Белый меч
Шрифт:
— Нет, вы все сделали правильно, — покачал головой маг. — И тем не менее энергии гораздо меньше, чем я рассчитывал. Такое впечатление, что люди просто отказываются ее выделять! В мире, откуда я пришел, школьник, получивший пятерку, вырабатывал гораздо больше силы, чем наши пленники под Третьим Эликсиром Счастья.
— Люди здесь ни при чем, — вздохнул Рантен, молча наблюдавший до этого за процедурой. — Дело в нашем мире. Носфер постепенно умирает, и вместе с ним гибнет магия. Все живое производит гораздо меньше сил. У наших врагов те же проблемы — они не могут вырабатывать энергию
— А как насчет магии Предела? — уточнил пришелец почти спокойно. — Это самая мощная энергия в вашем мире. Даже если она тоже слабеет и вырождается…
Один из рыцарей мысленно фыркнул. Он не издал ни звука, выражение лица осталось прежним, но по вспышке в ауре Серафим безошибочно заметил его настроение:
— Если вы хотите что-то сказать, говорите. Я не наказываю за слова.
— Предел работает безупречно, как и раньше. Вот только доступ к нему теперь закрыт, — пояснил молодой волшебник. — Всякий, кто пытается использовать его силу, умирает в страшных мучениях. Ведь убитый Дракон был его частью…
— Интересно, а почему никто раньше мне этого не сказал? Я потратил десять дней, налаживая производство эликсира, потом следя за проведением военных кампаний для захвата пленных… При том, что в условиях прихода Судии каждая упущенная секунда может означать наше поражение. И только сейчас я узнаю, что все это было пустой тратой времени.
— Пустой?! Вождь, при всем уважении к вам… Мы получили гораздо больше энергии, чем когда-либо смели мечтать! Наши воины почти непобедимы! Скоро мы сможем на равных бросить вызов крупному отряду Воскресителей или Упокоителей!
— Отряду. У каждой из этих организаций несколько армий, каждая из которых содержит не менее десяти таких ударных отрядов. Я уже не спрашиваю, сколько мгновений ваши «непобедимые» воины продержатся против Судии.
— Против Судии?! Но это же нелепо, Светлейший! Даже великие маги древности, которые были практически богами по нынешним меркам, ничего не могли с ним сделать!
— Нет, Рантен. Нелепость — прятаться в щелях, переваривать крохи силы и при этом считать себя великими воинами. Или мы действуем всерьез, или мы не действуем вообще, а покорно ждем, пока Судия нас к чему-нибудь приговорит. В последнем случае — отзывайте отряды.
Бывший глава Совета растерянно переглянулся с подчиненными.
— Но… вы же сами убедились… Если даже разработанные вами источники дают, в вашем понимании, мало Света, то где нам его взять столько, сколько требуется?
— Неужели непонятно, Рантен? Подумайте логически, хоть секунду. Если у вас дома кончается соль, а нужно срочно что-то приготовить, вы идете к соседям и просите пачку. Они не обеднеют, а у вас не пропадет обед. Если все живое в вашем мире производит мало энергии, то надо одолжить ее у соседних миров.
Несколько секунд седой мудрый маг хлопал
— В Носфере, если вам нужна мерка соли, вы идете и пишете смиренное прошение администратору города, деревни или поселения. О выделении вам, недостойному, драгоценных ресурсов, необходимых для жизни. Простите, это я так, к слову. Даже если допустить, что светлые в других мирах согласятся… хм… одолжить нам значительное количество силы, мы все равно не сможем кого-то к ним послать для переговоров. Носфер — закрытый мир, если вы еще не в курсе, Светлейший.
— В курсе. Но он закрыт на выход. Не на вход.
— То есть кто-то из соседей, даже без нашей просьбы, вдруг согласится принести нам кучу заряженных амулетов? Простите, но до сих пор ничего подобного с неба не падало…
— Никто ничего нести не должен, — тон Серафима оставался спокойным и бесконечно терпеливым. Таким тоном обычно говорят с маленькими детьми, или с клиническими идиотами. — Носфер по-прежнему участвует в естественном энергоинформационном обмене с другими мирами. Только в одностороннем порядке. Потоки энергии, свободно циркулирующей во вселенской Сети, по-прежнему втекают сюда, но уже не могут выйти обратно. Следовательно, эта энергия должна где-то накапливаться на мировом диске.
Рантен обхватил руками голову. Идея казалась совершенно безумной… И оттого, возможно, имела какой-то смысл. Вот только старому волшебнику не хватало безумия, чтобы этот смысл осознать. Или же он просто не был готов так перетряхнуть свои представления.
— У меня нет времени с вами пререкаться. Просто слушайте, — невозмутимо продолжал пришелец. — В ваш мир втекает как сила Света, так и сила Тьмы. Обе растворяются в мировом эгрегоре и взаимно гасятся. Теоретически, если мы начнем отнимать у общества энергию Света, то, не имея баланса, в нем должна начать копиться Тьма. Иными словами, мотивы людей станут более эгоистическими, что может привести к резкому увеличению насилия в обществе — как мотивированного, так и спонтанного.
Совершенно ошалевшие от высокоумных рассуждений светлые резко вскинули головы. За длинными и красивыми речами они уловили главное. Люди станут убивать и мучить друг друга. Еще больше, чем сейчас, хотя, кажется, куда уж больше? Не слишком ли высокая цена?
— Теоретически должна, — с ударением на первом слове повторил Серафим. — Но в действительности этого не произойдет. В вашем мире присутствует некий природный или искусственный компенсатор.
Нечто очень мощное откачивает избыток Тьмы, если она не используется магами и не гасится Светом. Так что катастрофы не случится.
— Судия? — предположение возникло чисто автоматически. В Носфере только одна темная сила обладала достаточным могуществом для такого контроля.
— Нет. Поглощение Тьмы происходило еще до его прихода. И после смерти Дракона — я нашел следы энергетических потоков. Так что это не сам Судия, не одна из его частей… Но, возможно, что-то связанное с ним. И что бы это ни было — или кто, — нам следует как можно быстрее его найти. Мы не можем начать перехват межмировых потоков, пока не разберемся, кто и зачем делает аналогичную работу помимо нас.