Черный оазис
Шрифт:
Лушников испуганно приложил к губам палец. И в этот момент Артему показалось, что он действительно слышит, как кто-то идет, ступая по хлюпающей жиже. Шаги были тяжелыми и размеренными, время от времени трещали ветки. Лушников весь напрягся и вжался в дерево. Горин хотел было еще о чем-то спросить, но Лушников схватил его за руку и сжал так, что заглушил на время жжение в ноге.
— А знаешь, Горыныч, — быстро зашептал Лушников, — у нас еще есть небольшой шанс. Видишь дерево? — он кивнул на возвышающийся неподалеку ветвистый ствол. — Если на него забраться, то вон с той длинной ветки
— Да ты что, с такой высоты все кости себе переломаешь! — возразил Артем, высвобождая руку из цепкой хватки Лушникова.
В этот момент в джунглях раздался леденящий душу булькающий вой, от которого мгновенно расширились зрачки и в животе образовался прохладный вакуум.
Лушников вскочил, оттолкнул Горина, бросился к раскидистому дереву и с ловкостью обезьяны начал карабкаться вверх, с ветки на ветку. Очень быстро он оказался на длинной толстой ветви, которая находилась чуть выше пуленепробиваемой стены.
— Не ссы, Горыныч! — крикнул он сверху. — Вот увидишь…
Он не договорил, так как внезапно засуетился, словно что-то заставило его поторапливаться. Артем пытался разглядеть, что там происходит меж ветвей, закрывая глаза ладонью от бьющего в них солнца. И вдруг Горин понял, что заставило Лушникова спешить.
Огромная темная масса метнулась откуда-то сбоку и в одно мгновение оказалась наверху, там же, откуда только что раздавался голос Лушникова. Артем от неожиданности, задирая голову, больно стукнулся затылком о ствол дерева. Поморщившись, он приложил ко лбу обе ладони, силясь разглядеть происходящее, когда сверху прилетел какой-то предмет и шлепнулся неподалеку. Не стоило труда разглядеть, что это покрытая копной седых волос голова Лушникова.
В тот же миг над Артемом нависла тень, и он снова задрал голову: гигантская черная туша падала вниз. Когда она достигла земли, почва дрогнула, и Горина обдало брызгами грязи так, что пришлось зажмуриться. Он весь сжался в комок, но веки решил не разлеплять. Ему не хотелось видеть то, что будет его сейчас убивать. Артем Горин приготовился к смерти…
Сколько прошло времени — он не знал. Может быть, минута, может быть, час. Когда где-то в отдалении послышался отвратительный скрежет, он обтер с лица засохшую грязь и открыл глаза. Яркое солнце заставило снова на миг зажмуриться. Артем встал и огляделся. Поблизости никого не было. Он подошел к лежащей под деревом голове, повернул лицом вверх и закрыл ей веки. Откуда-то сверху на руку ему упала капля крови, крови Лушникова.
Горин вернулся за автоматом и бесцельно побрел вперед. К реальности его вернула прозрачная стена, на которую он вскоре наткнулся. Вместе с реальностью вернулось и мучительное жжение в ноге, и не менее мучительное осознание всего произошедшего. Артема стошнило.
Чтобы хоть как-то заглушить боль, он проглотил несколько таблеток, что, впрочем, почти не подействовало. Прихрамывая, он пошел вдоль стены, пока не добрался до места, где еще недавно обнаружились закрытые ворота. Сейчас в этом месте был пролом. Рваные края бронестекла торчали по обе стороны стены.
Горин осторожно, чтобы не порезаться, выбрался в образовавшийся проем на ту сторону. До него донесся гул, громкость которого
Вскоре из-за поворота показался грузовик, что привез их сюда. Ехал он так быстро, насколько позволяли ухабы и рытвины. Машину мотало из стороны в сторону и, похоже, шофер очень торопился. Горин впервые за все время операции снял автомат с предохранителя и приготовился…
Когда грузовик почти поравнялся с ним, Артем ринулся вперед, вскочил на подножку со стороны пассажира и рванул на себя дверь. Ему тут же пришлось схватиться за поручень на приборной панели, чтобы не свалиться. Второй рукой он держал направленный на шофера «АКМС». Хлопающая от болтания грузовика дверь больно била Горина по ногам.
— Только попробуй сделать что-нибудь не так, сука! — рявкнул он.
Водитель, лицо которого, как успел заметить Артем, было бледным, как бумага, а глаза выпирали из орбит, недолго думая, открыл свою дверь и сиганул из грузовика.
— Куда?! — заорал Артем.
Он дотянулся до баранки, схватил ее и едва удержал грузовик от резкого заноса, что могло означать лишь опрокидывание. После этого, не отвлекаясь от дороги, уселся на сиденье и надавил на газ. Водительскую дверь Горин закрыл, а пассажирская продолжала хлопать, что уже мало его волновало.
Артем решил держаться того же направления, ведь куда-то же дорога вела — неважно куда, лишь бы подальше от этого места.
Вскоре колея свернула в джунгли. На одном из узких участков открытая дверь, ударившись о ствол дерева, наконец-то захлопнулась. В салоне стало чуть тише. Горину показалось, что дорога ведет в обратную сторону от «стеклянной мышеловки», значит, он может попасть в лагерь, из которого их отправил Вараксин. Артем вспомнил о патрулях, останавливающих микроавтобус, когда он добирался из аэропорта, поднял с пола автомат и на всякий случай положил его на колени.
В одном месте он обратил внимание на перепачканную чем-то листву. Горин остановил грузовик, чтобы разглядеть внимательнее — это была кровь, совсем свежая. Он задумался, ехать дальше или нет. Но не возвращаться же назад! Артем снова врубил передачу и утопил педаль акселератора. Управлять грузовиком после легковой было непривычно: чтобы переключить скорость, приходилось делать «перегазовку», но он постепенно вспомнил давние уроки вождения. Главное, чтобы этот металлолом не заглох где-нибудь на половине дороги.
После очередного поворота Артему пришлось резко затормозить: путь загораживала задняя часть съехавшего в кювет армейского «уазика». Горин выбрался из кабины и подошел ближе. В салоне находилось около четырех человек, но точно говорить о количестве людей было затруднительно из-за месива, в которое их кто-то недавно превратил. Все, включая водителя, были одеты в белые халаты. Артем бегом вернулся в кабину. Удивляться надоело, он включил пониженную передачу и объехал «уазик», продираясь сквозь заросли и болотную жижу.