Из истории русской, советской и постсоветской цензуры
Шрифт:
Второе. Умелое использование борьбы Запада с глобальным терроризмом используется для уравнивания ее с собственным подавлением национально-освободительного движения, с действиями в Чечне.
Весной 2004 г. Путин вновь победил на президентских выборах. В сущности, к дню их проведения он не имел реальных соперников. С начала 1990-х годов это были первые безальтернативные выборы (в 1996 г. Ельцин победил на выборах лишь благодаря поддержке обманутого им генерала Лебедя; до последней минуты у коммунистов оставалась возможность одержать верх). Беспрецедентная пропаганда в СМИ в пользу Путина несомненно сыграла существенную роль в его победе. Но он, по всей вероятности, победил бы и без ее помощи (может быть, процент проголосовавших в его пользу оказался бы несколько меньшим; непонятно, стоило лы из-за этого устраивать такой агитационный спектакль). Несомненно, что в настоящее время Путин пользуется поддержкой подавляющего большинства населения. Это объясняется
Путин прагматичен, что совсем не плохо. Умеет ладить с Западом и, понимая реальное соотношение сил, на открытый конфликт с ним не пойдет — немалая заслуга. Последнее в массовом сознании вряд ли засчитывается в его пользу, но объективно выгодно для России.
Но есть и другое. Путин нередко лжет. Ему нельзя верить. Он жесток, деспотичен, злопамятен. Вероятно, упрям и с трудом меняет свои взгляды, как бы ошибочны они ни были. Его действия в Чечне, отношение к свободе слова — плохой залог будущего страны. Он не сообразуется с законом, считает правомерным нарушать его по собственному неограниченному произволу. Он самовластен и властолюбив (впрочем, в этом не отличается от своих предшественников).
Всё же постараемся быть оптимистами, хотя для оптимизма в настоящее время в России не слишком много оснований.
В конце шестой главы, рассказывая о смещении Хрущева в октябре 1964 г., мы упоминали об «Октябрьской песенке». где речь шла о Николае II, Хрущеве, Брежневе.
Через 40 с лишним лет эту песенку можно бы продолжить:
Сейчас по Путина мы движемся пути. Ведь нужно нам куда-нибудь идти. Кому-то кажется, что мы идем вперед, Но, вероятнее, совсем наоборот. Куда идем: назад или вперед, Узнаем, когда кто-нибудь умрет. На то она история, История, которая Ни столько, ни полстолько не совретЖдать в данном случае, возможно, надо будет долго. Путин молод, крепко держит вожжи в руках, спортивен, на здоровье вроде бы не жалуется. Он популярен, явно пользуется поддержкою большинства населения. Но… всякое бывает.
На этом закончим вторую часть главы о Путине. О втором сроке его правления и положении с цензурой в это время мы будем говорить в следующей, последней главе.
Глава двенадцатая. «Адаптированная демократия»
Kрушение СССР — крупнейшая геополитическая катастрофа века
А и Б сидели на трубе…
Второй срок президентства Путина. Выборы в Думу. Переизбрание президента. Поражение демократов. Формирование правительства и администрации президента. Первое обращение Путина к парламенту и народу, вопрос о своеобразии русской демократии. Проблема демократии и либерализма. Позиция православной церкви России. Выступление В. Суркова: проблема идеологической концепции. А. Лавров о внешней политике России. ХАМАС в Москве. А. Пионтковский и А. Илларионов о действиях русских властей. Власть и СМИ. Увольнение Парфенова, отклики в печати на увольнение. Журналисты о зажиме свободы информации, о возвращении цензуры. Вопрос о конформизме в СМИ, «Времена» В. Познера. Попытки цензуры интернета. События в Чечне: Беслан и СМИ. Истории с А. Бабицким и А. Политковской. Убийство Политковской. Фильмы о войне в Чечне. События на Украине, освещение их в российской печати (выборы президента и Верховной Рады, «газовая война»). Новые законы и постановления, принятые властями России. Рейтинг Путина. Кризис демократии. Причины и перспективы. Конец 2007 — начало 2008 гг. Еще одни выборы Думы и Президента. Новый премьер. Вопросы Путину от имени читателей «Московского комсомольца». Медведев и Путин.
