Этот томительный дым
Шрифт:
секундой увеличивая скорость. Он желал, чтобы стрелка спидометра достигла своего наивысшего пика, чтобы помогла сильнее сковать цепями Зверя внутри него – иначе он просто убьет эту женщину. Ведь
одному Господу известно, как разъярен он был.
Выкрутив руль, и резко затормозив у знакомого здания, он выбрался из машины и практически вбежал
внутрь, все это время стараясь настроить себя лишь на одно – главное, не сорваться. Поняв, что оставил
ключ
том, как же сильно ему хотелось выбить эту хренову дверь прямо с ноги!!
Шаги послышались практически сразу же. Замок несколько раз повернулся, и дверь распахнулась. Эбби
подняла на него свои глаза, и он успел уловить в них искреннее удивление и легкое волнение. Он мог
бы оправдать каждое из чувств, появившееся в её взгляде, понимая, что она не ожидала увидеть его, стоящим перед этой дверью, но совсем не ожидал, что всего через несколько секунд они сменятся
полнейшим спокойствием.
– Что-то случилось? – Подумать только, она произнесла это так, словно совершенно ни о чем не
догадывается! И как это ей вечно удается строить из себя дурочку?!
– В моей жизни случилась ты, - сквозь зубы ответил он, проходя в квартиру.
Он услышал, как она закрыла дверь и развернулся.
– Снова не в духе? – Выдыхая, спросила она, складывая руки на груди.
– Никогда не шути со мной, когда я в гневе, – уже злее предупредил Дарен, подходя ближе. – Иначе
пожалеешь о каждом неосторожно брошенном слове.
– Я и не шутила, – как ни в чем не бывало, ответила Эбигейл. Только сейчас её голос стал тверже. – Ты
действительно не в духе.
Она неожиданно обошла его и направилась в сторону кухни, а он, сдерживая себя из последних сил, последовал за ней.
– И виной этому только ты! – Крикнул он ей в спину.
– Какая новость! – Развела руками она. – А я-то уж расстроилась, что привилегия раздражать тебя
досталась кому-то другому!
Дарен снова зарычал, еле удержавшись от того, чтобы не стукнуть кулаком в стену.
– Какого дьявола ты удумала съезжать?! – Она помолчала и, дойдя до столешницы, облокотилась о неё
руками. – Решила в очередной раз показать свою гордость?!
– Причина, по которой я это удумала, тебя не касается, - спокойно сказала Эбби, - это только моё
решение.
– Правда? – Дарен сделал два больших шага, резко схватил её за руку и развернул к себе. – Но только
вот ты не имеешь права принимать такие решения одна.
– Почему? – Вызывающе спросила она. Её глаза потемнели. – Потому что после того, как ты надел мне
на палец кольцо, я должна советоваться с
Её слова словно ударили хлыстом по обнаженной коже, но Дарен не подал виду. Он умел терпеть.
– Та помолвка ничего не значила, – хрипло отозвался он, скорее пытаясь уверить в этом себя. – Это был
просто спектакль, и ты прекрасно об этом знаешь. – Она будто бы вздрогнула от услышанного, но так
же сделала и всё возможное для того, чтобы умело это скрыть. – Но в твоей жизни есть люди, которые
заслуживают решать такие вопросы вместе с тобой. Это твоя семья, Эбигейл. Сестры, кто будут идти с
тобой бок о бок, но которые так же имеют право голоса.
Неожиданно даже для самого Дарена её лицо ничуть не смягчилось. Наоборот – стало лишь увереннее.
Она резко выдернула свое запястье из его хватки.
– В этой семье решаю только я, – такой жестокости в словах и во взгляде, как сейчас, он не видел еще
никогда. От нежной и милой Эбби в один момент просто не осталось и следа. – Много лет я пыталась
вытащить нас из той ямы, в которой мы оказались. Это были долгие и мучительные годы. Годы,
наполненные болью, страданием, отчаяньем и трудом. Каждодневным, кропотливым и порой слишком
непосильным. Мы пробивали себе дорогу вот этими самыми руками, - она подняла свои ладони
немного вверх, - и каждую минуту я просила своих сестер надеяться и тихо молиться. Даже тогда, когда
сама не знала, стоит ли. Когда уже не верила, что хоть кто-то услышит эти мольбы. Да, мы никогда не
знали такой роскоши, - вдруг усмехнулась она, - потому что там, где мы выросли, её просто нет. Мне
было двенадцать, когда жизнь, которую я любила, превратилась в самый настоящий ад. Мэнди было
всего пять, а Элли только год. Мы оказались на улице, и единственным местом, где мы могли бы
получить хоть какую-то еду и одежду, был приют. Именно он стал нашим домом. И каждый час
пребывания в нем мы боролись за жизнь. – Он увидел мимолетный страх в её глазах, словно она вдруг
вспомнила что-то слишком болезненное. – Я защищала своих сестер со дня их рождения. И не
перестану делать этого даже после смерти. – Теперь во взгляде Эбигейл появилась просто стальная
решимость. – Твое кольцо, – вдруг сказала она, почти что бросая драгоценность на стол, – и твои
деньги. – Следом за ним на твердую поверхность полетел и бумажный конверт. – Спасибо за всё. Но
дальше мы справимся сами.
Дарен задержал свой взгляд на вещах, которые она «отдала» ему, как данное, а затем слегка усмехнулся.