Морской волк. 3-я Трилогия
Шрифт:
— В вашей логике есть изъян — сказал Гиммлер — допустим, я вам поверил, что судьба нации беспокоит вас лично больше чем своя. Германо-российский союз всегда был и будет кошмаром для британцев, и они сделают все, чтобы он не состоялся — ну а янки, это те же альбионцы. Потому, если англосаксы займут хотя бы часть германской территории — после они будут заинтересованы требовать одновременного вывода и своих, и русских войск. И Германия останется суверенной — конечно, на нас наложат ограничения, а заставят уплатить по всем счетам, но это все же лучше, чем стать русским протекторатом?
— Я реалист — сказал Зейс-Инкварт — у вас есть план? И средства для его осуществления?
— Ваш договор с Роммелем — произнес Гиммлер — «сражающаяся Германия» была предусмотрена, или это импровизация? Вы знали?
— Я похож на Барраса, который на свою голову, вытянул наверх Бонапарта? «Лис» никогда не казался мне политической фигурой. Я должен был учесть влияние его приятеля, Штрелина.
Мерзавец Рудински! — подумал Гиммлер — что за времена, когда предают казалось бы, самые верные! Вместо того, чтобы после убийства фюрера арестовать виновных — даже если автором последующего был Герделер, или русские, вот не поверю, что ты ничего не знал! А может быть, с самого начала вел свою игру — что говорил ты мне когда-то, «все за Отечество, когда его интерес совпадает с моим собственным» — тоже почуял, чем кончится, для тебя персонально, и решил соскочить? А Роммель, по иронии судьбы, последний из полководцев Германии, к кому фюрер сохранял доверие? И уж меньше всего ожидал, что Зепп Дитрих, который должен был при необходимости усмирять мятеж, объявит о своем подчинении Роммелю! Первый танковый корпус СС — дивизии «Лейбштандарт», «Дас Рейх», «Гогенштауфен» — и в «сражающейся Германии», это притом, что эсэсовцев русские и в плен-то не берут, интересно, что Сталин будет делать с такими «союзниками»? Впрочем у Зеппа всегда был крестьянский ум — что выгодно здесь и сейчас? В результате, войска 24-й армии, оборонявшей Баварию, просто рассыпались, оказавшись под русским ударом с фронта, и «сражающейся Германии» с тыла — хотя там даже до боя нередко не доходило, кто-то переходил на сторону изменников, кто-то сдавался в плен, желающие воевать отступили к югу, в «альпийскую крепость», в стратегическом плане столь же бесполезную, как Сицилия. В итоге, пали Мюнхен, Нюрнберг, вся территория южнее линии Эрфурт — Франкфурт-на Майне — Майнц потеряна (кроме анклава в австрийском Тироле), теоретически русские контролируют там все до французской границы — реально же им потребуется какое-то время, чтобы навести орднунг со «сражающимися германцами», разделить зоны ответственности, отфильтровать ненадежных, наладить взаимодействие. И на севере русские пока застряли, бросив силы на окружение Берлина — а на запад не идут, топчутся перед Гамбургом и Килем. Значит, у меня еще есть шанс!
— Русские вас списали, Артур — сказал Гиммлер — решили, что Герделер или Роммель, это более подходящая фигура. И благодарите судьбу, что вы мне нужны — как глава общегерманского правительства.
— Одного из пяти? — усмехнулся Зейс-Инкварт — «сражающиеся» в Штутгарте, причем вполне легитимны, назначил же фюрер Роммеля военным министром? Мы здесь. Геббельс в Берлине — судя по тону радиопередач, он считает себя наиболее законной властью. В Ганновере собралось правительство «по завещанию фюрера — на случай моей смерти», во главе Роберт фон Грайм и Август Ханке. Борман и Шпеер в Гамбурге тоже успели о чем-то объявить. Ах да, еще «клуб Крейзау», это уже шесть, но этих умников никто всерьез не принимает. Не много ли правительств для одной страны? Или предлагаете еще и гражданскую войну устроить?
— Геббельса можно сбросить со счетов — заявил Гиммлер — завтра русские сделают из Берлина Варшаву. Борман, если уже не сбежал из осажденного Гамбурга на север и за пролив в Швецию, завтра появится здесь. И ганноверцы — по той же причине. У вас тут самое безопасное место — и свежие, еще нетронутые войска, и даже флот. Есть что предложить англичанам — всю Голландию, вместе с прилегающей территорией Рейха. Накормить русских тем же блюдом, что Роммель нас.
— Что требуется от меня?
— Уже деловой разговор — заметил Гиммлер — во-первых, придумайте объяснение для своей «голландской» армии и персонально герра Блюментритта, как вы правильно заметили, гражданская война нам тут не нужна совсем. Во-вторых, герр имперский наместник и министр, объявите, наконец, что принимаете ношу Верховного правителя Германии, все обдумав и решив. В-третьих, свяжитесь с Гамбургом и Ганновером, чтобы прекратить анархию. В-четвертых, ваше обращение к англичанам. Я ничего не упустил?
Берлин
По улице с криком скакала пьяная вооруженная толпа. Это отступала 14-я дивизия СС.
