История первая. Гарри и Теория струн
Шрифт:
– А вы, я полагаю, оказываете ей моральную поддержку?
– с иронией спросил профессор.
– Да, сэр, - честно ответил я.
– Просто тут поговорить негде, чтоб никто не подслушал, вот мы и не пошли на историю магии. Во время занятий в этом коридоре никого нету.
– Вы успели сдружиться за несколько дней до такой степени, что девочка поверяет вам свои переживания?
– поинтересовался он.
– Что вы, сэр!
– воскликнул я и сам ущипнул Гермиону, чтобы прекратила хихикать или хотя бы делала это так, чтоб было похоже на всхлипы.
–
Тут я соврал самую чуточку: тетя Пэт дружит с Грейнджерами совсем недавно, это раз. Два - я ее сын только по бумагам, а так - племянник. Но это, знаете ли, уже мелочи.
– Мы сами удивились, что оба сюда попали, - добавил я.
– Я-то полукровка, хоть немножко знаю о Хогвартсе, и это хорошо, а то без меня Минни совсем бы пропала!
– Напомните-ка ваши фамилии, - велел профессор, и я ответил:
– Это Грейнджер, а я Эванс, сэр.
– Хм… Обе фамилии мне почему-то кажутся знакомыми, - произнес он задумчиво, а я вдруг вспомнил, что все еще пытаюсь быть «умеренно незаметным», как объяснял Дадли. Может, дело в этом?
– Мисс, вы не родня Давенпорт-Грейнджерам?
– Не знаю, сэр, - шепотом ответила она, не рискуя от меня отлипнуть.
– А вы… - тут профессор нахмурился.
– Не припоминаю такого волшебного семейства.
– У меня фамилия матери, сэр, - вздохнул я, чувствуя, что сейчас он вспомнит маму. А что, он еще не старый, как бы не ровесник тете Пэт, так что…
– И как же зовут вашу матушку?
– спросил он зачем-то, а я ответил:
– Петуния Эванс, сэр.
Надо было, конечно, сказать «Лили», но у меня в голове что-то заклинило. Кажется, у профессора тоже.
– Петуния Эва… - он осекся.
– А вы?..
– Гарри Эванс, - сказал я.
Профессор (да как же его фамилия, староста ведь говорил!) продолжал буравить меня взглядом. Тут я потянулся убрать гриву Грейнджер от своего лица, а заодно поправил челку…
– А не знаете ли вы кого-нибудь по фамилии Дурсль?
– опасным тоном произнес профессор, и мне ничего не оставалось, кроме как сознаться:
– Знаю, конечно, сэр. Это мой дядя Вернон. И кузен, только наполовинку - у него двойная фамилия, Эванс-Дурсль.
Не знаю, чем бы закончилась эта немая сцена, если бы откуда-то не вынесло Пивза с очередной похабной дразнилкой (я, кстати, уже припомнил с десяток стишков, которыми мы обменивались в начальной школе, а теперь думал, как бы передать их полтергейсту, там только фамилии нужно было заменить!). Профессор шикнул на него, и безобразник исчез, хихикая. Вот бы мне так научиться… Шикать, а не хихикать, я имею в виду!
– Ясно, - произнес он. Холодные черные глаза ничего не выражали, но я видел, как ходят желваки на скулах у профессора.
– Можете быть свободны. На этот раз я не стану вас наказывать, но впредь, если вам станет дурно, мисс Грейнджер, обратитесь к мадам Помфри, а лучше проконсультируйтесь у нее немедленно.
– Конечно, сэр, спасибо, - серьезно ответила Гермиона, и он удалился, только
– Ты поняла, что это было?
– спросил я, когда профессор удалился за пределы слышимости (это легко было проверить с помощью струн).
– Нет. Но мне показалось, он знает твою фамилию.
– Если б не знал, не спросил бы про дядю Вернона, - фыркнул я.
– Я сам подумал, что он может помнить маму. Но если он волшебник, то дядя-то ему откуда известен? Тетя Пэт - ладно, сестра же, а училась мама еще под девичьей фамилией, так что тут понятно. Но дядя?
– Это надо выяснить, - деловито сказала Гермиона.
– Только сперва давай закончим с лестницами на сегодня! А то уже скоро на гербологию идти…
– Давай, - кивнул я, и мы пошли заниматься делом.
Рассказывать о том, что мы прогуляли занятие, а нас застукал страшный слизеринский декан, но баллы снимать не стал, мы никому не собирались. Все равно же не поверят!
========== Часть 8 ==========
С лестницами мы почти что сладили, поэтому в пятницу умудрились прийти на урок зельеварения вовремя. Это было очень кстати, потому что вел этот предмет… да-да, декан Слизерина. Мы уже имели удовольствие с ним пообщаться.
– Если что-то пойдет не так, прикинься, будто у тебя приступ от запаха этой мерзости, - шепнул я Гермионе, пока мы ждали под дверью класса. Ну правда, некоторые ингредиенты для зелий невыносимо воняли!
– Угу, и поэтому я опрокинула котел. Тогда меня точно в больничное крыло отправят и поймут, что я симулирую, - вздохнула она и спросила вдруг: - Ты на чай-то пойдешь?
Утром мне пришло приглашение от Хагрида. Неожиданно, что и говорить!
– Почему бы и нет, - пожал я плечами.
– Только мы вместе пойдем! И Невилл… Невилл!
– А?
– испуганно оглянулся тот.
– Пойдешь с нами в гости? Хагрид зовет на чай!
– Ну… если можно, то пойду, конечно, - застенчиво сказал он.
– Он не будет возражать?
– Конечно, не будет, ты же со мной, - серьезно ответил я, оглянулся и шикнул: - Тихо, учитель идет!..
Профессор пронесся мимо нас, черной молнии подобный, а за ним потихоньку потянулись в класс и ученики.
Мы с Гермионой, невзирая на всяческие шуточки, решили работать в паре. Хорошо было бы втроем, с Невиллом, но увы… Ему в напарники достался Рон Уизли.
– На моих занятиях вам не потребуется волшебная палочка, - произнес профессор Снейп во время вступительной речи (очень внушительной речи!), и я заинтересовался не на шутку.
Сварить волшебное зелье, не используя палочку? Ну пускай… а струны тут задействованы? Вот любопытно! Надо проверить, решил я и навострил уши, стараясь не пропустить ни слова.
– Эванс!
– вдруг окликнул профессор, и я подскочил (старшекурсники сказали, Снейп любит, когда ученики встают, отвечая на вопрос).
– Если я велю вам принести мне безоар, где вы станете его искать?