14 марта 04 г. состоялись выборы президента. Было совершенно ясно, что выберут на второй срок снова Путина. Возникал лишь один вопрос: сколько он наберет процентов голосов? Некоторые думали, что значительное количество избирателей не станут участвовать в голосовании (если более половины, выборы считались бы недействительными). Поэтому «Яблоко» призывало не голосовать. Союз
Выборы в Думу, их подготовка и результаты вызвали резкую оценку видных правозащитников. Как раз в день проведения выборов радиостанция «Свобода» посвятила им передачу. В ней выступала и вдова академика Сахарова Елена Боннэр. Она резко осудила несостоятельность позиции русских либералов, московских и петербургских, поведение которых назвала «лжедемократической тусовкой». По мнению Боннэр, в сложившихся условиях единственной возможной формой протеста был бойкот, который, к сожалению, не оказался объединенным из-за личных соображений руководителей, их тщеславия, еще каких-то причин. Хотя Боннэр не называла конкретных имен, думается, она имела в виду, в первую очередь, Хакамаду, выдвинувшую свою кандидатуру на пост президента, еще более расколовшую и без того расколотый демократический лагерь. Говоря о будущих перспективах, Боннэр говорила, что Путин и в 08 г. вряд ли откажется от власти, что он сохранит ее в той или иной форме. Она отмечала, что в современной России исчез центр консолидации демократических сил, которым был в свое время Сахаров, не видно людей, вокруг которых к следующим выборам могла бы сплотиться сильная партия.
Весьма пессимистически высказывался о происходящем и Владимир Буковский. Он считал, что общество возвращается к мрачным временам советского прошлого. Всё идет к развалу. Молодые мечтают уехать из страны. КГБ пришло к власти. Сохранился тот же аппарат, который был при Сталине, даже в тех случаях, когда люди поменялись. А население не видит этого, сохраняет невозмутимое спокойствие, как на корабле, который тонет, а пассажиры не понимают этого. Такие прогнозы многим казались слишком мрачными. Но, к сожалению, они во многом оправдались.
Незадолго до президентских выборов Путин, пока остающийся на посту президента, неожиданно отправил в отставку премьер министра Касьянова и возглавляемое им правительство. Вскоре было названо имя нового премьера, для всех неожиданное, не названное никем в многочисленных прогнозах. Премьером стал М. Фрадков, довольно высокопоставленный, но не первостепенный чиновник, не глупый, добросовестный, вроде бы относительно порядочный, без особенно скандальных историй в прошлом. Кое-что о нем осведомленным людям было известно. Об его связях с силовыми ведомствами. Фрадков — полковник запаса. Прямо не был членом ни одной из партий, в том числе «Единой России». Одно время возглавлял Налоговое управление. Был заместителем Секретаря Совета Безопасности России (ведал вопросами экономической безопасности). Затем его направили в Брюссель, как представителя России в Европейском Сообществе. Сослуживцы говорили о нем: «человек внешне открытый», «очень осмотрительный человек», корректный, дружелюбный. Никакие личные подробности о нем не были известны. Многим он казался фигурой временной, переходной. Несколько раз ходили слухи об его скорой замене. Одно было ясно с самого начала: Фрадков не будет претендовать на самостоятельную политическую роль, никогда не станет соперником президента.
Еще до выборов Путин поставил задачи, которые необходимо решить в течение второго его президентства. На первый план выдвигались проблемы повышения ЭВП (общего произведенного продукта) и уровня жизни населения. Первый должен увеличиться в два раза. Количество бедных — уменьшиться с 20 до 10 % (примерно, средний европейский уровень; не уточнено только: что такое бедный? — ПР). Рассказывали, что Путин спросил у министра экономического развития и торговли Германа Грефа: — За какой срок можно достигнуть этих целей? Греф ответил: — четыре года. — Слишком долго, — сказал якобы Путин, — нужно за три. — Так точно! — вероятно, отрапортовал Греф, если этот разговор на самом деле имел место (PS. K следующим выборам, к 2008, эти задачи так и не были выполнены; ныне примерно такие улучшения обещают обеспечить примерно через 10–12 лет. 24.06. 2008 — ПР). Обсуждая подобные заверения, Явлинский отмечал нереальность такого рода подсчетов, говорил о разнице понятий бедности в России и Европе. Он рассказал анекдот об академике С. Г. Струмилине, который в конце 1920-х гг. пытался доказать нереальность темпов роста, поставленных партией и правительством. Неожиданно он совершенно изменил свое мнение. Его спросили: почему? Он ответил: я считаю, что лучше стоять за высокие темпы роста, независимо от их реальности, чем сидеть за низкие. Аналогия напрашивалась сама собой. Подобные грандиозные задачи, по словам Явлинского, ставились при всех тоталитарных режимах. Желания фюрера — превыше всего. Спорить с ними нельзя. А потом можно и забыть. Или сообщать, что планы выполнены и перевыполнены, фальсифицируя реальные показатели. Главное — продемонстрировать, что вождьзаботится о благосостоянии народа.