Драконий отбор, или Очень хочется замуж!
Шрифт:
Дальше я порадовалась, что поверх нижней сорочки полагалось нечто вроде мягкого поддерживающего корсета. Потому что именно его я обклеила красной тесьмой в виде драконьей чешуи. Получился чешуйчатый топ, на мой взгляд, довольно сексуально. Тут в другом беда — а не слишком ли? Но выдумать что-то ещё нет ни времени, ни вдохновения, оно и так за сегодня месячную норму перевыполнило.
Я обессиленно плюхнулась в кресло и в три глотка выхлебала стакан воды из графина. Только сейчас до меня дошло, на каком адреналине я работала всё это время. Уф, я, кажется, даже вспотела.
Странненько как-то. Замуж, конечно, охота, но вот так из кожи вон лезть… Или это меня азарт так захватил? Да, но с красным платьем всё
Я лениво окинула взглядом лежавшие на полках рулоны. Взяла прозрачную ткань, тот самый не то шифон, не то доведённый до прозрачности шёлк, только на этот раз золотистого цвета. Откромсала кусок длиной в два моих роста и на уровне глаз вырезала прямоугольничек для глаз. Получилась почти паранджа, через которую, правда, было всё видно. Во, так лучше! А то прям приглашение в постель получается.
Так, платья готовы, а за мной всё не идут. Это, конечно, круто, что я всё успела, но вот так сидеть и ждать как-то нервенно. Может, пока время есть, что-то в платьях улучшить? А то у меня почти всё на клею, шортики только на машинке шила, и вручную топик для махагонового платья. Нет, лучше не начинать, а то по закону подлости явятся за мной аккурат на середине улучшения, и будет ни то, ни се.
Однако в крови по прежнему бурлило желание что-то делать, и быстрее. Очень трудно было убедить себя, что можно выдохнуть и расслабиться, тем более что расслабляться как раз не стоило — впереди ещё подиум и бал. Но занять себя точно чем-то надо, иначе не утерплю и займусь улучшениями.
Я встала и прошлась вдоль стеллажа с тканью. Решила пересчитать рулоны, чтоб отвлечься. Так, одна полка, вторая, третья, четвёртая… Хм-м, а это у нас что такое?
Под шелками и атласами лежал рулон совершенно странной ткани, так отличавшейся от всех остальных, как будто её тут случайно после какого-то другого швейного испытания забыли. Ткань достаточно жёсткая и плотная, но при этом всё равно тонкая и на ощупь приятная, из такой плащи хорошо шить, пиджаки там, накидки. Цвет был какой-то хамелеонистый хаки. То есть держишь в руках — вроде хаки, повертела туда-сюда, кажется зелёный, как лежащая рядом ткань платья с бабочками. А то свет так попал, что на краткий миг показалось, что ткань стала прозрачной, а потом, что в руках и нет ничего. Но последнее могло просто показаться от усталости, я сморгнула — в руках опять была ткань тёмно-зелёного цвета. В любом случае, кажется, я придумала, чего мне в моём маскарадном костюме не хватает. Призвав на помощь остатки выжатого как лимон вдохновения, собрав в кучку всё своё рисовальное умение и понадеявшись на удачу, я вырезала из странной ткани два бабочкиных крыла. Больших, длиной от моих плеч до пола, достаточно широких, чтобы лечь сзади красивыми складками. В несколько строчек — для прочности — пришила крылья сзади к краю лифа. Это были самые волнительные минуты, руки аж подрагивали от напряжения. Потому что если бы пришли за мной в эти самые минуты, была бы я подбитой феей с одним крылом, болтающимися на ниточке. Вот была бы всем потеха. Но нет, успела и пришить, и даже нарисовать несколько завитушек золотой краской для ткани, чтоб точно было понятно, что это крылья, а не плащик сзади пополам порвался.
Показ мод всё не начинался. Может, про меня забыли? Может я тут сижу, жду, а там уже бал вовсю, а меня записали в непрошедшую испытание?
