Лондон бульвар
Шрифт:
— Даже не атеисты.
Он похрустел орешками, сообщил:
— Его тело остается нетленным, и это считается чудом.
Сказать на это было нечего, и я промолчал. Он продолжил:
— А кто-то украл большой палец его ноги.
— Что?
— Правда. В нашем мире есть почитатель святого Франциска, укравший большой палец его ноги.
Черт бы побрал этот горячий пунш, но я не мог придумать ничего толкового. Сказал:
— Это, наверное, добрая католическая традиция — равняться по носкам.
Он улыбнулся,
— Могу я… встречаться с твоей сестрой?
Черт!
— Я бы тебе отсоветовал.
— Тем не менее….
— …ты будешь. Санджи, ты хороший парень, ты мне очень нравишься. Но она не для тебя.
— Ты позволишь мне сделать попытку?
— А я могу тебя остановить?
— Нет.
Пришла Бри, Санджи сказал, что следующий заказ сделает он, и спросил:
— Всё то же самое?
Я сказал:
— Почему бы и нет.
И он ушел.
Бри наклонилась ко мне, сказала:
— Я его люблю.
— Господи.
— Нет… правда, Митч, он как будто мой двойник по духу.
Я постарался не злиться и отвлечь ее. Спрашиваю:
— А как же Фрэнк?
В ответ — испепеляющий презрительный взгляд.
— Фрэнк умер, Митч. И чем быстрее ты с этим свыкнешься, тем будет лучше для нас всех.
Вернулся Санджи, и я понял, что мне пора уходить. Пожал ему руку, сказал:
— Уверен, что мы с тобой еще встретимся.
Он сосредоточенно на меня посмотрел, не то как врач, не то как индус, заверил:
— Я буду вести себя с ней как джентльмен.
— Это ты так думаешь.
На выходе бармен мне говорит:
— Эй ты, мрачняга, тебе еще рано уходить.
— Уже отвеселился.
Он руку на бедро положил, глаза закатил и произнес:
— Уммм… крутой парень.
На улице я поймал такси, решил, что на следующей неделе куплю себе машину.
Приехал домой, хотелось только одного — упасть и отрубиться.
Включил ящик. Вы не поверите, только начался «В упор».
А когда появился Ли Марвин [24] — и почти в таком костюме, как у меня, — я сказал:
— Вот это крутой парень.
~~~
В СРЕДУ ВЕСЬ ДЕНЬ ШЕЛ ДОЖДЬ. Но на работу я пошел. Джордан был на кухне, оценивающе меня оглядел, сказал:
— Ваши раны заживают.
24
Американский актер Ли Марвин (1924–1987) сыграл в детективном триллере «В упор» (1967, режиссер Джон Бурмэн) главную роль — классического гангстера.
— Вы так думаете?
— Они так выглядят.
Прямо дзен-буддизм
Несколько водопроводных труб засорились, он спросил, могу ли я с ними что-нибудь сделать.
Я сказал:
— Конечно.
Вот ублюдок. Я целый день провозился, чтобы их прочистить.
К четырем часам я, распластавшись, лежу под водопроводной трубой, грязная вода капает на лицо, и тут появляется она. В красном джерси, которое просто прилипло к ее формам. Говорит:
— Вот то, что мне нравится: мужчина на спине.
Я закончил проклятую работу, поднялся. Она подошла, ростом мне по плечо. Опять с этой хитренькой улыбочкой на лице. И я не знаю, из-за чего — то ли из-за похорон Джои, или из-за того, что меня избили, или из-за каких-то флюидов, или просто крыша съехала?..
Короче, я ее схватил, прижал к себе и поцеловал. Сначала она сопротивлялась, а потом впилась в меня. Я ей в рот язык засунул, схватил руками за задницу — и улетел. Дождь лил как из ведра, она отодвинулась, проговорила:
— Надеюсь, ты сможешь закончить то, что начал.
И ушла.
И стояли мы под дождем, я и мой член, и я вспомнил, что сегодня вечер среды. Сюрприз от мистера Ганта. Когда в гараже я сдирал с себя промокший насквозь комбинезон, зашел Джордан, говорит:
— Насчет квартиры над гаражом: дело проясняется. Всё готово.
— Черт, я не знаю.
— Там есть душ, чистый спортивный костюм… пользуйтесь, пожалуйста.
Пошел пользоваться.
Это было что-то вроде студии:
кровать
душ
маленькая кухонька.
И, черт возьми, стопки чистых роскошных полотенец. Осужденному полагается одно полотенце на неделю.
Хорошенько ошпарился в душе, вышел, заметил небольшой холодильник под телевизором. Весь забит пивом. Открыл «Гролш», хлебнул хорошенько.
Постель свежая, я едва не уступил соблазну. Но меня еще ожидал сюрприз от Ганта. Спортивный костюм был новый, черный, большого размера, на спине надпись:
С НАИЛУЧШИМИ ПОЖЕЛАНИЯМИ ОТ «КЛАРИДЖИЗ» [25]
25
«Клариджиз» — знаменитый лондонский отель.
То, что надо.
На выходе встретил Джордана, он сказал:
— Мисс Палмер выразила особое… одобрение… за вашу… работу.
— Я готов удовлетворить любое ее желание.
Черт бы побрал «Гролш». Джордан печально улыбнулся, сказал:
— Только делайте это с умом.
Северная линия, как обычно, словно взбесилась, и домой я добрался не раньше семи. Возле дома была припаркована машина Ганта. Дверь открылась, Нортон сказал:
— Опаздываешь, залезай.