Берлинский транзит
Шрифт:
— Боюсь, что может, — признался Дронго, — и это правда.
Он посмотрел ей в глаза. Она смутилась, первой отвела взгляд. И он вышел из комнаты, направляясь к комиссару Реннеру. Он еще не знал, что именно находилось у того на столе. Когда он вошел, комиссар поднял голову.
— Вот и вы, — негромко сказал он. — Поздравляю. Кажется, ваша версия убийства блестяще подтвердилась.
— Что случилось? — спросил Дронго.
Вместо ответа комиссар протянул срочное сообщение из Москвы. Это был ответ на высланные в Россию отпечатки пальцев, обнаруженные в купе. Отпечатки пальцев Захара Чечулина имелись в картотеке Министерства внутренних дел, о чем сразу же сообщалось. Остальные
Дронго дочитал сообщение до конца и положил бумагу на стол.
— Впечатляет, — сказал он только одно слово по-русски, и Реннер даже сумел понять, что именно он сказал.
Глава 10
— Мне удалось уговорить обоих пассажиров нашего вагона остаться в Берлине, — сообщил Дронго. — Если даже среди них нет возможного координатора, то мы хотя бы побережем жизнь этих двоих. Только нужно уточнить отель, в котором мы остановимся. Желателен хороший отель в центре города. И учтите, что пассажиры сами оплачивают свое пребывание в городе, поэтому цены нужно максимально снизить.
— Сейчас большие скидки в отеле «Штайнбергер» на площади Лос-Анджелеса, прямо в центре города, — сообщил комиссар, — две минуты от Курфюрстендамм. Прямо в центре города.
— Думаю, что нас это устроит, если вы поставите там надежную охрану, — задумчиво произнес Дронго.
— Не совсем понимаю, для чего это нужно, — сказал комиссар, — но если вы так считаете, то я согласен.
— Нужно любым способом задержать их в Берлине, — напомнил Дронго, — чтобы у них был своеобразный берлинский транзит. Если один из них координатор, то тогда ничего не кончено. Будет неплохо, если все начнут говорить о том, что погибший вез с собой важные документы, которые удалось случайно обнаружить в его купе. В таком случае убийцы почувствуют себя одураченными. К тому же у вас в руках один из его телохранителей, он может помочь вам в этой своеобразной игре. Но учтите, что об этом не должен знать никто, даже ваши помощники.
— Хотите заставить их вернуться, — понял Реннер. — Это может быть очень опасно. И бесполезно. Они могут не захотеть предпринимать второй попытки.
— В таком случае вы ничем не рискуете, — сказал Дронго, — но если я прав, то так мы быстрее найдем преступников и не дадим им спокойно уехать отсюда.
— По логике вещей, они должны быть уже далеко. Вам не кажется, что ваш план несколько авантюрен?
— Нет, не кажется. Обоим пассажирам нашего вагона я сообщил, что они не могут так просто покинуть Берлин, так как вы организуете за ними наблюдение.
— А если появится эта странная фрау Асамова, о которой здесь пишут такое… — показал на сообщение из Москвы комиссар. — Вы понимаете, как сильно вы рискуете. Вице-чемпион Европы по биатлону. Значит, она стреляет, как снайпер, или даже лучше. В купе она стреляла с расстояния в один метр, но ведь она может стрелять и издалека.
— Нам еще нужно найти ее, — напомнил Дронго. — Сначала отпустите проводников, потом разместите в вашем «Штайнбергере» обоих пассажиров. Но учтите, что там должны быть ваши лучшие сотрудники, желательно из тех, кто уже давно работает и имеет опыт подобных операций. Ну и наконец, сейчас нам нужно поговорить со вторым телохранителем, который так неудачно приземлился при попытке покинуть состав.
— Хорошо, — сказал, немного подумав, Реннер, — это будет впервые в моей жизни, когда я полностью доверяюсь неизвестному мне человеку. Если все получится, то я первый назову вас гением. Но учтите, что в случае проигрыша ставкой может стать ваша собственная жизнь.
— Я знаю, — кивнул Дронго, — поэтому то, о чем мы здесь говорили, должно остаться между нами. Иначе вся наша затея окажется никому не нужной.
— Сейчас вызову машину, — вздохнул комиссар, — ваших пассажиров мы проводим в отель.
— Куда поехал Виммер? — спросил Дронго.
— Допрашивать проводников из соседнего вагона. Там, где ехали литовская и польская пары. Надеюсь, что он успеет поговорить с ними до отхода поезда.
В кабинет вошел офицер, который принес очередное сообщение из Москвы. Комиссар схватил его, прочитал и показал Дронго.
— Уже перевели на немецкий, — пояснил он, — прямо в Москве. Здесь указано, что они проверили отпечатки пальцев убитого. Это действительно Георгий Цверава. Они еще раз подтвердили нам, что его отпечатки совпали с их данными. Но вторую убитую они так и не могут идентифицировать.
— Что и требовалось доказать, — подвел итоги Дронго.
Комиссар угрюмо кивнул.
Они выехали в машине Реннера, направляясь в больницу городка Нойенхаген. Им предстояло ехать около тридцати минут. Реннер позвонил Виммеру, чтобы узнать последние новости.
— Они ничего не помнят, — сообщил тот, — в каждом вагоне было по десять купе, и пассажиры почти не выходили из них.
— Понятно, — разочарованно произнес Реннер. — Что думаете делать дальше?
— Может, просмотреть видеозаписи с вокзала? Наш эксперт прав, предлагая тщательно просмотреть их все.
— Мы сейчас едем в Нойенхаген к пострадавшему бандиту. Я надеюсь, что мы узнаем от него какие-то подробности. Затем мы вернемся и вместе просмотрим все видеозаписи.
— Как вы решили поступить со свидетелями?
— Проводников вагона, где произошли два убийства, мы уже отпустили. Один был у своей подруги в соседнем вагоне, а другой просто заснул.
— А пассажиров?
— Пассажиров наш эксперт уговорил остаться. Мы разместим их в отеле «Штайнбергер».
— Зачем? Может, лучше отпустить их?
— Нет. Наш эксперт считает, что их нельзя сегодня отпускать. Он их сам и уговорил остаться. Обоих.
— Поразительно. Этот человек способен на невозможное, — пробормотал Виммер.
— Мы получили два сообщения из Москвы. Они подтвердили, что убитый — господин Цверава, у которого было восемь судимостей. И они смогли найти по своей картотеке женщину, которая выдавала себя за фрау Брустину. Это бывшая спортсменка, биатлонистка, вице-чемпион Европы. Обвиняется в тяжких преступлениях и объявлена в международный розыск.