Как стать Фениксом
Шрифт:
– Местный? Родители? – Нет, ну это уже ни в какие ворота! – Выходит и Никита тоже местный?
– Повелитель он наш, единственный и самый лучший! – обрадовано закивал Василий. – Сестрицы его тоже дюже мудрыми были, но, то ж, все равно бабы! Однажды попался наш Златокрылый на ложь Пепельного, и вот теперь мыкается без дома, без памяти….
– Ладно, с сестрицами потом разберемся. – Я, от таких откровений, даже забыла про голод. – Из всего вышесказанного, я поняла вот что. Никита – правитель этой Тьмутаракани?
– Он отнял не только трон! – Домовой поднялся с кровати. – Он провел над ним какой-то черный обряд и забрал его силу и память! Но Никита сбежал. Пепельный потом нашел его в вашем мире, вернул сюда и забрал у Златокрылого его внешность! Теперь остался последний обряд, и Пепельный полностью переродится в Феникса… И мир примет его…
– И тогда всем наступит конец! – закончила я за домового и хлопнула себя по лбу. – Точно…. Перед тем как забрать меня с собой, Пепельный сказал Никите, что тот должен сам, добровольно вернуться, чтобы закончить начатое…. И тогда Пепельный отпустит меня.
– Вот-вот! О чем и речь! – оживился Василий. – А ведь Никитушка придет! Ради тебя, единственная, он готов на все! Даже стать тем, кем был Пепельный, когда попал в наш мир….
– А кем он был? – насторожилась я, но домовой не стал отвечать. Он поспешно вскочил, сделал страшные глаза, замахал на меня руками и, оставив поднос со снедью, торопливо посеменил к двери. Едва он подошел к ней, как она распахнулась, и в комнату шагнул Пепельный.
Глава вторая
Феникс
– Ну и долго мы будем под этим ненашенским солнцем слепней кормить? – остановился Борька, когда городская стена скрылась из виду. – Куда тебя в очередной раз понесло? А, мил друг?
– К Мафане! – признался я, чем заставил Борьку взбрыкнуть.
– Не-не-не! Я к этой ведьме с маниакально-агрессивным психозом не поеду! Чтобы она из меня какого-нибудь крокодила с перышками нарисовала?
– Не нарисует! – успокоил я его, но тут насторожился Захар.
– Мафаня? Марфа Премудрая?
– Точно. – Я взглянул на него. Парень покачивался в седле и как будто спал, настолько расслабленной была его поза. – Или ты тоже имеешь что-то против этого визита?
– Мафаня была другом, как тебе, так и мне, – хмыкнул попутчик. – Возможно, она изменилась, за то время пока я ее не видел, но я бы не отказался с ней встретиться.
– Эх, подведете вы меня под монастырь, причем женский! – вздохнул жеребец и решил надавить на совесть. – Если она снова лишит меня дара речи, обещайте не бросать на погибель!
– Не лишит! – Рискнул предположить я. – Боюсь, что Василиса ей этого не простит, и она это знает, поэтому, так рисковать не станет!
– Ага! Знает! Ты не в курсе, что она учудила в последний
И вправду странно… Что такое между ними могло произойти? У кого бы узнать…
– Афон в курсе. Только, ты его где-то потерял! – прочел мои мысли коняга, и обреченно замолчал.
– Афон, говоришь…. – Я покусал губы. Знал бы…
– Кстати, ты обещал рассказать, отчего стал страшнее войны, а Пепельный превратился в красавца? – сменил тему Борька.
– Ты сам ответил на этот вопрос, – криво усмехнулся я. – Не находишь связи?
Борька даже остановился.
– Чую без страшного колдовства здесь не обошлось.
– Точно! – Я потрепал его по холке и спешился. – Чтобы не терять времени даром, предлагаю воспользоваться одной замечательной вещью.
Достал из мешка клубочек и задумчиво повертел в руках, пытаясь представить замок короля Еремея.
– Какой интересный артефакт… – заинтересовался клубочком Захар. – Никогда не видел такого перехода!
– Это переход открытого пути, – пояснил я, и крутанул шарик. – Сам выбирает короткую дорогу. Достаточно лишь увидеть конечную цель. Или представить…
– Значит, нам… туда? – Захар всмотрелся в проявляющиеся в знойном воздухе шпили царского дворца.
– Именно… – Я нахмурился, разглядывая стоявший у дворца народ. Кто с вилами, кто с топорами.
– Кажется в государстве Еремея переворот! – вставил веское слово Борька и решил. – Ну, раз надо, так надо! Пошли! Чего стоим – боимся?
Сказано-сделано!
Глубоко вдохнув, я первым шагнул в переход, держа Борьку за уздечку. Выйдя, мы оказались шагах в пятидесяти позади разгоряченной толпы. А когда появился Захар на жеребце, переход тут же закрылся, отрезая нам путь к отступлению.
До меня докатился гул возбужденных голосов, сквозь который пробивались угрожающие выкрики: «Спасем принцессу Василису!» и «Пепельного на мыло!».
– Ой, а чего это они там такого страшного орут? – насторожился Борька, навострив уши. – Ник, нам к ним ну никак низзя! Нахрена ты мне в виде мыла нужен?
Я натянул капюшон на глаза.
– Может, не узнают? Скажем, бродяги… Пепельного-то мало кто из простых смертных видел.
– Угу! А то по особым приметам не отличат! – «успокоил» конь, так насмешливо фыркнув, что я даже не стал спорить.
– А у меня идея! – оживился Захар. – Вы обойдите дворец. Если мне не изменяет память, с той стороны – конюшни, и там можно укрыться. А я найду Мафаню и вернусь к вам вместе с ней.
– А чего? Идея! – согласился Борька и уже собрался развернуться, чтобы начать воплощать в жизнь план Захара, как тут позади раздались зычные вопли.