Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Деревенские святцы

Полуянов Иван Дмитриевич

Шрифт:

В избе Агрены бухают кроены. Тетка Павла развешивает по изгороди постирушку: домотканую пестрядь, порты, рубахи и половики.

К Овчищам трюхает лошадка, запряженная в розвальни.

Кругом родное — от сосен-вековух у гумна, алых вербушек и синего следа лося вдоль Сиенца до стука ткацкого стана, до визга полозьев саней по льдистой колее. И кажется, это вовек не кончится, как оборвалась на тоскливой ноте песня краснобрового черныша с березы.

Таскаешься под окнами, молишься, запрокидывая вверх голову: «Белая морковка, зимой растешь, пади мне на руки!»

Сосульку и полизать можно, и откусить — льдинка приятно холодит во рту, долго не тает…

Снег возле гумен примят, у зайцев ночью опять была сходка. Смотри, косой следы ляпал, ухарь, хвост одуванчиком — на полном скаку повороты, вверх прыжки! Перед зайчихой выставлялся, вон она сидела на задних лапках, передние держа, точно дама для поцелуя.

Горластые сойки-ронжи от кладей соломы исчезли.

Не слышно у деревенских крылечек сорок.

Шмыгая под стрехи, оголтело чирикают воробьи.

Пора сорокам в лес, пора воробьям под стрехи — хлопоты о гнезде, о потомстве для птиц не за горами.

9 марта — Обретение главы Иоанна Крестителя.

В устных календарях — Иванов день, обретенъе.

Шаг весны широк: от пальм Африки до зарослей карликовых деревьев на побережье Ледовитого океана. В знойных тропиках птицы готовятся в путь-дорогу, к этому времени относятся первые подвижки крылатых караванов в сторону северных гнездовий; а среди сопок, на мшистых равнинах — отлеты на юг. Огромные табунились стаи белых куропаток, валом валили, будто живые бураны, низко-низко над снегами, с Большеземельской, Канинской тундре в прилесья, ивняки Мезени, Печоры.

Сейчас в Заполярье — пурга, морозы.

На Севере не зря говорят: «Март — спереди и сзади зима».

Чаешь солнышка, а оно «в сером зипуне». Холод, тусклые дни. Вялость чувствуешь, клонит в дрему…

10 марта — Тарас.

В устных календарях — кумошник.

К весне человек слабеет, особенно в условиях Крайнего Севера. Для моряков, зажатых льдами дрейфующих судов, для поморов, ведущих промысел на островах Арктики, не было злее немочи, чем цинга. Не только здоровье, но и жизнь уносила эта болезнь.

«Не спи на Тараса — бессилье нападет» — в борьбе с нею напрямую относится. В помочь тебе лук, чеснок, квашеная капуста, а и сам не плошай. Двигайся, покинь постелю, больше двигайся! Переняли рыбаки и зверобои от ненцев обычай «айбурдать» — есть сырую парную оленину, мороженую рыбу сырцом — «строганину». В пищу включались жир, мясо морских животных, отчего дразнили поморов «моржеедами»… И отступала прежде неодолимая цинга!

О кумохе речь — считай что о лихорадке.

Во главе с кумохой их двенадцать, хворей-напастей, «сестер иродовых»: лихорадка, лихоманка, трясуха-трясовица, гнетуха-огневица, китюха, желтуха, бледнуха, ломовая, маяльница, знобуха и трепуха. 15 января их «святой Сильвестр гонял за семьдесят семь верст», но кумоха, ишь, где ни есть прячется.

«Знахарь говорит, как город городит» — усмешливо роняли месяцесловы. «На то он и знахарь,

чтобы его никто не понял».

К искусству шептуний, колдунов-ведунов наши деревенские, помнится, мало обращались. Во-первых, в окружении тополей в селе Городишне стояла крытая железом земская больница; во-вторых, батюшка нашей Всесвятской церкви славился строгостью, он страху бы напустил: язык отнимется, шептать навек зарекутся!

А деревенским детям днем спать? Помилуйте, за кого их принимаете! Ненастье, ветрило-щеледуй — дома посидим; распогодилось — наши улочки-переулочки, пригорки-скаты и гумна.

У пятистенки, на диво обустроенных поместительных хором бабки Апполинарьи, по-деревенски Понинахи, скворечни выставлены.