Я в панике метнулась к двери, подергала ручку, навалилась всём телом, попинала дверь ногой. Тщетно. Заперто. Ууу, я сейчас начну выть, как волк на Луну! Не люблю ожидание, и быть запертой тоже не люблю!
Ладно. Попришиваю пока бабочек к платью, клей, конечно, штука хорошая, но нитками всё же надёжнее.
Всех, конечно, я пришить не успела, только тех, что на плечах и груди. Причём вот только-только у последней нагрудной бабочки узелок закрепила — стук в дверь. Пришедшая
Стараясь особо не морщиться — и на том спасибо! — служанка помогла мне сложить все три платья на тележку, накрыла их непрозрачным покрывалом и сделала приглашающий жест в сторону коридора:
— Прошу!
Глава 21. Промежуточные итоги второго испытания
Меня привели в небольшую каморку, похожую на гримёрку в каком-нибудь средней паршивости клубе. Трюмо с зеркалами, небольшой пуфик рядом, несколько напольных вешалок у стенки, в углу на небольшом столике свалены кучкой шляпки, веера из перьев и что-то блестящее из бусин и бисера. Звукоизоляция здесь была явно хуже, чем в швейной мини-мастерской, потому что за стенами ясно слышались чьи-то торопливые окрики, рыдания и возмущённые вопли. Как я поняла из всей этой какофонии звуков, платья подпортили не мне одной…
Но это я отметила так, мимоходом. Самое главное, что в гримёрке меня поджидала Фай, с расчёской и шпильками наизготове. В пять минут она упаковала меня в махагоновое платье, освежила причёску и, самое главное, прилично так добавила мне позитива в настроение. Когда в тебя так верят и поддерживают, поневоле и спина ровнее и взгляд увереннее.
В дверь постучали.
— Невеста номер тринадцать — выход через три минуты! — отчеканил чей-то важный гундосый голос. Мы с Фай ещё раз всё перепроверили, она собственноручно приколола мне к изнанке лифа булавку с головкой в виде крошечного глаза. У нас на Земле такие обычно крепят на цепочке не к обычным, а к английским булавкам, и считают амулетами от сглаза. Здешний глаз был янтарно-желтым и с узким вытянутым зрачком и, как я поняла, приносил удачу.
— Да присмотрит за вами око Алалы, богинюшки нашей, что невест бережёт и счастье им приводит! — торжественно произнесла горничная. — Как от сердца отрываю, мне энту штуку ещё бабка моя подарила, перед тем как я с Армари уехала, с деревеньки нашей, с Кусуево. Отдадите после маскарада, а то ж ить змеюки эти драконистые за победу ничем не побрезгуют! А энтот амулет и от сглазов, и от порчи, и от каблука неудачно сломавшегося, и шоб у жениха сердечко побыстрей забилось, на вас глядючи.
Отказываться было бесполезно, да и некогда. Я так и вышла в коридор, преисполненная умилением.
Помогла ли булавка, или на порче платьев соперницы выдохлись, но по подиуму я прошлась без проблем. Ну не считать же проблемой выбежавшую на подиум виверну, которая вела себя довольно смирно, с юбкой только немного поиграла. А так ничего не оторвалось, я сама ни за что не запнулась, да и судьи, вроде, платье оценили. Я успела подметить, как Маршеллин что-то воодушевлённо строчит в свою записную книжку. А вот княжичи показались довольно равнодушными. Хотя их лица были прикрыты масками, возможно, это они создавали такое впечатление.
Ай, ладно, платья — это всего лишь платья. Если им нужен модельер в супруги, пусть женятся на Маршеллин, сразу оба!
В гримёрку я вернулась слегка на взводе. Побесили эти женишки, сидели такие, перешептывались о чём-то, крутые, как два яйца варёных. Могли бы хоть из вежливости интерес изобразить, а не за масками прятаться.
Фай помогла мне переодеться в красное платье, осмотрела со всех сторон и вынесла вердикт:
— Срамота!
Впрочем, сказала она это довольно восхищенным голосом, что позволило мне надеяться, что не так уж всё и плохо.