Homopark в моем багажнике
Шрифт:
Русалка недвусмысленно кокетничает с ним. Она тоже рада его видеть.
Ну, ты это брось! Нашла с кем заигрывать. Уже годы не те! Хотя и в молодые годы боялся я вашу сестру! Нет, рыбу я люблю, а вот все остальное…
Подходит к аквариуму, кладет лапу на стекло.
За этим занятием его застает Панда – пресс-секретарь.
Панда. Не знаю, что вы все в ней нашли? Но сейчас не до нее.
Гризли. Что это с тобой? Неужели пчелы?.. Шучу. Мед ты не
Смеется.
Панда. Не до меда! Он сегодня будет у нас!!!
Гризли. Будет так будет, встретим.
Панда. Он, может быть, уже здесь!! Это новый стиль –
не докладывать никому, купить билет и войти через главный вход со своими гориллами.
Гризли. Да все обойдется. Сколько их было? Слушай, я только сейчас почему-то подумал, а чем ее кормят? Панда. Кого?
Гризли (показывая на Русалку). Ее!!!
Панда. Вам лучше не знать. Не об этом думаете!
Панда роется в бумагах на столе Гризли. Протягивает ему папку.
Вот! Я это вчера вечером передала. А вы не читали?
Гризли (надевая очки). Вероятно, это было поздно. Я уже уехал. Читает молча, потом так же молча садится на свой пень у стола, отвернувшись от аквариума, где Русалка безуспешно пытается привлечь к себе его внимание.
Панда. Как ее угомонить? Не понимаю, что интересного в
ней находят самцы любого вида. Но ведь находят, не оторвешь. Ведь это ошибка природы, недовид, незаконченная эволюция. Ни рыба, ни человек.
Гризли (не отрываясь от чтения бумаг). Там кнопка в панели, нажми.
Панда нажимает кнопку. Медленно опускается штора, на которой изображена лежащая русалка, явно написанная руками человека.
Панда. Смотрю я вот на эту уродину, которую намазали лесорубы с Севера, что у нас в вольере живут, и не пойму. Не пойму, что же в этом хорошего. Одно хорошо – вольер они сами оформили, ни копейки не понадобилось. А как напьются, как начнут песни петь, так житья соседям нет. Соседи их, венецианские гондольеры, так не то чтобы в лодках своих, под мостком прячутся. А потом и те и другие целый день спят. Но ничего не поделаешь, такое у них человеческое сообщество. Вы что-то молчите все…
Гризли. А что говорить, если на все, что ты написала, у них есть свое решение.
Панда. Не впадайте в панику. У них это всего лишь проект. А мы подготовили на их проект свое мнение, основанное на наших достижениях. Но если вы посмотрите на их вторую бумагу, то они уже произвели замены на большей части объектов культуры, но не у нас. У них это называется…
Гризли. Я знаю, как это называется. Надо собирать всех, надо говорить!! Надо сплачиваться.
Панда. Я думаю, что все уже знают. Только вот…
Гризли. Только что?
Панда. Захотят ли
Гризли. Вот и посмотрим.
Стучит молотком по столу. Звук эхом разносится по кабинету. Незамедлительно открываются в деревянных панелях двери, дверцы, отверстия, из них появляются сотрудники Хомопарка: Ёжик – заместитель по науке, Лямблия – главный бухгалтер, Кенгуру – личный секретарь, Долгоносик – перспективный заведующий отделом островных Homo sapiens.
Все рассаживаются по своим местам, кроме Долгоносика, который все время крутится возле шторы с Русалкой, пытается заглянуть внутрь.
Я пригласил вас… Впрочем, вы все уже знаете.
Ёжик. Мы все знаем. Им нас не переварить.
Панда. Конечно, кто-то свернется колючками наружу.
Лямблия. Я вообще не понимаю проблемы. Нужны годы, чтобы разобраться в нашем хозяйстве. Если уже я не во всем разобралась за эти годы, то как им это понять?
Панда. Ты не разобралась? Смешно слушать. Ты уже не раз отутюжила у всех внутри. Некоторых до сих пор тошнит.
Лямблия. Ну, зачем уж так прямо, так откровенно. Я действовала по закону природы. Вы бамбук едите, а я питаюсь…
Панда. Знаем мы, чем ты питаешься.
Долгоносик (не отрываясь от ширмы). А лучше посидеть и посмотреть.
Все повернулись к Долгоносику: «Что??»
А может, они поймут и уйдут. А мы останемся.
Гризли. Надо приготовиться и выдать им всю нашу работу! Всю! Сразу!! Чтобы они не могли опомниться. Они не осилят этого!!! Мы в своем роде уникальны. Здесь собрано в миниатюре все человечество: по расам, по континентам, социальным особенностям, вплоть до уникальных отклонений, которые в природе бывают редко, а некоторых вообще уже нет. Один павильон маньяков всех мастей чего стоит. И разобраться в этом неспециалисту невозможно. А самих специалистов, кроме как здесь, нет. И это еще не все. В долгосрочном планировании нашей жизнедеятельности на ближайшие десять – двенадцать лет мы разработали уникальную программу и приступили к ее осуществлению. Вы, конечно, понимаете, о чем я говорю. Я говорю о применении методов искусственного оплодотворения в целях поддержания генетического разнообразия малых популяций. И не только малых, но и всего спектра представленного в нашем Хомопарке человеческого населения путем создания и использования банка гамет.
Пауза.
Панда. Вот это что сейчас было? Речь перед сокращением или как?
Все присутствующие приняли позу безразличия. Панда подходит к Гризли. Встав на пенек и почти шепотом, чтобы никто не слышал, говорит ему на ухо. Не двигаясь, не меняя позы, все внимательно слушают.
А вот последнее совсем зря. Все уже забыли про это. Даже Лямблия не помнит про деньги, которые были потрачены на подземное хранилище. А ты все выбалтываешь.