Брак на крови
Шрифт:
Я не могла и слова сказать, все слова застревали в горле, как-бы я не пыталась сказать хоть что-то.
— Ты ведь знала, что будет, если книга окажется у меня в руках.
Я не знала… Я думала, что книга может дать лишь знание о моём роде, о моей силе и как её получить, но я не знала, что она сделает меня рабыней. Не знала.
— Ты теперь не так остра на язык, Влада, да? — усмехнулся Велизар, хватая меня за волосы и закидывая мою голову вверх. — Где твои шуточки, ухмылочки? Боишься меня? Ответь.
— Да, — выдавила я из себя, смотря
Я сама завязала себе руки, вручив Велизару верёвку. Я сама дала в его руки власть над собой. Сама.
— Неужели? — рыкнул он, опуская мои волосы.
Я чувствовала, как горит моя кожа на спине. Сначала едва чувствовалось, но потом переросло в целый пожар. Казалось, что кто-то поджёг куртку. Я прикусила внутреннюю поверхность щеки, тихо воя от боли, что очагом расходилось по всей спине.
— Что такое? — удивился Велизар без притворства.
— Спина… — выдохнула я на одном дыхании, срываясь на крик и сгибаясь к земле. — Горит… Очень больно.
Я явственно чувствовала огонь на своей коже. Он горел не по всей спине, а как-будто каким-то узором, но сжигал всё тело, прожигая до костей.
========== 33 глава ==========
Я не помнила себя от боли. Не помнила, как потеряла сознание. Не помнила, как оказалась дома, если это можно назвать домом. Я помнила лишь то, что больше я себе не принадлежала. Я подчинялась теперь чужой воле. Воле мужа-садиста.
Я встала с кровати, чувствуя, как саднит спину и прилипает рубашка, будто расправилась на коже.
— Не долго теперь у тебя длятся обмороки от боли, — услышала я смешок Велизара за своей спиной. — Всего пара часов, вместо пары дней.
— Что у меня со спиной? — устало проговорила я, не в силах выдать из себя какую-либо эмоцию.
— Самому интересно.
Я почувствовала его руки на своих плечах. Такие сильные и тяжёлые. Они когда-то сводили меня с ума. За каждое лёгкое прикосновение я готова была на всё… Это было время минутной слабости, когда я думала, что влюбилась в Велизара и он испытывал нечто схожее с моими чувствами. Теперь его руки не могли дать мне удовольствия и чувства защищённости, они несли только грубость и боль.
Он развернул меня к себе и я не могла заставить себя поднять глаза на его лицо. Я смотрела только ему в его грудь, не решаясь посмотреть в его глаза без позволения.
— Посмотри на меня, — тихо сказал он. В его голосе не чувствовалось угрозы или злобы, но это была фальшь. Я подняла глаза и встретила полное спокойствие в ответ. — Тебе ничего это не напоминает?
Я чувствовала его руки на своей коже, которые медленно расстёгивали пуговицы тонкой рубашки.
— Ты боишься. Чуть ли не трясёшься под моими руками. Даже не скажешь, что ещё недавно ты угрожала мне, что убьёшь. Боишься… Прямо как в начале. Такая беспомощная, — Велизар полностью расстегнул рубашку и повернул меня за плечи спиной к себе.
Аккуратно он снял одежду с моих плеч и я услышала сдавленный
— Что там? — бесцветным голосом спросила я.
— Печать твоего рабства, — усмехнулся Велизар.
Я не узнавала его. До этого он раскаивался в своих действиях, обещал больше не повторить тех ошибок, но когда книга попала ему в руки, он сорвался с цепи. Он стал ещё хуже, получив моё беспрекословное подчинение.
Неожиданно Велизар притянул меня к себе, обняв со спины и прижавшись лбом к моему затылку.
— Как же я люблю тебя, — выдохнул он, обжигая мою шею горячим дыханием.
Моё сердце пропустило удар, а на глазах выступили слёзы. Я впервые за всю жизнь услышала эту драгоценную фразу. Я так долго ждала милости или жалости со стороны Велизара, что уже и перестала надеяться на лучшее. Я не ждала, что он когда-нибудь полюбит меня, но в глубине души понимала, что давно хотела ответа на свои потухшие чувства. Я уже открыла рот, чтобы что-то ответить, но Велизар снова начал говорить:
— В тебе есть такое качество, которое я обожаю в своих жертвах, — проговорил он и у меня земля ушла из-под ног, когда я поняла, что это очередная насмешка. — Ты сама загоняешь себя в угол. Сама даёшь полную власть над собой. Если бы ты сама не дала мне в руки эту книгу, то не стала бы рабыней моих желаний… Раздевайся.
Этот повелительный тон будто кнутом пришёлся по моему телу, которое не могло больше ослушаться его приказов. Руки сами собой потянулись к пуговице на джинсах, как у марионетки. Мною управляли, как куклой, забавой… Кем я и являлась по своей сути. Руки дрожали, пальцы путались, дёргая собачку замка на джинсах. Я не старалась снять их как-то красиво или, уж тем более, сексуально, что с моим дрожащим телом было и невозможно.
— Верх, — дополнил Велизар, когда я отбросила джинсы в сторону и осталась в одном нижнем белье.
Я нерешительно спустила лямки тёмно-синего лифчика, почувствовав грубые руки на своей талии. Завела руки за спину, расстёгивая крючки и лиф упал на пол, обнажив меня ещё сильнее.
— У меня есть для тебя задание, — издевательски прошептал он, вдавливая пальцы в мою кожу. — Я буду сегодня занят до вечера, а тебе нашёл развлечение пока меня не будет. — Велизар повернул меня к себе и отошёл сам. — Я заметил, что ты не плохо рисуешь. Давно хотел потешить своё самолюбие, повесив в кабинете свой портрет, а тут такой шанс — художник был всегда в моей постели.
— Мне нужны инструменты, — робко заметила я. — Я не смогу нарисовать портрет без необходимых…
— Об этом не волнуйся. У тебя есть всё необходимое, — жестом муж указал на окно позади меня. Я обернулась и увидела, что возле окна стоят низкий мольберт и стул, на котором лежат художественные принадлежности. — Надеюсь, что в твоей памяти мой образ хорошо запомнился. Нарисуешь в мельчайших деталях.
— Конечно, — проговорила я, склонив голову.
Твой образ я никогда не забуду…
***