Огненный Лорд и я
Шрифт:
Я сделала неуверенный шаг вперед, косясь на загнутые кверху клыки.
«Страшно?»
Я фыркнула и подошла ближе. Действительно, чего тут бояться? У него всего-навсего голова размером с два моих тела. Думаю, если он захотел бы меня сожрать, ему даже жевать не пришлось бы — так бы проглотил.
Дракон сделал странное выражение лица — будто поморщился.
«Слушай, ты лучше вообще сейчас ни о чем не думай. Не то меня стошнит, и поверь, ты в этом утонешь».
— Эллиор… ты… — я не знала даже, что и сказать. Обнять его? Но как? Даже если распластаюсь по всей его огромной морде,
Внезапно я забеспокоилась.
— А ты сможешь… того… обратно? — и сделала жест круговой руками. Идиотский вопрос, конечно, но все же лучше поинтересоваться, чем молча полдня беспокоиться.
Дракон моргнул и растянул морду в странной, звериной улыбке.
«Уверен, что сексом драконы занимаются не в этой форме… Хотя… с драконницами, возможно, что и в этой…»
— Так, хватит! — теперь я подняла руку вверх. — Не то меня стошнит. Оборачивайся, раз мы всех победили.
«Не всех», — спокойно ответил он. — «А потому забирайся ко мне на спину, находи самое безопасное место и держись. Можешь привязать себя к одному из шипов вон той веревкой».
И он указал головой на все еще валяющуюся веревку, которой я была связана ранее. Сама бедняжка-лошадь, по ходу, сиганула от ужаса в обрыв — вслед за своим покойным хозяином.
Так я и сделала. Обвязалась вокруг пояса веревкой, крепко-накрепко привязав другой конец вокруг длинного, острого шипа, растущего у дракона прямо из-под кожи, и покрытого у основания все теми же черными чешуйками. И только резко втянула ртом воздух, когда дракон снова взмахнул крыльями и взлетел над ущельем.
«Неужели не страшно?» — раздался в моей голове вопрос.
— Мне больше вообще ничего не страшно… — ответила я, укладываясь на его спину и глядя в близкое небо, покрытое облаками.
«Мне тоже…» — спустя какое-то время ответил дракон.
Глава 31
Нет, в столицу, так сходу завоевывать престол мы не полетели.
Точнее, собирались, но потом, уже обсудив все с Моррахом — как только старикан вернул себе способность рассуждать, а не только визжать от счастья, кувыркаясь в воздухе — решили, что надо получше подготовить почву. Потому что не факт, что мы единственные, кто обнаружил вдруг в себе способность обращаться в дракона. А учитывая то, что никто о лазейке в заклятье Адейлы не знал, того и глядишь возомнят себя единственными и потому достойным единоличной власти в стране.
Если честно, я не совсем понимала, зачем Эллиору так необходимо было захватывать престол — не замечала за ним ранее имперских замашек. По мне, несмотря на новообретенную способность летать, нам все еще стоило вернуться в наш мир.
Однако вместо этого мой любимый собирался облететь всех влиятельных лордов, на собственном примере демонстрируя, что заклятье разрушено и что он тут самый-самый главный. Заставить всех преклонить перед ним колено, научить, как правильно оборачиваться, и уже после, заручившись общей поддержкой, лететь в погруженную в хаос и анархию столицу, предъявлять свои права на трон.
Во всем этом ему должна была помочь та самая способность влиять на людей — как оказалось, гипнотический взгляд появился не просто так. Это и была метка «альфы»
— Но зачем?! Зачем? — заламывала я руки.
— Надо, — коротко ответил Эллиор на мои приставания. — Мне необходимо стать королем этой страны, Надя.
— ЗАЧЕМ?!
— Узнаешь. Пока просто побудь тут и постарайся не родить, пока я не вернусь.
Я очень надеялась, что он шутит и не собирается отсутствовать так долго. Потому что «побыть» мне предлагалось не просто «тут», а в замке у Морраха — по всеобщему согласию, единственное для меня безопасное место в стране. Под охраной его совестливого и невероятно занудного внука.
— Он, между прочим, жениться на мне хотел! — взывала я к ревности моего любимого. — А вдруг приставать начнет?
Но этот гад только расхохотался в ответ.
— Я б может и забеспокоился, если б не знал совершенно точно, что ты перешибешь этого пацана соплей, любовь моя.
— Мой внук не хотел во всем этом участвовать, даже когда это был единственный вариант возродить драконов, — сухо вставил неизвестно как оказавшийся рядом с нами Моррах.
Он вообще имел обыкновение появляться там, где его никто не ждал, что уже начинало вызывать некоторое раздражение, учитывая то, что наш с Эллиором медовый месяц продолжался, насыщенный новыми красками и эмоциями.
И все же старик не так портил нам настроение, как предательство леди Варгос.
Даже если предположить, что свекровь не знала, на какую именно участь меня обрекает, то, что она для меня уготовила, было никак не лучше — запереть в дальнем, почти заброшенном замке с несколькими слугами и под охраной, дождаться родов и навсегда забрать у меня ребенка. Что меня ждало после этого, я даже думать не хотела — скорее всего, задушили бы по-тихому подушкой.
Сына своего она собиралась свергнуть, править Валлиорской долиной сама, воспитывая оставленного без родителей внука без всяких зазрений совести. В общем, если в реалиях настоящего драконьего мира я играла роль Дейнерис, то леди Варгос была местной Серсеей в квадрате.
Что ж… Серсеи плохо кончают.
Эллиор пока ничего ей не говорил и никак не извещал о произошедшем. Во-первых, чтоб помучалась от неизвестности — не каждой матери удается вместе с невесткой извести собственных сына и нерожденного внука. А выглядело все именно так — что в неравной битве с королевской армией все мы трагически погибли. Во-вторых, нужно было получше подготовиться, на случай если мать поднимет бучу. Да и вообще, подумать, что с ней делать. Не на дыбу же ее — все ж мать.
— Сначала я должен подготовить для нее место, — хмуро сообщил Эллиор, очень долго не желавший на эту тему говорить.
У меня вообще было ощущение, что в случившемся он винит не только мать — ведь если бы я самолично не поперлась «мириться», возможно ничего бы этого и не произошло. Вполне вероятно, что моя дипломатия сорвала у нее в голове все пробки, какие только могли сработать, разбудив все самые ужасные подозрения.
Нормальные ж невестки не желают примирения просто так, ради мира в семье — они ж все змеи подколодные и хотят бедных свекровей в могилу свести, после того, как сыночку украли… Ну, в ее больном воображении, по крайней мере.