Африканский ветер
Шрифт:
— Нет. Я совсем ослаб, я принял большую дозу снотворного.
— Большую?
— Ну да. Я нетерпелив по натуре, это может показаться странным, но я должен высыпаться и как можно скорее заснуть. Вот и пью все что попадется. Мне невыносимо ожидание сна.
Он поглядел на меня.
— Стараюсь вас понять.
— Вы очень любезны…
Мне удалось выдержать его взгляд, я рассеянно улыбнулся и повторил, что хотел бы отыскать жену.
Он был государственным служащим и очень походил на такового. Ему было лет сорок, он носил очки с большими диоптриями.
— Выходя из номера, миссис Ландлер повесила на ручку двери табличку «Просьба не беспокоить»…
— Да. Она, безусловно, хотела дать мне поспать.
— Значит, намеревалась отсутствовать длительное время?
— Этого я не знаю.
— По нашим сведениям, миссис Ландлер хотела…
— Что хотела?
Он замялся:
— Создать фонд защиты природы.
Я тоже почувствовал себя благородным донором и изобразил на лице выражение глубоко порядочного христианина:
— Да. Она поручила приготовить проект одного документа, который станет основой для создания фонда. Она внесет в этот фонд восемьдесят миллионов долларов.
— Великая женщина, — произнес он.
— Кения — ее большая любовь. Я уважаю чувства жены, щедрость которой…
— А этот документ уже подписан?
— Не знаю. Не исключено, что он уже передан заинтересованным лицам из руководства вашей страны.
— Сумма, предназначенная для Кении, несомненно, включена в завещание миссис Ландлер…
— Вы пугаете меня этим словом. Завещание. Эго значит смерть. На надо хоронить мою жену…
— Мне очень жаль, мистер Ландлер, не хочу вас печалить. Но что вы хотите… Эти вопросы составляют часть нашего ремесла. Вы женаты уже…
— Полтора года.
— И вы не знаете намерений миссис Ландлер? Она разве вам не говорила? Все мы смертны.
— Нет. Об этом мы никогда не говорили.
— Вы француз?
— Да, а почему вы спрашиваете?
— Чисто служебный вопрос. Вы путешествуете с французским паспортом, а ваша жена — с американским. Вы надеетесь получить американское гражданство?
— Возможно, когда-нибудь, из любви к жене. Но мне неплохо и в шкуре француза.
— У вас есть определенная работа в компании?
— Я — директор подразделения, занимающегося связями с зарубежными странами. Генеральным управляющим компании является мистер Сэндерс…
— Син Сэндерс, — уточнил он, пролистав свою записную книжку.
— Вы знаете, как его зовут?
— Вы посылали ему телекс… Мы даже подумали, что он родственник миссис Ландлер.
— Он очень привязан к моей жене, как второй отец.
— Второй отец. Он сообщит родителям миссис Ландлер?
— Они умерли лет десять тому назад.
— Оба?
— Да. Несчастный случай.
— Как это печально, — сказал он. — У вас есть дети, мистер
— Нет, третий.
Я был третьим бочонком, который достали при игре в лото.
— Логично предположить, что вы являетесь наследником вашей жены.
— В этих предположениях нет никакой логики. Я отказываюсь говорить на эту тему. Я люблю свою жену, у меня есть работа. В тридцать шесть лет больше ничего и не нужно…
— Рад встретить такого бескорыстного человека, — сказал он. — Но в моем докладе не указано, что вы получили ответ от мистера Сэндерса…
— Он еще не подал признаков жизни.
— Где он сейчас находится?
— В Лос-Анджелесе.
— Там его нет, — сказал инспектор — Мы звонили туда, его секретарши не знают, где он…
— Он скоро позвонит.
Он считал меня незначительным, ему казалось, что он просто теряет со мной время.
— А как у вас со здоровьем, мистер Ландлер. Вам лучше?
— Я страдаю душевно. Я очень обеспокоен. Как можно потерять человека в этой прекрасной стране, где все так хорошо организовано? Есть ли у вас новости о «лендровере», который доставил голландцев?
— Мы разыскиваем голландцев, которые его наняли. Из Самбуру они направились на озеро Туркана, а потом в Эфиопию. Найти и допросить их будет очень сложно. Впрочем, нет никаких доказательств того, что ваша жена уехала именно на этой машине.
— А другие машины отеля?
— Все они были забронированы за несколько недель. Но в Наньюку туристы часто приезжают, чтобы полюбоваться на гору Кения только на время ланча. Этот отель — один из самых известных в мире. Ваша жена могла уехать с проезжими туристами.
— У жены не было никаких причин путешествовать на попутных машинах автостопом.
— Причины, мсье… Люди непредсказуемы. Как только мистер Сэндерс проявится по телефону или но телексу, дайте нам знать.
— Непременно.
Он подумал, ему хотелось спросить меня о чем-то, но он не знал, с чего начать.
— Мы считаем, что она вернулась сюда, в Найроби, — произнес он наконец — Мистер Ландлер, еще один вопрос. Боюсь вас шокировать…
— Я готов. Задавайте.
— В каких личных отношениях была миссис Ландлер с кенийцами?
— Была? Есть! В самых лучших. Жена хочет переехать сюда жить. Полагаю, вам известно о существовании ее великолепного дома на Лоита Плейнс?
— Слышал о нем. Мы знаем, что она хочет отремонтировать его и построить вокруг школу, ясли для детей женщин, которые занимаются ремесленным производством. Вопрос, мистер Ландлер, в другом…
— Слушаю вас.
— Это сложно выразить. Но у меня нет выбора, и поэтому я вас спрашиваю: могла ли миссис Ландлер быть в любовной связи с каким-нибудь кенийцем? И этот кениец мог бы, скажем так, спрятать ее. Если она уехала с ним, к примеру, в такое место, как Ламу, или на любой другой остров, чтобы ее отыскать, придется потратить много времени.