Ищите женщину
Шрифт:
– Ты про невесту?
Офир одарил собеседника взглядом, которого обычно удостаиваются тупые дети. Пять лет, проведенные за решеткой, его почти не изменили. Чуть отросшие светлые волосы по-прежнему были ухоженными. Белоснежный костюм – по-прежнему дорогим и тщательно отглаженным. Начищенные до блеска ботинки, руки с идеальным маникюром. Словом, за наркоторговца парня никто бы не принял. Возможно, на это – в том числе – и ставил Рамон, когда чуть больше пяти лет назад защищал его в суде. И в каком-то
Их коллеги шутили, что криминальные истории придают Офиру особый шарм и делают отличную рекламу. Мистер Донован, если не самый известный ресторатор Треверберга, то уверенно идущий к тому, чтобы стать таковым, чуть ли не отбивался от потенциальных заказчиков. Рихард не мог взять в толк, как это связано с тюрьмой, но факты говорили сами за себя.
– Нет. Про наш второй бизнес, в котором полным проблем. Приструнил бы ты ребят, что ли. Еще немного – и канавы Ночного квартала наполнятся трупами.
– Тебя не было здесь пять лет, расстановка сил изменилась. Все не так просто. Иначе Законник давным-давно бы со всем разобрался.
– Законник, – хмыкнул Офир, допивая коктейль. – Решатель проблем первого эшелона. Если бы в зале суда можно было орудовать ножом, он бы и там наводил порядок таким же макаром. Знаешь, что мне вчера заявил сучонок Герман? «Не больно-то усердствуй, это моя территория, если хочешь толкать тут дурь, то я хочу проценты». Щенку и двадцати нет, а он уже пытается наводить порядки.
– Ему двадцать два. – Рихард поднял руку, привлекая внимание бармена. – Повторите коктейль для мистера Донована, пожалуйста. И мне приготовьте такой же.
Через пару минут на сверкающей поверхности стойки появились два полных бокала. Бармен, худощавый юнец с копной темных кудрей, положил в маленькую фарфоровую миску свежую порцию оливок.
– Прошу, мистер Лангер. Ах да, чуть не забыл. Звонила ваша подруга. Просила, чтобы вы набрали ее рабочий номер, когда появится минутка.
– Боги, что могло случиться в такой час? Опять машина сломалась? Где телефон?
Бармен огляделся и смущенно кивнул на девушку у противоположного конца стойки. В одной руке она держала телефонную трубку, в другой – дымящуюся сигарету и говорила с кем-то на повышенных тонах, умудряясь перекрикивать звуки музыки, доносившиеся из главного зала.
– Простите, телефон занят. Но вы можете воспользоваться другим. Вон там, на стене.
Подойдя к телефону-автомату, Рихард бросил в щель монеты и набрал номер. После второго гудка звонкий женский голос ответил:
– «Пурпурная дымка», здесь не говорят о приличиях. Но если вы очень стеснительны, для вас сделаем исключение.
– Добрый вечер. – Женщину он не узнал. Должно быть, новая секретарша Саиды. Она нанимала и увольняла их так часто, что
– А кто это? – подозрительно протянула девица.
– Ее муж. То есть, ее мужчина.
– А, мистер Лангер! Так бы сразу и сказали. Мэм! – крикнула она, даже не потрудившись прикрыть микрофон ладонью. – Это вас!
– Привет, Рихард, – ответила трубка голосом Саиды. – Спасибо, Мелани. Можешь сделать перерыв и выпить кофе. Кофе, а не коктейль, ты меня поняла? Иначе вылетишь отсюда, как пробка из бутылки.
– Кофе, только кофе, мэм, – пискнула на заднем фоне секретарша. – Мне нужна эта работа!
– Ты еще здесь, Рихард? Прости, дел полно. Не возьму в толк, откуда взялось такое количество клиентов во вторник. Помножь на проблемы с поставками алкоголя – и получишь ад на Земле.
– Почему ты не откажешься от этого поставщика? Я найду тысячу новых.
– Мы уже обсуждали это. Веди свой бизнес и позволь мне вести мой.
– Извини. Бармен сказал, что ты звонила. К слову, как ты меня нашла?
В трубке послышался щелчок зажигалки, и Рихард с трудом удержался от того, чтобы закатить глаза. Курила Саида редко, но ему, не сделавшему ни одной затяжки, было непонятно, что люди и темные существа находят в ритуале вдыхания вонючего дыма.
– Я позвонила в твой офис, и мне ответил Майкл. Он сказал, что ты поехал в «Токио». И я решила попытать счастье.
– Что стряслось?
– Хотела спросить, когда ты будешь дома. Постараюсь освободиться до полуночи. Нам есть, что отпраздновать.
Взгляд Рихарда скользнул по циферблату наручных часов, а потом метнулся к висевшему на стене календарю.
– Я помню про твой день рождения. Но он завтра. Справлять до нужной даты – плохая примета.
– Темный эльф верит в глупые человеческие приметы? – рассмеялась Саида.
– Знаю, ты решила, что я забыл, как в прошлом году. Но тогда у меня была веская причина. Герман и его приятель…
– … в очередной раз впутались в дурацкую историю, и тебе пришлось их выручать. Я помню. Это происходит в среднем раз в три месяца, и мне просто не повезло, что та история случилась в мой день рождения.
– Я был виноват и попросил прощения.
– И я это ценю, но звонила по другой причине. Сегодня у нас тоже важная дата.
– Какая? – растерялся Рихард.
– Ровно семь лет назад в клубе «Соблазни смерть» в старой половине Треверберга ты встретил очаровательную певичку-замарашку, чье контральто поразило тебя в самое сердце. Напомни, как ее звали? Кажется, Линда? Или Роза? Или Джессика? Нет, вроде бы что-то на «С». Необычное для наших широт восточное имя. Ах да! Ее звали Саида. Саида Голдстоун.