Очкарик 2
Шрифт:
– Я понял…
Огорчение на лице Рифа была таким неподдельным и искренним, что орчанка не удержалась:
– Слушай, а ты что, правда вот так считал — я плюну и забуду попытку меня убить? Допустим даже, он был бы мой слуга, — кочевница разгорячилась не на шутку. — С чего мне рисковать им? Для чего мне защищать хуманов? Ты что, правда считаешь, что я должна вот так всё простить и забыть?
– Мы с тобой из не чужих друг другу народов, —
Асем грязно выругалась, несмотря на полную недопустимость этого действия.
Услышав столь неподобающие слова из уст приличной девушки, её собеседник разинул рот от удивления.
– Значит так. Человек вами ранен, находится на излечении. Ему сейчас не то что воевать, а даже двигаться нежелательно. Просить его ни о чём не дам. Понятно? — резко выдала она.
– Куда уж понятнее, — спокойно кивнул Риф, натягивая поводья своего мула и отдавая ему команду развернуться.
Длинноухое недоразумение выполнило только первую часть молчаливого приказа своего хозяина: тупая скотина остановилась на месте.
Разворачиваться либо трогаться куда-то потомок осла и кобылы не спешил.
– Идиот. Такой же, как твой скакун, — отбросив приличия, констатировала орчанка. — Я — последняя в своем роду. Если меня не станет, всё прервётся. Твои эти люди хотели меня убить, часть из них… Вторая половина просто промолчала. Я не знаю, каким надо быть… нечистый! — ругнулась она ещё раз. — Даже слово пристойное на ум не приходит!.. Я не буду спасать своих убийц.
– Можешь не разоряться, — нахмурился собеседник, продолжавший всё это время активно шевелить пятками. — Мой скакун просто с места не трогается, я бы уже давно развернулся и уехал…
– Идиот, — опустила ресницы орчанка. — Твой "скакун" чует запах пары моих кобылиц. Ветер вон с той стороны, а у твоей скотины на удивление чувствительные ноздри. Он же не идиот… — она еле удержалась, чтобы не добавить "в отличие от своего хозяина". — Он не идиот, — повторила Асем, — уезжать от такого интересного общения. Если у него не получится сейчас, больше он таких кобылиц никогда и нигде не увидит. В ваших окрестностях, так точно.
– Помоги, — коротко попросил Риф.
Вкладывая в свои слова гораздо больше чувств, чем старался показать.
– Да будьте вы прокляты вместе, идиот-хозяин с таким же кретином-ишаком! — простонала Асем, проклиная мысленно саму себя. — О создатель, чем же я тебя прогневала?
– Ты чего? — насторожился пацан.
– Рот закрой.
Дальше орчанка, склонившись со своего седла к более низкому копытному, почесала упрямое недоразумение между
***
– Ух ты! — Риф глядел на Хе, не скрывая крайней степени восхищения.
Полукровка, после появления подруги со спутником, повинуясь команде, растолкала человека.
Сейчас, выбравшись из-под шкур, она стояла абсолютно раздетой в лучах утреннего солнца — и решала, надеть жилет или рубаху.
– Могу не справиться, — честно предупредил Вадим после того, как выслушал Асем. — Слушай, мать. Я тебя поддержу в любом решении, но ты сначала объясни мне свою логику?
– Нет у меня этой твоей логики, — огрызнулась дочь степного народа. — У нас и слова такого в языке нет. Я понимаю, что это значит рассудительность, но самого слова раньше не слышала даже. Его дурака жалко, — она кивнула на паренька, мало что не капающего слюной в возбуждении себе на грудь.
Хе, наконец приняв решение, натянула на себя жилет. После чего принялась влезать в штаны.
Она ещё не до конца протрезвела, поэтому движения её точностью не отличались.
– Переводи, — коротко кивнул человек орчанке и вручную развернул Рифа лицом к себе. — Сколько разумных движется в отряде, который ты заметил?.. Вооруженны чем?.. Скорость движения?.. Защитные средства у такого отряда какие?.. А у каждого отдельного бойца?…
Там же, через некоторое время.
Несмотря на абсолютно полную скорбность разума, глаза у пацана оказываются острыми. Плюс шагающие на абордаж деревни орквуды, похоже, действительно приняли его за своего.
Я очень удивлен точностью и деталями его ответов, но на ключевые вопросы у него практически нет пробелов.
— Я не справлюсь, — честно и искренне сообщаю Асем после экспресс-анализа. — Могу объяснить, почему.
— Не сейчас, — хмурится она. — Знаешь, на всё воля создателя. Можно подумать, я за этих хуманов очень переживала… — на её лице отражается явное облегчение. — Не говоря уже о том, что тебя ещё лечить и лечить.
— Эээ, а со мной что не так? — мгновенно улавливаю главное в её словах.
Вообще-то, ощущения у меня действительно странные. Но я их списывал на особенности ситуации. Плюс камень в голову — не самый лучший массаж. Могло ведь и кость пробить. Попади сбоку и в висок.
Буквально через полминуты, к своему несказанному изумлению, узнаю об ожоге мозга.
Оказывается, в этих краях возможно и такое.
— Это магия такая, — с досадой поясняет орчанка. — Тот каст, что у тебя перед глазами сформировался… — дальше следуют технические подробности некоторых тэтэха местных магических конструкций. — Слушай, — схватывается она. — А ведь ты же не только воевать с ними можешь. Ты же ещё и посоветовать что-то можешь?