Ave Caesar! Дело о римской монете
Шрифт:
– А как он туда добирался?
– Каждый божий день ездил на стадион через весь город до станции метро «Динамо».
– Один или с друзьями?
– Один. Если я правильно помню, в нашем районе никто из его товарищей по команде не живет.
– А с кем Сергей мог состоять в близких отношениях?
Ольга Петровна тяжело вздохнула.
– В смысле, были ли у него романы? Насколько я знаю, мой мальчик так и не успел…
Меригина снова уставилась в какую-то точку на горизонте. Они проговорили еще минут пятнадцать, но ничего полезного капитану выяснить так и не удалось.
Следователь стал прощаться. Напоследок Ольга Петровна, все так же рассеянно глядя в окно, вдруг тихо спросила:
– Вы его поймаете?
Капитан, обычно никогда и никому
– Да.
Со скоростью черепахи перемещаясь из одной автомобильной пробки в другую, Глеб вспоминал о том, что увидел сегодня в морге. В отличие от Лучко, он, конечно, слышал о феномене, который французы сдержанно называют 'erection terminale, а англичане витиевато именуют не иначе как angel lust – «влечение к ангелам». Собственно, эти знания носили отнюдь не медицинский, а скорее литературно-исторический характер. Во-первых, Глеб не раз видел в театре пьесу Беккета «В ожидании Годо», в первом акте которой герои фантазируют, не повеситься ли им и таким образом вызвать эрекцию. Во-вторых, он, естественно, читал известный труд английского историка Эдварда Гиббона «История упадка и разрушения Великой Римской империи», в котором тот цитирует дошедшее до нас в латинской интерпретации высказывание, якобы принадлежащее халифу Али ибн Абу Талибу, кузену и зятю пророка Магомета. Узрев пророка на смертном одре, халиф в изумлении воскликнул: «O propheta, certe penis tuus caelum versus erectus est – О пророк, твое естество направлено к небу!» А пророк, между прочим, умер вовсе не от удушения, а своей смертью на руках у любимой жены!
От обладавшего невиданной мужской силой Магомета размышления Глеба перекинулись на испытанное им в морге видение. Чувствовал он себя после всего препротивно. А самое обидное, что, как и в прошлый раз, он опять не увидел ровным счетом ничего такого, что помогло бы напасть на след убийцы.
Глеб яростно надавил на клаксон, бросая вызов вдвое превосходящему его машину размерами шестилитровому «лексусу», дерзко попытавшемуся подрезать старушку «альфа-ромео».
Виктор Лучко с аппетитом поглощал содержимое коробки шоколадных конфет. Отправляя сладости в рот, он перебирал в уме все известные ему на данный момент факты. Итак, что у нас на сегодня?
Пока неясно, является ли ссадина на теле убитого Меригина следом от древней монеты – это мы выясним, когда придут результаты подробного спектрального исследования. Тогда же можно будет понять причины возникновения этой вызывающей оторопь эрекции. Что это: шутка природы или чей-то злой умысел? Пока остается лишь гадать о том, что умирающему сделали какую-то инъекцию. Специалисты предполагают, что преступник теоретически мог использовать вещество под названием PGE1. Сегодня, забегая вперед, Лучко доложил об этом Дедову, еще не получив никакого документального подтверждения от экспертов. Не погорячился ли? Но, с другой стороны, капитану было позарез необходимо время от времени подкидывать постоянно рычащему на него генералу хоть какую-то кость в виде новых версий и предположений.
Надо сказать, информация порядком заинтересовала Деда. Почесав могучий подбородок, начальник с изумлением констатировал, что благодаря достижениям науки, преступники скоро будут способны вступать со своими жертвами даже не в противоестественную, а в сверхъестественную связь!
