Кто стрелял в урода?
Шрифт:
– Вот Ванечка, этот господин с завтрашнего дня ваш новый генеральный директор.
Павел Захарович Пригожев уселся в кресло, положив ногу на ногу, и обратился к бывшему заместителю Хромова: – Сегодня, Иван Ильич, я бы хотел принять у вас дела. Завтра ровно в десять соберите всех ответственных сотрудников. Я на них посмотрю, и решу кого оставить, а с кем проститься…
– Как же так? – Растерялся Пеньков: – По уставу, генерального директора должны выбирать акционеры.
– Вот я его и выбрала. – Спокойно возразила Лиля
– Конечно, Лилия Ивановна, вы имеете голос и немалый. Но вы не одна. Надо все делать законно, иначе потом начнется бардак.
– Какой бардак?! – Возмутился Пригожев: – Если кто-нибудь вякнет, госпожа Хромова заберет свой капитал, а дальше, пожалуйста – собрания, акционеры, законы…
Пеньков побледнел, но эмоции сдержал: – Простите за нескромный вопрос, Павел Захарович, кто вы по профессии?
– Я и по профессии и по образованию юрист. Но представлять свою персону я бы предпочел завтра всему коллективу.
– Не переживай заранее, Ванечка, тебя Павел Захарович, скорее всего, не сократит. Ты же наш ветеран. – Лиля выпустила в сторону Пенькова колечко дыма и состроила ему глазки.
В приемной, перед кабинетом, затихли несколько человек, бухгалтер, старший экономист и секретарша Зинаида Станиславовна. Коллеги старались услышать, о чем беседуют за дверью. Приход вдовы на фирму, да еще с солидным лысоватым господином, всех обеспокоил.
Ни о чем не подозревающий главный администратор, с тросточкой вбежал в офис и, с удивлением, замер в приемной: – Что тут происходит, матушка? Ожил Арноша?
– Сева, не шути с покойниками. Это неприлично.
– Хорошо, Арноша не ожил. Тогда почему гробовая тишина?
Зинаида Станиславовна приложила палец к губам, призывая к молчанию, и заговорила шепотом: – Лиля привела какого-то мужика, боюсь нас ждут перемены.
– Сейчас узнаем. – Милютович, поставил трость в угол, решительно направился к начальственным дверям, и смело вошел. Лиля строго остановила его на пороге:
– Подожди в приемной, Сева. Видишь, мы разговариваем.
Администратор оглядел присутствующих, кивнул Пенькову, закрыл за собой дверь с другой стороны и остался стоять.
– Что там? – В глазах бухгалтерши дрожал испуг.
– Сейчас узнаем. – Повторил Милютович и прижал ухо к двери. В приемной наступила звенящая тишина. Прошло минуты три. Выражение лица Севы постепенно менялось. Неожиданно, он отскочил от двери, и не делясь услышанным, быстро направился к выходу.
– Милютович, ты куда? – Сурово окрикнула Зинаида Станиславовна. Но администратор не ответил. Он пробежал мимо охранника, нажал на кнопку электронного замка и исчез.
– Почему он ушел? – Не поняла бухгалтерша: – И трость свою оставил…
– Откуда я знаю. – Пожал плечами экономист.
– Какая наглость! Сева раньше не хамил. – Возмутилась Зинаида Станиславовна. Через несколько минут из кабинета вышла Лиля:
– Советую
– Чтобы это могло означать? – Насторожился главный экономист. Ответа он не получил и медленно удалился в глубины офиса.
– Если что-нибудь выяснится, матушка, вы меня предупредите? – Жалостливо попросила бухгалтерша.
– Да, милочка. Только не думай что я ясновидящая. Тебе сказали завтра в десять. Вот и узнаешь. Я сейчас вывешу объявление и обзвоню наших. Надо предупредить людей. Хромова, по существу, хозяйка фирмы…
С тем же испуганным выражением лица, бухгалтерша двинула к себе. Зинаида Станиславовна набрала на компьютере текст объявления, распечатала его на принтере, и выдвинула ящик стола. Она искала кнопки. Мелодичный перезвон парадного домофона отвлек женщину.
Охранник снял трубку:
– Кто?
Затем быстро открыл дверь. В офис решительным шагом вошли трое. Один задержался возле охранника, двое зашагали по коридору к приемной.
– Гражданин Пригожев еще там?
– Я не знаю никакого Пригожева. – Настороженно оглядывая незнакомых молодцов, сообщила Зинаида Станиславовна.
– А кто в кабинете?
– Наш директор и какой-то незнакомый мне господин.
– Это и есть Пригожев. – Бросил один из молодцов другому и бесцеремонно распахнул дверь кабинета.
– Что вы делаете? – Возмутилась секретарша. Но оба нахала уже вошли в кабинет. Через минуту они вышли вместе с посетителем, и все трое направились к выходу. Когда в офисе чужих не осталось, Зинаида Станиславовна заглянула к Пенькову. Исполняющий обязанности директора сидел за столом и носовым платком вытирал лоб.
– Ванечка, что все это значит?
– Это значит, матушка, что я пока остаюсь в должности. – Без всякого воодушевления ответил он.
– А кто эти люди?
– С Петровки. Как я понял, они арестовали претендента на мое место.
– Как арестовали?
– Просто. Показали ордер и увели.
Зинаида Станиславовна некоторое время раздумывала, затем подошла к столу:
– Завтра в десять собрания не будет?
– А зачем?
– Как зачем, Ванечка? Я уже написала объявление.
– Так выброси, матушка, его в корзину. – Посоветовал Пеньков? и Зинаида Станиславовна не без удовольствия его советом воспользовалась.
Лаврентия Кунтария начальник отдела решил допросить сам. Маленький страдалец в кожаной куртке больше не выл. Он послушно уселся перед подполковником. Выражение лица задержанного напомнило человека проглотившего дольку лимона.
Он не отрицал своей помощи брату в сборе сведений о клиентах шантажиста. Деятельность Беньковского он считал нормальным бизнесом, а себя его помощником и телохранителем: