Живи как в последний день
Шрифт:
– Ну что леди, позвольте вас познакомить с моим городом.
Все дальнейшее не могу описать, так как мысли мои во время этой экскурсии отсутствовали где-то далеко. Я без интереса смотрела по сторонам, когда мы проходили по площади (названия я ее сейчас даже не смогу воспроизвести, моя память вообще обладает уникальными способностями, я могу запомнить самые сложные вещи, но только если они вызывают во мне интерес. В тот момент интерес во мне вызвал Алессандро, а никак не китайская площадь, с ее сложным и непонятным названием.)
После
Маша фотографировала не переставая. Я только и слышала:
– Встань туда. А теперь подними руку так. Склони голову набок.
Захотелось забрать у нее фотоаппарат и передохнуть.
Помню только что заинтересовало меня только одно место – запретный город. Я даже замерла когда услышала истинное название этого великолепного комплекса.
Мы остановились у Врат Небесного Спокойствия, и мне показалось что душа моя начинает успокаиваться, обретая долгожданный покой. Все-таки великой силой обладает наше сознание. Я представила себе что передо мной ворота рая, и, сделав шаг вперед, я немедленно вознесусь к небесам, к небесам благословенным, к небесам которые принесут мне желанное успокоение.
Если верить тому, что рассказал Юнлэ, судьба этого сооружения сходна с моей. Его пытались уничтожить, как люди, так и силы природы, но вопреки всему оно продолжало возвышаться над миром, как бы говоря своим величием – любые сложности можно преодолеть.
Так и моя жизнь. Она растоптана, разрушена, почти опустошена, но судьба дает мне шанс в последний раз насладиться таинством окружающего мира, словно дарит мне последний глоток свежего воздуха.
Видимо я замерла на длительное время, так как Маша подошла ко мне со спины, положила руку на плечо и осторожно спросила:
– Ты в порядке?
– Да.
– Идем. Нам еще много нужно успеть, а мы застряли в самом начале пути.
В самом начале пути. Теперь мне главное не останавливаться, не застревать в начале пути. Только вперед и вперед. И я пошла за Машей.
Сам дворец бывших императоров не произвел на меня особенного впечатления. Те же эмоции я испытывала гуляя по Эрмитажу – трепет перед исчезнувшими поколениями правителей, и будничное восхищение зодчеством древних мастеров. Особого восторга не было.
Конечно важно помнить, что много лет назад по этим дворам ходили принцы и принцессы. В залах танцевали прекрасные наложницы. У входа в императорский покой стояли самые отважные и бесстрашные воины. Но все это било лишь частью истории, истории ушедшей и канувшей в века бесконечного забвения.
Сегодня я стою у входа в главный дворец, такая же растерянная как воспоминания о его былом величии.
Много тайн и секретов хранили в себе эти стены, но по сравнению с моими нынешними переживаниями, эти тайны казались мне банальными и пустыми.
На входе нам выдали наушники, чтобы мы могли
Несколько часов нам понадобилось на то, чтобы обойти дворцовый комплекс. Может быть когда-нибудь я соберусь написать свои ощущения от увиденного, если успею, но не сейчас.
После музея мы отправились по магазинам.
Если честно, больше всего на свете не люблю ходить по магазинам, не люблю долгие примерки, часовые пересмотры всего, что может подойти, что может понравиться. По мне было бы лучше так – приходишь в магазин, берешь первое попавшееся платье, убеждаешься, что сидит оно на тебе идеально, расплачиваешься и бежишь домой.
Но в жизни все гораздо сложнее, особенно если учесть мой индивидуальный взгляд на моду и собственное видение своего образа, подобрать что-либо приличное обычно становится практически невыполнимой задачей.
Платье для Маши мы выбрали быстро, практически сразу. Со мной же наоборот. Уже несколько часов мы ходили по шумным магазинам, перебирая вешалку за вешалкой, меряя наряд за нарядом. То слишком широкое, то слишком узкое. Одно подчеркивает мой не совсем спортивный живот, другое слишком стягивает грудь. Такое ощущение, что все сговорились, и принципиально не шьют платья на мою фигуру.
Измученная и озлобленная, я уже собиралась плюнуть на все, когда в витрине одного магазинчика, заметила легкое платье, нежного цвета красной вишни. Я влюбилась в него с первого взгляда, и, не раздумывая, направилась внутрь.
Это было мое платье. То, которое я бессознательно нарисовала в своих мечтах, и вот оно воплотилось в реальность. Мои мысли материальны? Это как подарок судьбы: Ты и так настрадаешься деточка, на вот тебе, хоть в этом потешься.
Платье подошло мне идеально. Едва я застегнула молнию, как почувствовала, что буквально оказалась в своей второй коже. Маша и Юн смотрели на меня странными завороженными взглядами.
– Мне идет? – робко спросила я, сама не понимая, куда вдруг делась моя уверенность.
– Очень. – трогательно ответила Маша.
Юнлэ кивнул.
Меня не волновала цена, не волновало то, что я может никогда больше это платье не одену, я просто решила, что хочу только его, и только в нем мне будет комфортно.
Цена на платье оказалась непомерно высока, как мне показалась даже для Китая, так как услышав сумму которую с меня затребовала продавщица, Юнлэ удивленно вытаращился на платье, с немым вопросом: «За что такие деньжищи?». Но меня это не волновало. Я была счастлива в этой своей маленькой глупости. Я уже видела себя в этом платье, легком словно паутина, изящно повторяющем изгибы моего тела, не забывая при этом скрывать все незначительные недостатки. Длиной чуть ниже колен, с изящным разрезом по левой ноге. Оно было воплощением моих тайных фантазий. Оно было великолепно.