Княжич варяжский
Шрифт:
С Радилой Сергей уже поговорил. Обозначил свою поддержку. Причем еще до того, как навалял Левоте.
Радила дураком не был. Пообещал стать другом не хуже, а даже лучше покойного Хвалибора. Потому что Хвалибору Сергей всего лишь жизнь спас, а с Радилой у него бизнес налаживается, что куда серьезнее. Так что договорились. Радила в случае избрания пообещал сделать Прибысла соцким, а Сергею помочь с расширением новгородской базы. Со свободной территорией внутри городских стен было сложно. Точнее, ее просто не было. Но если к делу подключался тысяцкий, то варианты чудесным образом появлялись. Еще Сергей намеревался прикупить кузницу. Тем более что
Не то чтобы у Радилы совсем не было конкурентов. Тот же давний Сергеев недруг Грудята тоже был не прочь вписаться в выборы. Раньше — на стороне Левоты, а теперь и самостоятельно… И у него уже имелась группа поддержки. Уже без поддержки боевиков Людина конца, но все равно немало.
— Знаю, что он твой недруг, — сказал Сергею Прокуй Перятыч. — Но убивать его нельзя. Сейчас и здесь нельзя, — уточнил он.
Это было огорчительно. Сергей так и не смог прибить гадину. Надеялся, что купчину прибьет Осмол, варяжский сотник, для которого Грудята стал кровником. Но у Осмола не получилось. Укусил пару раз, разобрав несколько мелких Грудятиных караванов, но и только. Знавший, что его крови ищут, Грудята отнесся к собственной безопасности всерьез, не жалея денег. Своей же дружины, с которой можно потягаться с большой купеческой охраной, у Осмола не было. Вот он и ушел на юг. Осмол ушел, решив забыть о мести ради новой жены и новой жизни. Сергей — другое дело. Он не простит. Но и торопиться не станет. И Грудята пусть пока живет и страшится. Жить под гнетом неминуемого возмездия, видеть, как твой враг набирает силу… Тоже своего рода месть.
Глава 10
Глава десятая. Демократические выборы по-новгородски
В принципе, Сергей был не против демократии. Не той «демократии», когда любой бездельник имеет право, а вот такой, как здесь. Есть конкретные партии с конкретными лидерами. И каждый голосующий точно знает, за кого он и что будет, если свой победит или проиграет. И любого зарвавшегося боярина народ может вытащить со двора и напинать. В том числе и до смерти. А еще имеется князь. Высшая власть, которая формально в выборы не лезет. Но присутствует. Вот стоит его представитель. С дружиной, само собой. Присматривает. И сам избирательный процесс происходит ввиду княжьей резиденции, то есть прямо перед Детинцем. Потому что избирательный процесс по-новгородски требует свободного места, а он тут есть. Площадь рыночная, нынче освобожденная от торговых рядов и прочего, до тысячи человек вмещает, если немного потесниться.
На выборы пришли в основном свои, неревские. Был бы в претендентах Левота, присутствовала бы группа поддержки из Людина конца, а так из посторонних только электорат некоего купчины от специализированного братства торговцев воском. Сергей купчину не знал, а вот о братстве не сказать чтобы любил. По опыту прошлой жизни, когда сие братство пыталось подмять под себя всю медо-восковую торговлю на северном пути. Тогда у них не вышло,[1] но обнаружить здесь ростки будущих монополистов радости мало. В первом туре, конкурсе «кто кого переорет», они точно поучаствуют. А во втором туре, групповом мордобитии… Ну это уж как получится.
Итак, кандидатов в тысяцкие
Сергей ухмыльнулся. Хороший сегодня день. Перспективный
— Гляди-ка, — сказал он Дёрруду. — Кто у нас расхрабрился!
— Вижу, — кивнул Убийца. — Будем бить?
— Неявно, — покачал головой Сергей. — И не до смерти. Сейчас нельзя. Да и не интересно просто башку ему разбить.
— Понимаю, — ухмыльнулся Дёрруд. — Попробуем его… поучить.
— Аккуратно, — предупредил Сергей. — Подождем, пока драка начнется. Если начнется, — проговорил он с сомнением. Сторонников Радилы было заметно больше, чем всех прочих, вместе взятых.
Так что выборы могут и в первом туре закончиться. А упускать шанс посчитаться с Грудятой не хотелось.
Идея появилась практически сразу.
— Скажи нашим: пусть Грудяту кричат, — распорядился Сергей.
Пять десятков его бойцов сейчас на площади инкогнито. Самые крепкие. Переодетые, естественно, в новгородских граждан. И вооруженные соответственно: дубинками. Полсотни вроде немного. Но полсотни дисциплинированных и обученных работать в команде профессионалов даже без летального оружия могут многое.
— Передай Грейпу, чтобы взял половину наших и перебрался на сторону Грудяты, и пусть орут за него. А Милошу скажи, чтобы взял десяток и выдвинулся в первые ряды радиловских. Если новгородские в драку не полезут, пусть он сам начнет. А когда каша заварится, пусть Грейп к Грудяте пробьется и потопчет нашу курочку. Качественно, но без смертоубийства.
— Сделаем, — кивнул Дёрруд и поманил одного из отроков. Тот передаст команду, не привлекая внимания.
О, пошел процесс. Сергей увидел, как его бойцы, обосновавшиеся на фланге «группы поддержки» Радилы, потекли с площади в ближайший переулок. Они обойдут рыночную площадь, зайдут со стороны Людина конца, и подопрут крикунов Грудяты. Те возражать не станут. Здесь паспортов не спрашивают. Стоишь с нужной стороны, кричишь правильно — значит, наш. А что рожа незнакомая, так ладно. За совесть ты стараешься или за деньги, не важно. Главное, что глотка и кулаки при тебе.
Само собой, при Грудяте были не только крикуны. Охраняло кандидата в тысяцкие десятка три бойцов вполне серьезных. Пусть и без боевого атакующего вооружения, с которым на вече приходить было не принято, дабы не устраивать резню, зато в бронях и с дубинками.
Напряжение накапливалось. Глухой ропот поплыл над толпой…
И смолк, когда грохнуло било.
Наместник Прокуй выехал чуть вперед, выпятил грудь.
— Люд новгородский! — заорал он. — Ныне надлежит вам решить, кто будет старшим на конце Неревском! Кричите, кого хотите в тысяцкие!
Било грохнуло еще раз — и площадь взорвалась диким ревом.
И сразу явно обнаружились два ожидаемых лидера: Радила и Грудята. Купчина и огнищанин выбыли из гонки. Их «голоса» канули в общем «голосовании».
Сергей глянул на Радилу. Тот был обеспокоен. Встретившись взглядом с Сергеем, изобразил жестом: почему молчат твои?
Тех, кого Сергей отправил «поддержать» Грудяту, Радила не видел. Зато видел, что остальные дружинники Сергея молчат.
Сергей тоже жестом ответил: все хорошо, мы за тебя.