Как понравиться маньяку
Шрифт:
– Хватит уже, – взмолилась она, потирая виски.
– Миру – мир, войны не нужно, победим всех быстро, дружно!
Речевки становились длиннее, а звон в ушах громче.
– Долой мафиозные структуры, виват работникам прокуратуры!
Ника издала стон.
– Пускай на планете будет светло, посадим сады убийцам назло!
– Хватит! Если ты сейчас не успокоишься, то к Митрохину пойдешь одна!
В комнате сразу стало тихо.
– Не волнуйся, не волнуйся, – заискивающе улыбаясь,
Погода зарождала в душе оптимизм. Тепло, легкий ветерок, разносящий запах цветов, и яркие лучи солнца, согревающие асфальт. Основной поток спешащих на работу людей уже схлынул, и на улице никакой суеты не наблюдалось. Девушки сели в «Форд» и направились на встречу с отцом Николая. Леська не знала, о чем будет спрашивать и как себя поведет. Разговор должен быть непринужденным, не вызывающим никакого подозрения. Может быть, Дмитрий Васильевич и сам расскажет что-нибудь интересное, а может быть, ей удастся вставить какой-нибудь интересный вопрос. Пока же в голове было пусто, и особая ставка делалась только на случайность или везение.
Нужный дом оказался серой пятиэтажкой, с маленькими балконами и обветшалыми подъездами. Во дворе прогуливались мамочки с колясками, а на скамейках уже начали свою вахту старушки.
Рядом с коричневой дверью, украшенной кусками ваты, торчащими из-под дерматиновой обивки, были прилеплены два звонка.
– Куда жать-то? – спросила Ника, переводя взгляд на подругу.
– Откуда я знаю? – пожала та плечами. – Квартира коммунальная, наверное, сделали два звонка, чтобы не путаться.
– Жми на синий.
– Почему на синий?
– Мы что, спорить об этом будем? Тогда жми на красный.
– Сама жми.
– Это твой свекор, а не мой.
– Он уже тоже не мой свекор!
– Тогда пошли отсюда.
Леська поджала губы, надулась и нажала на синий. Раздались шаркающие шаги, дверь немного приоткрылась, показалась мощная цепочка, а затем раздался женский старческий голос:
– Кто такие?
– Мы к Митрохину Дмитрию Васильевичу, дальние родственницы.
– Нет его и не будет, он уже давным-давно здесь не живет.
– А где же он? – растерянно спросила Леська.
– Не знаю, укатил, и ни привета, ни ответа.
– А может быть, мы зайдем? – осторожно спросила Ника.
– Пошли вон! – задребезжал старческий голос, и дверь захлопнулась.
Девушки переглянулись и позвонили опять, причем в оба звонка одновременно, но дверь им больше не открыли. Старуха, видно, затаилась и разглядывала незваных гостей в глазок – изредка были слышны ее кашель и шарканье ног.
– Она не откроет, – тихо сказала Ника, – пойдем.
– Пойдем, – кивнула Леська. – Вот ведь грымза! И что
– Давай вернемся домой и еще немного поспим.
– Как ты можешь мне предлагать такое, когда еще час назад я просила все прогрессивное человечество объединиться в борьбе против криминальных элементов?!
– Извини, я как-то не подумала. Сморозила глупость, – проворчала Ника, понимая, что выспаться ей никто не даст: с минуты на минуту в Леськиной голове родится очередная гениальная идея, и придется им рвануть еще куда-нибудь.
«Форд» зафырчал. Они проехали сто метров, и Леська притормозила. Ника тяжело вздохнула – вот сейчас, сейчас она потребует чего-нибудь невозможного, в лучшем случае, потащит подругу на другой конец Москвы за новыми подвигами.
– Кажется, я знаю, чем мы займемся.
– Подожди, не говори, дай я сначала куплю себе воды, а то, чувствую, мне будет плохо.
– Не занудствуй. Мы сейчас отправимся на квартиру Инессы Павловны и Вени и устроим там обыск. – Леська посмотрела на подругу в надежде, что та оценит ее сногсшибательную идею.
– Всего-то? А может, сразу поедем в Третьяковскую галерею и посмотрим, что там плохо лежит? Или метнемся в Кремль, может, там сейчас никого нет, и мы наткнемся на что-нибудь интересное? Ты хоть иногда думаешь, что говоришь?
Заглянув в Леськины глаза, переливающиеся неуемным энтузиазмом, Ника поняла, что сейчас услышит – «Если ты не поедешь со мной, то я поеду одна!»
– Хорошо, – ответила она, – но сидеть в тюрьме в одной камере с тобой я отказываюсь. Хоть там отдохну!
Леська хихикнула и нажала на педаль газа. К ее тянувшемуся с утра нервно-возбужденному настроению прибавилось еще и ликование. Все получится, все обязательно получится, они быстрее Кочкина найдут злоумышленника и принесут его на блюдечке с голубой каемочкой прямо в прокуратуру! Максим Григорьевич оценит это должным образом – поворчит, конечно, не без этого, все же он волнуется, но в душе отметит Леськину сообразительность и потом будет долго ее хвалить.
– А почему мы едем с обыском к твоему второму мужу, а не к первому? – ехидно спросила Ника. – Нелогично как-то, надо бы по порядку.
– Во-первых, у меня есть ключи от квартиры Лапушкиных. Я их сто лет назад потеряла, а потом сделала дубликаты, которые и вернула после развода. Недавно выбрасывала старую сумку и после тщательной ревизии за подкладкой обнаружила первые экземплярчики, так и валялись они без дела до сегодняшнего дня. А во-вторых… – Леська сделала многозначительную паузу. – А во-вторых, когда мы с Кочкиным их навещали, Инесса Павловна повела себя странно…
– Вылила тебе на голову ведро холодной воды или, помня твои выкрутасы, разделась и станцевала стриптиз?