БОЛЬШОЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ ПУТЕВОДИТЕЛЬ
Шрифт:
Помпиду, несмотря на «импульс последствия» чехословацких событий, пять раз встречался с высшим руководством СССР. В 1970 г. подписал с Л.И. Брежневым договор: в случае возникновения в мире пиковых ситуаций, правительства двух стран должны незамедлительно вступить в контакт для согласования позиций. Помпиду первым из ведущих западных политиков поддержал советскую идею о проведении Общеевропейского совещания по вопросам безопасности и сотрудничества, что привело к подписанию в 1973 г. Хельсинкского соглашения. (Как все могло быть хорошо и благостно! Да видно, не судьба: только пресловутая «Хельсинкская группа» из злопышащих недобитых диссидентов у нас от той затеи и осталась.)
Франция, вопреки настойчивым требованиям «атлантистов», не
Но «европеизм» президенту был не чужд. Он снял возражения против вступления Англии, Ирландии и Норвегии в «Общий рынок» - ив нем стало девять стран-участниц.
За время правления Помпиду Франция значительно укрепила свои ядерные силы. Она обзавелась всеми видами этого убийственного оружия: баллистическим ракетами наземного базирования, ракетными крейсерами и подлодками, стратегическими бомбардировщиками. Французский ядерный потенциал превзошел английский.
Во внутренней политике Помпиду, следуя заветам предшественника, прилагал усилия к тому, чтобы трудящиеся заняли более достойное место в капиталистическом обществе - получали бы справедливую долю от испеченного ими общенационального пирога, а их дети - еще и «равные шансы» занять высокое положение. Но и радетели основ капиталистической системы без гостинца не остались - вожжи правительственного дирижизма были существенно ослаблены. А чтобы все были друг другом довольны - профсоюзам было предложено заключить с хозяевами «контракты прогресса», то есть, отказаться от забастовок в обмен на гарантию ежегодного роста зарплаты. Однако, как это часто бывает с благими намерениями, мерси сказали далеко не все: профсоюзы контракты заключать отказывались, а предприниматели считали, что государства в экономике по-прежнему слишком много, и оно сверх меры берет из их кармана на социальные нужды.
* 843 НИ- *
Важные процессы шли в то время и на левом фланге. После мая 1968 г. там убедились, что без единства успеха не добиться.
Большое впечатление произвел ввод советских (и прочих - из стран Варшавского Договора) танков в Чехословакию. Французские коммунисты не могли не считаться с практически всеобщим осуждением силовых действий советского блока, когда даже такие штатные «искренние друзья» Советского Союза, как Ив Монтан, выступили с резкими антисоветскими заявлениями. Да и, несмотря на собственные чувства «классовой солидарности», многие члены французской компартии испытывали - как результат влияния «не совсем здоровой обуржуазившейся западной культурной среды» - легкое замешательство от происшедшего. В идеологии и политике ФКП, возглавляемой с 1970 г. Жоржем Марше, стали все явственнее проступать черты еврокоммунизма. Течения, по московским меркам, чересчур соглашательского, если не сказать - оппортунистского. На своем пленуме в декабре 1968 г. французские товарищи договорились до того, что, при переходе к социализму в их стране должна действовать многопартийная система, что национализировать следует только банки и ведущие отрасли промышленности - не более того. И недалек уже был тот день, в который они прямым текстом похерили и святая святых - диктатуру пролетариата. Но, по раскладу тогдашней политической коньюктуры, заострять углы ни КПСС, ни ФКП было невыгодно.
Коммунисты пошли на сближение с Социалистической партией. Та летом 1971 г. приняла в свои ряды «Конвент республиканских институтов», возглавляемый Франсуа Миттераном, - и этот политический деятель первого ряда стал председателем обновленной Социалистической партии. Он был не против союза с коммунистами - но считал, что в этом союзе акценты должны быть смещены. Заявил, что его цель - «доказать, что из 5 миллионов избирателей, голосующих за коммунистов, 3 миллиона могут проголосовать за нас». А символом партии стала роза - цветок, хоть
Коммунисты, социалисты и примкнувшие к ним левые радикалы не без труда, но разработали к лету 1972 г. «Совместную правительственную программу». В первой ее части, многообещающе озаглавленной «Жить лучше», традиционно говорилось о заработной плате, отпусках, пенсиях, пособиях, о выделении средств на науку, культуру, спорт. А вот следующий раздел был чреват обострением социаль но-политических противоречий в обществе: выдвигалась программа полной или частичной национализации 13 крупнейших финансово-промышленных групп. Они объединяли не более 1% всех французских предприятий, но в них обращалось около половины французских капиталов.
Наибольшие противоречия у составителей программы вызвал пункт о внешней политике. Сошлись на том, что надо добиваться одновременного роспуска Варшавского Договора и НАТО. Сама Франция должна быть вне военных блоков, но сохраняла членство в «мирных» органах Североатлантического пакта и в «Общем рынке» - только держаться там надо было независимо.
«Совместная программа» стала политическим документом левых сил на достаточно длительный период, но ощутимые успехи пришли не сразу. На парламентских выборах 1973 г. левые хотя и добились рекордного за историю Пятой республики результата (43% голосов), но правящая коалиция все же сохранила большинство в Национальном собрании.
А в апреле 1974 г. неожиданно для многих скончался президент Жорж Помпиду. Он ушел из жизни мужественно: давно и тяжело болел раком, знал об этом, но вида не показывал и до конца оставался на посту.
Вскоре прошли внеочередные президентские выборы. Левые шли на них уверенно, выдвинув единым кандидатом Миттерана. И действительно, в первом туре он получил намного больше голосов, чем кто-либо из соперников. Но во втором туре верх с небольшим преимуществом взял бывший министр финансов Валери Жискар д'Эс-тен, человек с очень импозантной аристократической внешностью и с такими же манерами. Он выдвигался от «независимых республиканцев», но пользовался поддержкой и центристов, и многих голлистов из ЮДП - последние даже внесли раскол в собственную партию.
На выборы Жискар д'Эстен шел под лозунгами «передового либерализма» и «перемен без риска». Обещал держаться «золотой середины», заботясь о трудящихся и не вмешиваясь без нужды в экономику. А еще он высказывался за то, чтобы страны «Общего рынка» к 1980 г. образовали политический союз.
Это был молодой политик: 48 лет для президента такой солидной страны, согласитесь, почти юность. Сын высокопоставленного чиновника, женатый на наследнице крупной оружейной фирмы. Во Вто рую мировую, 18 лет от роду, успел повоевать, освобождая Францию. Закончил два престижных вуза. «Став президентом, Жискар д'Эстен постарался создать образ близкого к народу человека. Он появлялся на приемах в демократическом пиджаке (а не во фраке), сам водил машину, демонстрировал перед журналистами игру на аккордеоне, приглашал на завтрак в Елисейский дворец дворников и прислугу, посещал дома рядовых французов (в сопровождении теле- и фоторепортеров), но все же не смог полностью избавиться от репутации высокомерного аристократа, владельца четырех старинных замков и почти 500 гектаров земли» (В.П. Смирнов).
Эка невидаль - 500 гектаров, им бы у Брынцалова земли и замки посчитать. Как бы там ни было, Жискар д'Эстен старался следовать обещанным курсом. Исходил из того, что государство для экономики не дирижер, но и не Марксов «ночной сторож» капиталистов - оно должно компетентно оптимальные условия для развития народного хозяйства. Но и поддержка нуждающимся в помощи, предотвращение и сглаживание социальных конфликтов - его первоочередная задача (свои взгляды он детально изложил в книге «Французская демократия», вышедшей в 1976 г.).