Год 2004-й
Шрифт:
— Больно… Олежка…
Затем чуть вздрогнула и замерла в неподвижности.
Глава 11
На втором этаже огромного здания УФСБ светились окна. Несмотря на глубокую ночь, в просторном кабинете полковника Иверина собралось немало людей. Присутствовали практически все причастные к «Канаде». Сам шеф, его заместитель Протасов, еще один подполковник из Москвы — ответственный за операцию. И несколько офицеров во главе с майором Рыбником — командиром штурмового отряда. Тот сидел хмурой тучей.
Настроение у всех было подавленное. Никто не ожидал такого исхода. Фактически операция была на грани провала. Еще счастье, что хоть так все закончилось. По крайней мере, сама банда уничтожена. А ее главарь сейчас сидел в камере при дежурной части. И ожидал пересылки в Москву. Темой обсуждения был необычно высокий «статус» бандита. Еще никогда в руки органов не попадала столь крупная рыба из «АК». Появилась долгожданная возможность получить показания на Хозяев. Поскольку Смира был членом их самого ближайшего окружения и лично получал от них приказы.
— Да-а, кто бы мог подумать, что эта сволочь такими вещами займется!
— По крови соскучился.
— Вот ведь ублюдок кровавый, мало ему было…
«Штабист» из Москвы озабоченно посмотрел на собравшихся.
— Я так понимаю, его свои «приговорят». Он сейчас для них как бомба. Я не хочу, чтобы он оставался тут даже на сутки. Вы сами говорили, что у вас не все чисто.
Иверин поморщился.
— Да забирайте хоть сейчас. Самолет в десять двадцать.
— Борис Аркадьевич, Вы уверены, что никто не ушел, не сообщил?
— Сто процентов. — Спецназовец решительно кивнул. — Ни одна сука не ушла.
— Это очень важно. Значит, пока они еще ничего не знают. Вот с утра и повезем его, пока теплый. С вас две машины.
— Да хоть три…
Дверь отворилась, и в кабинет вошел еще один человек. Он коротко поздоровался с собравшимися и присел на свободный стул.
— Олег Владимирович, ну как ты?
Все с глубоким сочувствием смотрели на убитого горем майора. Он помолчал, затем глубоко вздохнул. Его лицо выглядело постаревшим лет на десять.
— Ну как… Отвез вот… Сына тоже к родителям. Пусть пока у них поживет.
— Он что-то рассказал?
— Говорит, вечером позвонили с работы. Сказали, что я под колеса попал, лежу в больнице. Машину сейчас пришлют. Вот и все. Они как меня узнали, адрес сразу пробили. А дальше — дело техники… Вы спрашивайте, что надо, а то я тогда почти ничего не успел.
Протасов понял, что сейчас лучше его отвлечь, и приняв деловитый вид, стал задавать вопросы.
— Еще кто-то остался из банды?
— Неясно. Тех четверых, что меня встречали, среди трупов не видел. Но не факт, что они были в курсе. У Смиры много людей, он мог просто приказать встретить, а что, зачем — не ваше дело.
— Понятно. По-любому их придется тряхнуть.
— Если успеете. Эти быстрее найдут. Да им и искать не надо, сегодня же и кончат всех.
В разговор вмешался «Москвич»:
— Так Вы
— Нет, не были. Он сам это сказал, да и так понятно. Они сейчас вообще в официал рвутся, надоело в своем логове сидеть. Тоже хотят по заграницам ездить, руки пожимать всяким шишкам. Так что им не до киношек. А этот может им всю обедню испортить.
— Да уж, это точно, не повезло им со старым другом. Еще что он сказал интересное?
Олег задумался.
— Да в общем-то нет. В основном все про покойников. Я напишу весь разговор в отчете. Насчет декабрьской резни, сказал — «наша работа». Ну, это и так ясно всем. Вот если бы его расколоть на показания, вот это было бы…
— Ничего, расколем. — «Москвич» потер ладони. — Как миленький заговорит, все скажет.
— Главное, чтоб на суде не отказался.
— Никуда не денется! Здесь не Америка, у нас свои фокусы…
Совещание затянулось до самого рассвета. Наконец, обсудив все горящие вопросы, стали расходиться. Мужчины жали друг другу руки и покидали кабинет полковника. В коридоре Протасов подошел к Олегу и сказал:
— Ты возьми отпуск на недельку-другую. Займись похоронами, а потом отдохни. Съезди куда-нибудь. Хочешь, путевку выпишем? Только в запой не уходи, очень прошу.
Он безразлично пожал плечами.
— Да какой уж тут запой? Хотя… может и вправду с сыном махнуть? Ладно, выписывайте. Я ему ничего пока не говорил. А там что-нибудь придумаю…
Помощник дежурного отложил в сторону сводку и нервно забарабанил пальцами. Затем перевел взгляд на старшего. Дежурный по УФСБ полковник Худынцев внимательно слушал по внутреннему телефону, то и дело кивая головой. Положив трубку, он повернулся к своему заму.
— В восемь придут забирать задержанного. Надо все оформить.
— Повезут что ли?
— Да, нечего ему рассиживаться. Сходи, проверь, как он там.
— Ладно…
Он встал и потянулся, заскрипев суставами. — Пошел я. — Затем вышел из «дежурки» и двинулся по коридору в сторону камеры для задержанных. Дойдя до парных дверей с характерными картинками, остановился и, чуть помедлив, толкнул одну из них, с мужским силуэтом. Прошел мимо ряда сверкающих писсуаров, поднялся в кабинку и заперся в ней. Прислушался. Затем достал старенький мобильник и отправил сообщение. Смял бумагу, потянул смыв. Слушая, как шумит вода, он задумчиво пикал кнопками, удаляя текст из памяти.
— Ну вот и ладно. Домой пойду — выброшу. Если что, номер все равно левый. Пусть ищут…
Глава 12
Путь до аэропорта занимал около пятнадцати минут. В это солнечное летнее утро транспорт на шоссе был довольно немногочисленен. В основном это были рейсовые автобусы, реже калымные «маршрутки» или небольшие легковушки. Все они старались ехать аккуратно, не нарушая правил. И прозорливым «гайцам» ничего не оставалось делать, как дышать несвежим воздухом, провожая унылым взглядом «злостных неплательщиков».