Желание
Шрифт:
Ночевку оттягивали как могли, чтобы пройти как можно больше. Наконец, когда сумерки совсем сгустились, Тайлер приказал ставить лагерь.
Я в изнеможении опустилась на землю и села, прислонившись к темно-золотистому стволу вековой сосны.
— Ну как ты? — спросил Тайлер, опустившись рядом на корточки.
Он положил руку на плечо. Я ощущала ее тепло даже сквозь слои теплой одежды, но сбрасывать не собиралась. Просто не осталось сил на лишние движения.
— Смертельно хочу спать.
— Через пару дней будет
— Успокоил… — фыркнула я.
На его лице тоже читались следы усталости. Пусть и не такие явные, как у меня. Тайлер был гораздо сильнее и куда выносливее. Для него этого переход не составлял огромных усилий.
— Я могу тебе чем-то помочь, Лети?
В ответ я отрицательно мотнула головой.
— Вряд ли.
Все, что могло помочь сейчас — это еда и сон. Остальное не имело совершенно никакого значения. Мне не хотелось обижаться или выяснять отношения, чего-то добиваться и искать ответов. Это все неважно и это все потом.
Крис наскоро приготовил ужин — кашу из неопределенного вида крупы. Ему понадобилось всего лишь нагреть воду в котелке и высыпать туда какой-то концентрат из небольшого пакетика. Я не стремилась узнать, что это — есть можно и ладно.
Проглотив свою порцию, я в полусне помогла Шену и Хейли ставить палатку. Ночное дежурство сегодня выпало Тайлеру и моему брату пополам. Шен заступал вторым.
Когда я уходила спать, оглянулась на Тайлера. Тот сидел у костра и немигающе смотрел на пламя. В другой раз я бы может и заговорила с ним, но обстоятельства совершенно не те.
Стоило мне только лечь, как сон тяжелым камнем упал на плечи, и я не видела больше ничего, кроме непроницаемой и такой желанной темноты.
Утро наступило внезапно. Еще холоднее, чем вчерашнее.
Сегодня тайга хмурилась и казалась не сказочной от изморози, а хищной и опасной.
— Как ты? — я потрепала Шена по плечу.
Тот неопределенно покачал головой. Ночное дежурство перед рассветом — самое тяжелое. В эти часы организм начисто отказывается понимать, что необходимо бодрствовать и отчаянно стремится уснуть.
— Не переживай, Лети, — улыбнулся Шен.
— Любимый, — Хейли, привстав на цыпочки, поцеловала его. — Ты у меня настоящий герой.
Я на всякий случай отошла в сторону, чтобы не мешать. Хоть мы и держались особняком, в этой тройке я ощущала себя лишней.
— Через пару дней выпадет снег, — сказал Крис, глядя куда-то вверх.
Сомнений в его правоте у меня не возникло.
— Как ты узнал?
— Тайга будто замерла. Она готовится к встрече со снегом, понимаешь?
Он посмотрел на меня взглядом сумасшедшего, но счастливого человека.
— Ты говоришь как поэт? — не сдержала улыбки я.
Крис только развел руками:
— Если бы поэты видели то, что вижу я, они все стали бы гениями.
— Что делает Тайлер?
Гиллерти,
— Он ищет тропу, — Крис смотрел на лидера группы в упор. — Он сомневается в первоначальном выборе.
— Тайлер сомневается? — хмыкнула я.
Поверить в то, что этот мужчина способен на такие человеческие эмоции, как сомнение, страх, нерешительность, я просто не могла. Все это для людей, обычных нормальных людей, а Тайлер настоящий псих. Не знаю, хорошо это или плохо.
— Тайлер хочет попытаться сократить путь, чтобы через пять дней мы вышли к зимовью и передохнули, — пояснил Крис.
— Что еще за зимовье?
— Старая охотничья станция. Кое-где в тайге есть деревни, и их жители промышляют охотой.
— А я думала, это запрещено.
— Да. Но им даются поименные разрешения.
— Как интересно, — пробормотала я, в очередной раз проводя параллели между этим и тем мирами.
Как же все-таки похожи!
— Крис, скажи мне одну вещь, — я на миг опустила глаза, почему-то стыдясь вопроса и того, что понижаю голос. — Ты не ощущаешь ничего…опасного? За нами никто не идет.
— Нет, — уверенно ответил Крис. — Пока все подозрительно тихо. Не бойся, Лети.
Он приветливо улыбнулся и отправился к своим приятелям.
Я решила не подходить к Тайлеру, несмотря на его более чем красноречивый взгляд.
Идти было тяжелее.
Нет, не так. Идти было просто невыносимо. К тяжелому рюкзаку, веткам, бьющим в лицо, и усталости добавилась ноющая боль во всем теле.
Временами мне казалось, что мышцы просто-напросто расползаются в стороны и никак не хотят работать сообща. Болело все — ноги, руки, пресс, спина, даже кисти руки.
Я радовалась лишь тому, что сейчас холодно и нас обошла стороной безрадостная перспектива встречи с гнусом. Правда, в Ллерии нашли какой-то способ борьбы с надоедливыми насекомыми. Но мне не очень-то хотелось проверять, насколько он эффективен.
Самым тяжелым в походе оказался привал.
Кажется, вот они, блаженные полчаса отдыха. Ты снимаешь неподъемный рюкзак, опускаешься на землю, переводишь дыхание и отираешь со лба пот. Тело расслабляется, вытягивается и спешит прогнать с себя усталость.
Ты блаженствуешь ровно отведенное время и потом, услышав голос командира, понимаешь, что пора подниматься. Вот тут и начинается настоящий кошмар.
Ноги отказываются слушаться, разум требует никуда не идти и уснуть, руки не снимаются поднять рюкзак, который становится просто невыносимо тяжелым. Каждый шаг после привала дается с неимоверным усилием.
Накинув на плечи рюкзак, я оперлась на ствол дерева и сделала первый шаг. Тут голова закружилась, тайга мелькнула перед глазами зеленой полосой.