Кто такая Элис Браун?
Шрифт:
— Как сын твоего покойного друга. – спокойно ответил я.
— Продолжай. – махнул рукой и наполнил стакан коньяком из стеклянного графина.
— Ответь честно, ты был на пароходе в день смерти моих родителей? – спросил я и прищурился.
— Был. – сделал большой глоток и налил ещё.
— Так почему же я тебя не помню? – я вопросительно вскинул брови и чуть поддался вперёд.
— Я поругался с твоим
Маркус уставился в одну точку, крепче сжав стакан с янтарной жидкостью.
— Из-за чего вы поругались?
— Это допрос? – вскинул одну бровь и посмотрел на меня.
— Если тебе так будет удобней, то я здесь как коп, теперь допросная форма не так смущает? – улыбнулся одним уголком губ.
Маркус схватился за сердце и закатил глаза.
— Ох, как колко. – выдохнул он. — Быстро же ты превратился из ангела в демона. Хамелеон хренов. – залпом выпил полный стакан коньяка, занюхав долькой лимона.
— Не уходи от вопроса. Скажи мне, из-за чего вы поругались?
— Проблемы в бизнесе. – ответил Маркус и налил ещё.
— На борту ты случайно не встречал Мэйсана Кинга?
Мне показалось или он слегка занервничал? У него дёрнулась нога.
— Ты сейчас о моём начальнике? Какая тупость. Если бы он там был я бы его точно вспомнил. – ответил он.
— То есть его там не было?
— Нет, конечно. А ты к чему это спрашиваешь?
— Это всё что ты знаешь? Тогда спасибо за информацию, будь на связи.
Сольфе не успел ничего сообразить, как я уже покинул дом и направился на второй адрес.
Район Корол-лэйк был не настолько шикарен, как прошлый район. Серые дома, с выбитыми стёклами, кругом бездомные греются у костра. Плешивые кошки пробегаю под ногами вслед за крысами. Прямо возле дороги стоят проститутки, которым даже мороз не почём.
— Эй, красавчик! Не хочешь развлечься? – крикнула одна из них.
— Простите, девочки, я сюда не развлекаться приехал, но ещё не вечер. – улыбнулся, подмигнул и пошёл дальше.
Из тёмного переулка вышел парень в сером свитере и кремовых брюках, между его губ дымилась сигарета.
Я прошёл мимо не обращая на незнакомца должного внимания. Он был более чем приличным, будто тот переулок соединяет Корол-лэйк для бедных и Дьюкс-стрит для среднего класса, и этот парень решил посмотреть на бедность. Если честно была бы у меня возможность я бы тоже выходил из шикарного особняка смотреть на бедных как на животных в зоопарке. Но я так не могу, я и сам беден.
— Здорова. – сказал парень.
Я искоса посмотрел на незнакомца.
Сделал
— Ты не отсюда, да?
Я обернулся, напрягшись.
— Да. Что-то не так?
Незнакомец сунул руки в карманы и заглянул мне за спину. Кивком головы указал на несколько человек, стоящих в темноте.
— У нас тут поодиночке лучше не ходить, если, конечно, ты не ищешь приключений.
— К чему ты клонишь? – спросил я, не понимая намёка.
— Десятка и я провожу до того места куда тебе нужно.
— Улица маленькая…Вы же тут друг друга в лицо знаете, да?
— Ну да. – ответил он и смахнул пепел на тротуар.
— Десятка – и ты мне рассказываешь всё что знаешь об одном человеке и провожаешь до нужного дома.
— По рукам.
Пожали друг другу руки, и я отдал парню листок с адресом.
— Я знаю где это. Пойдём. Оу, я забыл представится. Я Раф.
— Джон. Рад знакомству.
— Взаимно. И вот сейчас без шуток, но я и вправду рад знакомству. На эту улицу редко кто заглядывает, клиентов совсем нет. Удивлён, что сюда попал именно ты.
— Почему же? – спросил я.
— Ну, ты не похож на бандита, бомжа и тем более на проститутку. – улыбнулся Раф и я тоже не смог сдержать улыбки.
— Давай так, ты рассказываешь мне об Марселе, а я тебе говорю зачем я здесь. И у нас обоих не останется интриги на этот вечер.
— Хорошо. Марсель — это одинокий старичок, у которого три года назад скончалась жена, четверо детей разъехались по всей стране, а пятая – дочь Мелиса работает недалеко отсюда ночной бабочкой.
— А есть что-нибудь более интересное?
— Друг, он простой старичок. Но ходят слухи, что в молодости у него был подпольный завод по приготовлению наркоты. Меня в те времена ещё на свете не было, так что точно ничего сказать не могу.
Прошли через тёмный переулок и вышли к парку. Фонари работали через один, мигали и тускло светили. Они освещали лишь себя, не отдавая свет земле. На лавках спали бомжи, от них неприятно несло потом и мочой.
К моему ботинку прилипла жвачка. Я остановился и постарался её отодрать от подошвы усердно натирая обувью каменную кладку. Хрен там.
Я бросил это занятье, времени на это у меня не было и зря, наверное.
Сегодня не мой день и, да я ещё до кучи вступил в дерьмо и похоже в человеческое. Как Раф держится я не знаю, я бы уже на жвачке заржал как лошадь.