На резном балконе парочками — крыло к крылу — жмутся голуби, гулькают, раздувая зобы и переступая красными, как твои озябшие пальцы, лапками.

Голуби к хлебу: небось не у Прохоровичей, не у Агрены поселились…

Зазевался, на гулек глядючи, — ух с тропы! Готово, увяз по пояс. Слезы тут как тут. Так и бабушка тут как тут:

— Что? Прокоп увяз в сугроб?

Вызволит внука из плена, под носом подотрет:

— У кого как, у тебя под носом завсе капельник. Не спуста, неспроста у бабушек слово молвилось.

12 марта — Прокоп перезимный.

В устных календарях — дорогорушитель. «Прокоп увяз в сугроб».

13 марта — Василий.

В устных календарях — капельник и солнечник, дроворуб.

Деревенские святцы отмечали стойкие пригревы, размягчение снега, возрастающую солнечную щедрость. В Замосковье, Поволжье нет-нет и задождит — лужи, ручьи. Закрывались пути перед соляными возами чумаков с Эльтона, Баскунчака, купецкими обозами, потому и день — дорогорушитель.

Для Подвинья, Присухонья Василию тоже красоваться в ряду соседей не солнечником, а капельником, у которого «зима плачет». Ясные дни в марте выпадают не так уж часто.

Если с желоба брызги, день светел, прими предвестья знаменательные.

«День солнечный — к урожаю».

«Длинные сосульки — на долгий лен, на коноплю».

«Василий-капельник капли даст — к доброму году».

Зима плачет, да как бы и тебе не заплакать при бесхлебье, при бескормице: ищи возможность зашибить копейку!

«Мужику не покор, что за поясом топор». Нанимались плотничать на сторону, подряжались на рубку леса и вывозку древесины к сплавным рекам. Световой день увеличивался, и мужики уходили на заработки. Однако и в своем хозяйстве дел, как всегда, невпроворот.

Известно, солнце выше — поленницы ниже. Валили березняк, осинник — в топливо печей, ольху — в овинные каменки. Отборные деревья вырубались на заготовки для саней, телег, особенно на полозья, черемушник — на дуги. У рачительных хозяев непременной принадлежностью усадьбы был станок гнуть полозья и дуги. Дровни, розвальни, выездные сани — полозья, все полозья, и за ними или за дугой соседям, что ли, кланяться? «Готовь сани летом, телегу зимой».

Поделиться:
Популярные книги

Я еще князь. Книга XX

Дрейк Сириус
20. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Я еще князь. Книга XX

70 Рублей

Кожевников Павел
1. 70 Рублей
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
попаданцы
постапокалипсис
6.00
рейтинг книги
70 Рублей

Ты - наша

Зайцева Мария
1. Наша
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.00
рейтинг книги
Ты - наша

Брачный сезон. Сирота

Свободина Виктория
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
7.89
рейтинг книги
Брачный сезон. Сирота

Болотник 3

Панченко Андрей Алексеевич
3. Болотник
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
6.25
рейтинг книги
Болотник 3

Часовой ключ

Щерба Наталья Васильевна
1. Часодеи
Фантастика:
фэнтези
9.36
рейтинг книги
Часовой ключ

Возвышение Меркурия. Книга 2

Кронос Александр
2. Меркурий
Фантастика:
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 2

Архил...? Книга 2

Кожевников Павел
2. Архил...?
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Архил...? Книга 2

Найдёныш. Книга 2

Гуминский Валерий Михайлович
Найденыш
Фантастика:
альтернативная история
4.25
рейтинг книги
Найдёныш. Книга 2

Хозяйка лавандовой долины

Скор Элен
2. Хозяйка своей судьбы
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.25
рейтинг книги
Хозяйка лавандовой долины

Зайти и выйти

Суконкин Алексей
Проза:
военная проза
5.00
рейтинг книги
Зайти и выйти

Вечный. Книга VI

Рокотов Алексей
6. Вечный
Фантастика:
рпг
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Вечный. Книга VI

Инквизитор Тьмы 5

Шмаков Алексей Семенович
5. Инквизитор Тьмы
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Инквизитор Тьмы 5

Вторая невеста Драконьего Лорда. Дилогия

Огненная Любовь
Вторая невеста Драконьего Лорда
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.60
рейтинг книги
Вторая невеста Драконьего Лорда. Дилогия