Прикрыв от удовольствия глаза, Лучко снова отправил в рот порцию шоколада. Так, ну и какие же у нас перспективы? Даже если анализы подтвердят использование препарата, это мало чем поможет. Оказалось, что PGE1 есть в свободной продаже, и контролировать его приобретение невозможно. Кроме того, психологи посоветовали детально разработать версию убийцы-импотента. Не случайно ведь тела жертв не несут на себе никаких следов сексуального насилия. Легко им советовать: разработайте то, разработайте это. Лучше бы объяснили, как это сделать. Пробивать все базы данных андрологических клиник?
А теперь мы еще и подозреваем, что убийца не просто силен, но и натренирован. То, что рассказывал о своих видениях Стольцев, вполне вписывается в эту картину. Душитель, судя по всему, орудует весьма профессионально.
Так кто же он? Какой-нибудь бывший спецназовец? А чему тут особенно удивляться? У этих парней через одного мозги набекрень. Никогда не знаешь, как аукнутся в мирной жизни ужасы, пережитые на войне.
Капитан положил очередную конфету на язык и, млея, дождался, пока она растает.
Вон как все повернулось. Может статься, что убийца окажется не коллегой Стольцева, как представлялось вначале, а кем-то из своих, например, бывшим, а то и, не дай бог, нынешним бойцом какого-нибудь спецподразделения. Ну и как прикажете его искать?
Нет, похоже, единственная ниточка – это свежий эпизод, Меригин и его окружение. А вдруг выбор жертв все-таки не случаен?
Лучко с сожалением проглотил последнюю конфету, обнаруженную на дне коробки. К чаю он так и не прикоснулся.
19. Неотправленные письма
Стольцев долго листал истертую телефонную книжку, пока наконец не отыскал нужный номер. Трубку взяли только после девятого звонка.
– Привет! Это Стольцев.
– Здравствуй, Глеб! – Далекий голос был едва слышен.
– Как дела, Володя?
– Копаем помаленьку.
– Нарыли что-нибудь?
– Да так, мелочовка.
Тут Владимир Костин явно поскромничал. Глеб знал, что группа Костина недавно сделала удивительную находку – маленький золотой жетон с выгравированным изображением мужского божества. Его телу была придана правильная крестообразная форма, а в верхней части точками отображались лучи исходящего от головы сияния. Захоронение датировалось самым началом первого века нашей эры, то есть временем жизни Иисуса Христа. Целая куча историков теперь ломала головы над тем, что за божественный персонаж стоит за изображением, найденным в далекой России, и кто же похоронен в построенной греками Фанагории. Может, один из апостолов?
Глеб от души поздравил товарища с уникальной находкой и перешел к делу.
– Я послал тебе письмо по электронке. Там координаты одного весьма перспективного места для раскопок. Не отправишь туда пару ребят? Пусть посмотрят, поковыряются. Нутром чую, там что-то есть.
– Не вопрос. Прочитаю и все организую. Отпишусь, как только будут новости. – После небольшой паузы пришла очередь Костина задавать вопросы. – Ну а как тебе в университете? Еще не умер от скуки? – В его голосе звучало извечное превосходство полевого исследователя над книжным червем.
– Дохожу… – с удовольствием подыграл Глеб.
– Станет невмоготу – прилетай. Место найдем.
Повесив трубку, Глеб предался воспоминаниям о былых экспедициях, немного помечтал о возвращении в теплые черноморские края, но в итоге решил, что, как и в реку, в один и тот же раскоп нельзя войти дважды.
Несмотря на то что Лучко на этой неделе чуть ли не ежедневно заезжал в морг, перманентно беременная Сися снова приняла его за чужака и начала истошно облаивать, гневно тряся налившимися сосцами. Только грозный окрик Семеныча заставил ее угомониться. Лучко и судмедэксперт устроились в кабинете, где на столе их уже поджидала пухлая пачка бумажек, испещренных цифрами и химическими формулами, – это были только что пришедшие результаты анализов крови и тканей Меригина. Судмедэксперт между делом с аппетитом приступил к бутерброду с сыром и колбасой, запивая его жутко крепким чаем из эмалированной кружки.