Налог на Родину. Очерки тучных времен
Шрифт:
Вероятно, я пропускаю какие-то перемены, – но тот, кто помнит советские выездные комиссии и шок от парфюмерного запаха аэропортов, должен признать, что перемены произошли – и что они существенны.
Изменения шли параллельно складыванию двух мифов: о загранице и о России.
А мифы сложились тогда, когда расходы российского туриста за границей сравнялись с доходом аборигена. Ведь современный россиянин искренне убежден, что деньги не просто всеобщий, но и главнейший эквивалент, – а раз так, то ему и про себя, и про заграницу сразу стало «все ясно».
Миф о загранице
У финнов – чисто, но тоска. У французов – хорошая кухня, но они жмоты. Америкосы –
Римини. В Германии? Ну, Нортш… Ношр… как его – швай… штайн? – это, типа, прикинь, такой Диснейленд, но в Диснейленде круче. Бельгия? А чо я там забыл?
Заграница для современного россиянина – не просто набор стереотипов, но стереотипов, не меняющихся в результате поездки. Главная причина – на любую другую цивилизацию («западную», «японскую», «хинди», «буддистскую» – и далее по Хантингтону) автоматически переносится российская калька. Американцы – козлы потому, что наш школьник уделает их школьника, потому как их школьник мало что знает. О том, что американская средняя школа построена вообще на других принципах – не вбивать в детей знания, а делать детей счастливыми, знаниями в США занимается высшая школа, – русскому человеку думать неохота. Про систему местного самоуправления, привязанную даже не к штатам, а к counties, графствам, – тоже. Америка видится как Россия, с той же вертикалью власти, только зеркально отраженная. Я однажды в Шереметьево в ожидании рейса разговорился с академиком РАН, летевшим на международную конференцию: он был убежден, что 11 сентября устроило ЦРУ по тайной команде Буша («У него же падал рейтинг, нужно было срочно поднимать!»), – и я не сразу понял, что академик попросту переносил на США свою убежденность в том, что и дома в Москве могла взорвать ФСБ «ради поднятия рейтинга Путина».
Ровно по той же причине любой пляж – неважно, в Гоа, в Патайе или на Коста-Брава – воспринимается как филиал Сочи. Мы с женой как-то в Санта-Сусанне в Испании (не лучшее место на Средиземном море, скажем так) набрели на компанию ребят из Кемерова, бросившихся к нам как к родным: они купили двухнедельный тур, неделю сходили с ума от скуки и не знали, чем себя занять дальше. Не знать, чем занять?! О господи, да под боком же Барселона с Гауди, Фиге-рас с Дали, Кадакес с памятью о Пикассо, неподалеку Франция и Андорра, в конце концов, – стоит только взять машину! «Мы пробовали, – был ответ, – но тут в прокате, короче, козлы. По-русски ни фига не понимают».
То есть понятно, что заграница выпендривается. С целью унизить нас. Потому как мы круче. Потому что у нас нефти больше. А мы им нужны слабые. Но мы им покажем! Но пока что у них закупимся. Потому что вон скока магазинов! И в каждом втором – распродажи. Налетай, подешевело!
Миф о России
Основные составляющие этого мифа таковы: Вселенная плоская и лежит ровно в той же плоскости, что и Россия; Россия и есть центр Вселенной. То есть Коперник, Бруно и Галилей еще не родились. И на фига им рождаться, если и так понятно, что Россия – великая наша держава, что наша вера самая правая и что эта, короче, культура – самая культурная. Типа, мы – нефть, газ, балет, Чайковский и Достоевский.
Обратите внимание: за границей русские непременно сбиваются в стаю, тут же образуя мини-Россию, и даже шопинг делают группами, как во времена СССР. И танцуют наши граждане на турецкой (черногорской, кипрской) дискотеке под Филиппа Киркорова точно так же, как они танцевали бы в Туле или Орле. А те, что не желают не просто сбиваться, но и гнездоваться близ этих стай, при покупке тура интересуются, много ли
А теперь задайтесь вопросом: если массовый русский турист за границей понимать и вникать в эту заграницу не желает, если мгновенно создает вокруг себя подобие дома, – то в состоянии ли проникнуть вражеская идеология в его сознание, хоть распространяй ее по всем местным телеканалам? Да ведь наш турист эти телеканалы и не смотрит: любой отель в местах обитания русских предоставляет спутниковый (чуть было не написал: «суповой») набор из Первого, «России» и НТВ. Ура, ура – с нами снова Петросян и Малахов.
Вот почему яд европейских идей, пугавших одну Екатерину, двух Николаев, трех Александров, а также Иосифа, Никиту и Леонида, сегодня никого в России не отравит и не заставит требовать тех же прав, тех же свобод, того же равенства и того же соблюдения закона, что и в Европе. Максимум – подвигнет бурчать на российские цены да недружелюбный сервис. Какие свободы, если мир – это попросту супермаркет? С пляжем, шопингом и ресторанным фуд-кортом?
Железный занавес имел смысл, пока существовал разрыв в потреблении (в Амстердаме в 1990-м я видел в супермаркете советского мальчика, кричащего родительнице: «Мамочка, быстрее, здесь колбасу дают!»). Сейчас нет резона в занавесе – ни в железном, ни в бархатном.
Я даже думаю, что за безвизовый режим с Евросоюзом сегодня больше всех борются никакие не европеизированные либералы, а стоящие у власти охранители и консерваторы, слуги режима. Потому что единственное место, где сегодня в России российский хозяин жизни – бюрократ, связанный с чиновником бизнесмен либо силовик – ощущает свое унижение, так это визовый отдел зарубежного консульства. Ведь там все равны, и очередь на всех одна, и место в ней нельзя купить, и не берут взяток, – российский же чиновник всегда испытывает унижение от равенства и потому так обожает свои спецпропуска, охрану и спецсигналы. И вот этого унижения равенством, включая возможный отказ в выдаче визы, наш чиновник хотел бы избежать. А если не будет виз, то жизнь превратится в рай: здесь спецмашина с мигалкой и крякалкой привезет в вип-зал аэропорта – там лимузин доставит сначала в «Крийон», а потом на бутиковый, эксклюзивный, персональный шопинг.
Те же немногие чудики, которые все еще смотрят на загранпоездку как на средство познания мира, режиму не опасны. Ну, пусть идут в свои музеи, талдычат о прогрессивных идеях или даже, возомнив себя академиками Сахаровыми или поэтами Кормильцевыми, везут на Родину запрещенную литературу: купленную в Париже книгу Литвиненко о ФСБ или же книгу про фенэтиламины супругов Шульгиных, завернув их в суперобложки от Александры Марининой. Пусть только на родине сидят тихо и не квакают. Впрочем, начнут квакать – и какая-нибудь служба судебных приставов мгновенно найдет у них недоимки по квартплате и опустит для них персональную железную занавесочку.
Это и есть новейшая российско-европейская парадигма. Заграница для нынешнего россиянина – место для хорошего шопинга, место для приличного отдыха, но и только. Не случайно джет-сет, модная (небедная и влиятельная) русская тусовка, делящий жизнь между Великобританией и Россией, давно залихватски зовет Москву – «Основная», а Лондон – «Филиал».
Да, и последнее. Название этой статьи я позаимствовал у сборника французского писателя Мишеля Уэльбека, которого почитаю за усталого, жесткого, но бесконечно умного критика современности. Вот у него к современной Европе, современному миру – тьма претензий. И одна связана с тем, что познание и созидание заменено потреблением. Сборник переведен, между прочим, на русский.