Наша великолепная жизнь
Шрифт:
Ученики быстрым шагом начали двигаться в сторону школы. Холодный ветер подгонял их, дуя прямо в спины. Дорога в замок сейчас показалась короче, чем тогда, когда девушки преследовали Альбуса и Скорпиуса. Уже подходя к замку Лили остановила Малфоя. Альбус пошел в школу, дав им обоим возможность поговорить.
Несколько секунд Скорпиус молча смотрел в ее глаза.
– Значит, ты останешься? Ведь из-за этого тебя не было? – с надеждой спросила она, кивая на сверток в ее руке.
– Останусь, – кивнул он. – Пока что я нашел что хотел.
– Это из-за него на нас
Немного призадумавшись, Скорпиус ответил:
– Если честно, Лили, я думаю, что нет. Я уверен, что они напали из-за меня. Возможно, они хотят узнать что-то, что мне известно…Я знаю только одно – рядом со мной ты будешь в опасности, – его лицо обрело самое серьезное выражение.- И сегодняшний вечер – хорошее тому доказательство.
– Нет, Скорпиус это…
– Да, Лили, – перебил ее молодой человек. – Пока ты будешь возле меня, ты всегда будешь в опасности.
Лили услышала в его голосе горькое разочарование. При всем его внешнем спокойствии, слова давались ему чрезвычайно сложно.
– Я должен попросить тебя пока держаться от меня на расстоянии.
Скорпиус сжал в своей руке ее ладонь, затем отпустил и, не оборачиваясь, пошел в замок, оставив девушку в центре мощеного двора школы. Лили пыталась сделать глубокий вдох, но чувствовала, что не может. Она снова ощутила приступ удушья, но в этот раз задыхалось не только тело. Задыхалась ее душа.
Еще пару минут она неподвижно простояла на ледяном ветру, который больно резал по щекам. Как только к ней вернулась способность двигаться, Лили быстрым шагом зашагала в школу, вытирая слезу рукавом его куртки и ругая себя за то, что сегодня следила за ними.
====== Глава 10 ======
Наступил октябрь, а с ним пришли холодные проливные дожди. Окрестности Хогвартса сменили яркий зеленый цвет на тусклые серые пейзажи. Только Запретный Лес удивлял сейчас своим буйством красок – листва деревьев была всех возможных оттенков желтого, красного и коричневого.
Лили сидела на зельеварении и пыталась не испортить свое Умострильное зелье. Марго и Эльза, в отличие от рыжеволосой подруги, уже расправились с заданием, поэтому профессор отпустил их немного раньше. По-правде говоря, в этом году профессор был необычайно снисходителен ко всем работам Эльзы. Лили подозревала, что это из-за того самого письма, которое та написала во время игры в доме Малфоев.
«Ведь Слизнорт как никто любит, когда его любят». – Девушка подумала об этом и сама себе улыбнулась. Ну почему это задание не досталось ей? Тогда бы она сейчас не сидела бы здесь, а была бы уже в Большом Зале на обеде. Хоть на немного увидела бы его, но именно мысли о Скорпиусе мешали ей быстро закончить это зелье.
За эти две недели, которые они с Малфоем толком не виделись и совсем не разговаривали, Лили уже почувствовала у себя маниакальные наклонности: она по долгу крутилась в своей постели пытаясь заснуть, постоянно следила за ним своим взглядом, если он был в библиотеке – тоже шла туда под предлогом какого-либо домашнего задания, пыталась пересечься с ним в коридорах школы…Почти все эти попытки не приносили своих плодов –
В конце первой недели октября, сидя за ужином, Лили отметила, что вид у Скорпиуса довольно изнеможенный. Держался он сейчас особняком. Даже находясь в компании своих друзей, Малфой не смеялся как прежде. Почти ни с кем не разговаривал.
Даже Альбус высказал свои опасения по поводу состояния друга, когда вместе с Эльзой и Лили прогуливался по берегу озера.
– Мы очень мало общаемся сейчас. Он много времени проводит в библиотеке и в своей комнате старосты и за пределами школы. Пишет кому-то письма, что-то ищет, – говорил Альбус, присаживаясь на огромный серый камень у озера и смотря на черную гладь воды.
– Что он ищет? – полюбопытствовала Лили.
– Я думаю, он пытается найти тех, кто причастен к исчезновению родителей, пытается узнать, как им помочь.
– Не удивительно, все бы так поступили на его месте, – сказала Эльза.
– Альбус, я все время думаю о тех людях в Лютном переулке. Кто же они?
Альбус пожал плечами. Он все так же был верен своей теории о магах, которых интересует вербование волшебников, но Гарри Поттеру пока не удавалось это доказать или опровергнуть.
– Что в тот вечер было у Малфоя в руке? Что было в свертке? – оживилась Лили.
– Ты думаешь, на нас напали из-за этого? – Поднимая брови вверх, сказал Альбус.
– Скорпиус сказал что нет, но я думаю, это может быт одна из причин. Что еще им понадобилось именно в тот момент, когда мы появились в том магазине? – Лили задумчиво смотрела на серые горы вдалеке. – Так что же было в свертке? – нетерпеливо спросила она.
– Я точно не знаю, но хозяин «Лавки древностей» в Лютном переулке после нашего визита к нему подался в бега, об этом писали в «Пророке», – выдохнул парень. – Знаю лишь то, что этот предмет, в числе прочего, помогает найти людей после совершения определенного обряда. Насколько мне известно, Скорпиусу пока немного удалось узнать о том, как его использовать, – с досадой пояснил Альбус.
– Альбус, это не честно. Почему он делает это все один? Почему не хочет помощи? По какой причине отрешился от всех?
– Лили, я думаю, он просто не хочет никого в это впутывать, чтоб обезопасить. Не исключено, что это те, кто причастен к пропаже его родителей.
Лили молчала. На его месте она, возможно, поступила бы так же, но сил терпеть то, что он рядом, но в то же время так далеко – не было. Отчасти она понимала Скорпиуса, но никак не могла справиться с удушьем своей души. Каждый раз Лили пыталась как-то совладать с этой болью, но все попытки были тщетными. Чем больше проходило времени, тем больше она скучала за ним. Ей уже не верилось что еще год назад, в эту самую октябрьскую пору, она бы покрутила пальцем у своего виска для каждого, кто хотя бы намекнул на то, что ей будут не чужды подобного рада эмоции в адрес Скорпиуса.