портсигар. — У мужа сегодня день рождения, вот, купила… Не думала, что все так закончится, к праздничному столу спешила. Теперь даже не знаю, жив ли он, — всхлипнула она.
Поблагодарив женщину, Максим взял портсигар и принялся колотить им по люку.