МИ (Цикл)
Шрифт:
После отбытия Лорда Рала она потратила несколько недель на осторожные беседы… но впустую. Она поговорила со всеми знакомыми волшебниками и колдуньями, по крайней мере с теми, к кому могла запросто обратиться. Большинство ей сочувствовали, но никто не сообщил ничего полезного.
Магда знала, что Барах редко делился с кем-то своими знаниями, даже с волшебниками, сверх некоторых определенных фактов, которые им необходимо было знать. Ответы на ее вопросы лишь подтверждали это. Все остальные знали лишь маленькую часть общей картины. Магда с некоторым удивлением поняла, что знает о Барахе и его действиях гораздо больше, чем
Благодаря Бараху Магда видела более полную картину войны, сложных союзов и таинственной деятельности, чем любой из них, хотя и не знала многих мелких подробностей. Все прочие видели лишь отдельные эпизоды или некоторые части, тогда как она имела представление почти обо всем, чем занимался Барах. Она обладала более глубоким пониманием того, как все эпизоды, известные различным людям, связаны между собой.
Даже Лорд Рал, один из тех, кому Барах доверял больше прочих, немногим отличался от остальных. Барах поручал ему наиболее важные задачи, но не сообщал всего. Хотя Альрик Рал знал очень многое о сноходцах, о происходящем в целом он знал даже меньше Магды.
Ее муж был человеком, тщательно скрывавшим не только свои секреты, но и действия, и мотивы большинства своих поступков. Он часто говорил, что это необходимое условие выживания.
Но даже при такой осведомленности Магда недостаточно знала о различных делах, в которых принимал участие муж. Она по-прежнему не понимала, почему он покончил с собой.
Большинство из тех, с кем ей довелось беседовать, больше хотели расспросить ее, чем обсуждать дела Бараха. Они хотели знать о сноходцах и правда ли то, что они слышали от людей, присутствовавших на встрече Совета в тот день, когда она вышла к ним окровавленная. Когда Магда подтверждала это, ее спрашивали о словах обряда преклонения, которые нужно произнести, чтобы защитить свой разум. Она давала совет всем желающим. Кое-кто из этих людей выслушивал ее с интересом и благодарностью. Другие же брезговали узами, связывающими с Лордом Ралом.
Насколько она знала, некоторые волшебники уже встречались с Лордом Ралом и уже связали себя с ним.
Сначала, когда Лорд Рал только покинул Цитадель, Магда тревожилась, будут ли работать узы в его отсутствие. К своему удивлению, она открыла для себя, что может чувствовать его благодаря этим узам. Это было странное ощущение, но она могла чувствовать свою с ним связь, могла сказать, в какой он стороне и далеко ли. Это была обнадеживающая связь, поддерживавшая в ней убеждение, что сноходцы ей не угрожают.
Теперь, когда приближалось лето, а тайны, связанные со смертью Бараха, преследовали ее на каждом шагу, единственным, чего она еще не сделала, было то, что предлагала Тилли в самом начале. Ей по-прежнему не нравилась эта мысль, особенно в свете новых опасностей, возникших на нижних уровнях Цитадели, но в поисках ответов Магда зашла в тупик. А еще она в глубине души боялась потерять эту возможность, если сноходцы доберутся до той женщины раньше нее.
Несмотря на свои опасения, Тилли, похоже, понимала потребность Магды найти ответ на вопрос, почему Барах покончил с собой. Тилли считала, что если Магда встретится с той женщиной, это по меньшей мере поможет ее сердцу успокоиться. Магда же не просто искала спокойствия. Ей были нужны ответы.
Наконец проход вывел их в просторное узкое помещение, похожее на огромную трещину
Узкий зал был таким длинным, что Магда не могла разглядеть лиц тех, кто находился на другом его конце. Иногда нельзя было определить даже их пол. Точно опознать удавалось лишь цвет мантий, свидетельствующий о ранге и обязанностях.
Магда несколько успокоилась, вновь увидев людей, успокоилась оттого, что не одна в этих темных проходах. Крики, которые она слышала, и сознание того, что несколько минут назад погибли люди, вновь обострили ее чувство утраты.
В одном месте на самом верху высоченной стены сквозь щель виднелось ночное небо. Под потолком носились летучие мыши, охотясь на насекомых.
Из-за угла выглядывал один из цитадельных котят; он сидел и следил за летучими мышами большими зелеными глазами. Очевидно, голодный. Жалея черного тощего котенка, Магда достала из мешочка на поясе небольшой сверток с кусочками курятины. Она развернула еду и бросила маленький кусочек голодному котенку. Заодно она угостила кусочком Тилли и, прежде чем убрать сверток обратно в мешочек, взяла один себе. Котенок с жадностью набросился на неожиданную добычу, а Магда и Тилли отправились дальше, потихоньку грызя свои кусочки.
Магда уже несколько раз бывала в этом огромном зале, однако приходила сюда более приятной дорогой и знала, что это важная узловая точка, лежащая на пути к нескольким важным областям на нижних ярусах Цитадели. Когда она попала сюда впервые, Барах рассказал ей, что благодаря щели под потолком вдоль одной из стен это помещение служит вентиляционной трубой, проветривающей нижние уровни Цитадели и обеспечивающей их свежим воздухом.
Незаделанные щели служили и одним из путей проникновения в Цитадель птиц. В коридорах и залах нередко встречались случайно залетевшие птахи. Иногда граклы добирались до столовых, где прыгали там в поисках крошек или даже нагло воровали еду у людей прямо с тарелок.
Магда заметила несколько воробьев, очевидно, залетевших сюда через щель и ночующих на уступах под гребнем стены. И взъерошенного ворона – он сидел на балке и наблюдал черными глазками за людьми внизу.
Поскольку снаружи было теплее, чем внутри, в эту ночь вентиляционные отверстия работали наоборот, что позволяло влажному воздуху проникать в комнату, принося ощущение липкости. Легкая дымка, наплывающая из рабочих помещений, слоями растекалась по залу.
Каменная лестница, встроенная в стену справа, вела к длинным узким балконам, откуда можно было попасть в просторные покои. У некоторых таких покоев были двери, но во многие просто открывались проходы.
Почти все люди здесь, казалось, куда-то спешили, но Магда привыкла к тому, что в Цитадели все постоянно торопятся. В огромной Цитадели иногда можно было не один час добираться из одного помещения в другое. Задержка по любой причине, даже чтобы просто поболтать, порой могла в конечном итоге отнять заметную часть дня. Возможно, поэтому Тилли предпочитала самые пустынные второстепенные проходы.
Заметив, что Магда уставилась на тележки с ворохами окровавленных бинтов, почему-то оставленные вдоль стены, Тилли склонилась к ней и прошептала: