Будь моей судьбой
Шрифт:
— Тогда я тебя укушу, — пригрозила она.
— О да, ты можешь, — он досадливо потер след от укуса, который не спешил заживать. — Как же неудобно без регенерации…
Мимоходом кольнула совесть, но Дженни не стала ее слушать. Вид собственной метки на его шее завораживал. И да — себе можно не врать — дико возбуждал.
— Тебе идет.
Глаза Раума опасно сузились.
— Иде-е-ет, значит, — протянул он. Объятия превратились в стальной капкан, и Дженни, вжавшись в его тело, ощутила насколько демон готов к продолжению их брачной ночи. — Ты ведь даже не раскаиваешься, Дженни-кусака?
— Неа.
— А
В этот раз не было осторожности и нежности. Только грубый напор, дикая животная похоть. Не было и долгой прелюдии, Раум поднял ее, до синяков стиснув ягодицы стальными пальцами, и ворвался — яростно, мощно. Вошел сразу на всю глубину, заставив застонать от блаженства.
Дженни оплела его бедра ногами, вцепилась в плечи. Что-то внутри замирало от страха — вдруг не удержит, но в то же время сознавать себя настолько маленькой и слабой рядом с мужчиной было восхитительно. Снова обрушились чужие ощущения, его напор, агрессивное и собственническое желание овладеть, подчинить, спорить с которым не было ни малейшего помысла.
И это было…
…волшебно, непередаваемо, упоительно?
Не похоже ни на что.
И прекрасно.
Она горела в руках демона, чувствовала, как мощный горячий ствол скользит в ее теле. Каждый раз, когда он погружался полностью, из груди сам собой вырывался глухой животный стон.
Слишком хорошо… Так остро и ярко, что долго не удержаться.
На этот раз все случилось одновременно. Сладкая упоительная волна накрыла тело. Дженни вскрикнула и обмякла — разделенный на двоих оргазм полностью лишил ее сил. Демон тяжело выдохнул сквозь зубы, глуша стон. Железная хватка его пальцев на бедрах ослабла, и девушка без сил опустилась бы на дно, если бы Раум не подхватил ее. Они замерли в обнимку — по плечи в воде.
— Хорошо, — пробормотала Дженни, устраивая голову у него на плече.
— Хорошо, — согласился он, целуя ее в закрытые глаза. — Но я, похоже, перехапал. Ты засыпаешь, Джен.
— Вовсе нет! — попыталась возразить она, вяло удивившись — почему в его голосе столько тревоги?
— Вовсе да! — отрезал демон. И снова поднял ее на руки. — Спать!
— Ладно, — спорить с ним не хотелось. Спорить с ним сейчас — сразу после слияния, после подчинения, растворения, признания его власти и права оберегать ее, вообще казалось неправильным. — Завтра… еще раз.
Наверное, ответ ей приснился. Не мог же Раум на самом деле сказать: «Может быть. Посмотрим, как ты себя будешь чувствовать».
Глава 19
За ночь костер прогорел и типи выстыл, впустив предзимний холод. Он свободно гулял по шатру, норовил забраться под меховое одеяло. Единственным источником тепла оставалось мирно посапывающее рядом тело. В полусне Дженни дрожала и прижималась к нему теснее, а проснувшись, обнаружила себя буквально распластавшейся на демоне сверху. Но когда она попробовала аккуратно с него слезть, чтобы подложить поленья в очаг, Раум сгреб ее в охапку и навалился, вжимая в медвежью шкуру.
— Моя, — сонно пробормотал он. — Не пущу!
— Я только разжечь
— Не-а…
Будить его — такого смешного, сонного и взъерошенного не хотелось. К тому же так было теплее. Поэтому Дженни перестала возиться и расслабилась, перебирая белые пряди. Перед глазами маячил след от вчерашнего укуса. За ночь он зажил, но не исчез полностью. Отметины от зубов показались Дженни невероятно сексуальными. Она не удержалась и провела языком вдоль своей метки, вдыхая одуряющий запах своего мужчины.
Все хорошо. И зря она боялась, что потеряет себя. Брак заключен, а она не чувствует в себе никаких изменений. Нет желания стелиться перед Раумом ковриком и готовности прощать любое свинство. А любовь и нежность были с ней и раньше, иначе она никогда бы не допустила этой близости.
Некоторое время Дженни лежала тихо, как мышка, опасаясь потревожить его сон. Но потом роль мягкой игрушки ей наскучила, и девушка начала шалить. Погладила Раума по спине, пощекотала между ребер, отчего он недовольно дернулся. И опустила ладонь ниже, мягко обхватив член. Тот, в отличие от самого демона, уже проснулся и ощущение гладкого, перевитого венами ствола в ладони заставило Дженни задохнуться от неожиданного желания. В памяти во всех подробностях встала вчерашняя ночь.
Даже жарко стало — и никакого костра не надо.
Она задумчиво двинула рукой. Один раз, другой. И вдруг поняла, что хоть глаза Раума и по-прежнему закрыты, мерный ритм дыхания определенно изменился.
— Ты не спишь!
Хитрый демоняка даже ухом не повел. Тогда Дженни попыталась отдернуть руку, но поверх ее пальцев сомкнулась мужская ладонь. При этом демон продолжал все так же прилежно сопеть, изображая спящего, только по губам поплыла довольная улыбка, выдавая поганца.
— Продолжай, — то ли попросил, то ли приказал он.
— Мне холодно. Хочешь чтобы я продолжила — раздуй костер.
— Костер не единственный способ согреться.
— С ним уютнее. Ну, пожалуйста!
— Угу, уют — это сейчас самое важное… — фыркнул Раум. И вылез из-под одеяла.
Утренний холод ему не понравился, и демон воспользовался уже знакомым заклинанием с теплым воздухом. Дженни завистливо вздохнула — полезная все-таки штука. И волосы высушит, и согреет. Надо бы попросить, пусть объяснит, как он это делает.
С костром Раум тоже не стал возиться. Перетащил остатки поленьев, сложенные у входа, кое-как пристроил поверх еще тлеющих углей. Дженни нахмурилась, морально готовясь вылезать на холод, чтобы объяснить не нюхавшему леса аристократу, как правильно складывать дрова в очаге, но это не потребовалось. Демон просто швырнул в горку магический импульс и дерево полыхнуло, словно облитое маслом.
Раум с матюками отшатнулся.
— Так и спалить все к хренам собачьим можно!
— А вот, — хихикнула Дженни. — Будешь в следующий раз спрашивать у более опытных товарищей, Раум-руки-из-задницы.
Демон повернулся и изумленно приподнял бровь.
— Как ты меня назвала? — вкрадчиво спросил он.
Ой-ой! Прячьтесь все — босс настроен серьезно.
— Никак. Тебе показалось, — Дженни показательно заткнула рот двумя руками и замотала головой. — Раум-проблемы-со-слухом, — шепотом добавила она.