Фронт держался пять дней, и, наконец, лопнул. Русские ворвались в город. Позади была слышна стрельба, это добивали остатки Одиннадцатой панцергренадерской. И судя по калибрам, задержка долгой не будет — залп «катюш» сметал с улицы все живое на протяжении квартала, тяжелая мина «тюльпана» одним попаданием обрушивала многоэтажный дом. Эсэсовская пехота, полностью вооруженная «штурмгеверами» и новыми гранатометами «44», пожалуй, не уступала русской — но было ее слишком мало. Отброшенные в Берлин остатки 101-го корпуса были растерзаны еще в боях на подступах к городу. 10-я танковая СС «Фрундсберг», 11-я панцергренадерская СС «Норланд», 5-я егерская, 9-я парашютная, 303-я
Бежали те, кого к «истинно арийской расе» причислил сам фюрер. За пару дней до того, как удрать, бросив на смерть — это все равно, что бычка перед убоем в паны произвести! Четырнадцатая дивизия СС «Галичина», 2-я дивизия УНА «Карпатская Сечь», отдельная бригада «Свободная Украина» — героям слава! Украина — це Еврорейх! Но все равно жалко, когда наконец нас признали цивилизованными европейцами, не имеющими никакого отношения к диким славянам, и вдруг сдохнуть под гусеницами русских танков? Нет даже надежды сдаться — всем известно, что эсэсовцев и предателей русские в плен не берут.
Нет, все же пять дней берлинской осады были славным временем! Когда можно было всерьез ощутить свою принадлежность к высшей расе, даже более высшей, чем сами немцы! В первые дни осады, когда по Берлину ездили передвижные трибуналы, обычный стол с красным бархатом в кузове грузовика, за ним трое эсэсманов судьями, и взвод «гарных хлопцив» для орднунга и приведения в исполнение! Суд за дезертирство скорый — расстрелять, три секунды на приговор, давай следующего! Ну а что из приговоренных половина, это щенки, самовольно решившие домой забежать, чтобы новенькой формой ПВО похвастать — так не вы ли еще недавно от «щирых козаков» нос воротили, себя считая превыше, ну так получите, мордой в грязь! За дезертирство сразу к стенке, прочих же в Нойкельн — там пару домов освободили для «дахау», не в Моабит же всякую шелупонь гнать — за слушание запрещенного радио, за родственника-дезертира, за утаивание продуктов, за хранение валюты, за пораженческие разговоры! Целыми семьями, вместе с фрау и киндерами — чтобы не было соблазна сбежать с работ по разборке завалов и строительству укреплений. Наши же хлопцы по квартирам ходили, хватать, на кого донесли — пяток «козаков» с немцем-шуцманом, чтоб адрес указал. Ох, и развлеклись же, если там фройляйн были — а то ведь пока «неарийцами» считались, хлопцам на немецких баб даже взглянуть было нельзя, «покушение на чистоту арийской крови», и расстрел! Ну вот, сполна вкусить успели, отыгрались!
— Ще не вмерла Украина, и слава и воля! Ще нам братья молодые, улыбнется доля!
Нет, по справедливости, германцы еще в сорок первом объявили украинцев если не настоящими арийцами, то ариизированным племенем. Розенберг хотел сделать силу, противостоящую русским — и из-за этого даже крупно собачился с Кохом, рассматривающим население подчиненного ему «рейхскомиссариата Украина» исключительно как рабочую скотину. А Геббельс однозначно поддерживал Розенберга — и был крайне раздражен Кохом за то, что тот приказал взорвать Успенский собор в Киеве, с формулировкой, «это был объект национальной гордости украинцев». (Прим. автора — факт реальный!).
Но как могли немцы оказаться слабаками, позволить москалям себя разбить? И теперь германцам, как припрет, так «хенде хох», и в плену баланду жрать — а храбрым «козакам» что делать?
— Ой, Богдане — Зиновию, проклятый гетьмане. За что продал Украину москалям поганым? Чтоб вернуть ей честь и славу, ляжем головами. Наречёмся Укрорейху верными сынами.
Мы ведь честно служили фюреру, истребляя его врагов! И пользовались его доверием, в отличие от русских — в то время, как у Власова никакой «армии» не было, он лишь по лагерям ездил, в «хиви» и полицаи вербовал, УНА уже включала в себя как элиту, целую дивизию «Галичина», вымуштрованную шарфюрерами учебных центров Ваффен СС, так и многочисленные полицейские полки и батальоны с восточной Украины, как номерные, так и именованные, например «Харьков» — под командой некоего Александра Посевина, бывшего сержанта РККА, или 61-й имени Богуна, 62-й имени Тараса Шевченко. Именно «лыцари» с Украины были основой «полицейского корпуса», который надолго запомнит бунтующая Варшава — а на Востоке, и вспоминать некому, там живых не оставляли вообще, даже баб, стариков и детей!
— Хайль Бандера! Героям слава!
А чем немцы отличаются от прочих унтерменшей? Точно так же дохнут, прислоненные к стенке, а их фрау так же визжат когда их приходуют, уж мы-то насмотрелись! Вон, гражданский какой-то ползет, интересно что они жрут, продукты из продажи в первый день исчезли, а затем и сами магазины закрылись? А ну стоять, карманы вывернуть — бумажник к черту, рейхсмарками, не говоря уже о «евро», завтра лишь в сортире подтереться, а часы хорошие, мне нужнее будут! Возмущаешься — а в морду тебе, и сапогами, сапогами! Скажи «данке» что живым отпускаем! При любом раскладе, что бы завтра ни было — в кармане золотишко, ценности, валюта никак не помешают. Это к тому, что ювелирная лавка впереди, судя по вывеске — заперта, ну так в дверь прикладом! И поспрашивать хозяев, куда все припрятали, уж это мы умеем, развязывать языки!