Оружие Победы
Шрифт:
Грабин: А кто рекомендует укоротить ствол, товарищ Стешин?
Сталин: Говоров.
Грабин: Он ошибается, товарищ Сталин.
Сталин: Нет… он хороший артиллерист.
Грабин: Укорачивать ствол пушки нерационально, так как она потеряет свои высокие боевые качества как противотанковое орудие и в этом случае может быть легко заменена 76-мм дивизионной пушкой, а укороченная ЗИС-2 не заменит дивизионную, так как у нее очень слабый фугасный снаряд. Этим пушку мы только испортим. Товарищ Сталин, я убежден, что такая пушка армии еще понадобится. Укоротив пушку, мы подорвем веру в нее бойцов.
Сталин: Значит, вы не согласны
Грабин: Товарищ Сталин, я считаю это нецелесообразным.
Сталин: Тогда мы снимем ее с производства.
Грабин: Я согласен, товарищ Сталин.
Сталин: Тогда мы ее снимаем».
Приказ по заводу предписывал:
«…Все незавершенные в производстве стволы собрать, законсервировать и убрать. Всю технологическую оснастку и техническую документацию сохранить, убрав в соответствующее место с тем, чтобы при возникшей необходимости немедленно развернуть производство 57-мм пушек ЗИС-2»…
Аналогичной была судьба и 76-мм «дивизионки» ЗИС-3. Первый ее образец был готов через месяц после начала войны. Тут же состоялся показ пушки, на котором присутствовали маршал Т.П. Кулик, председатель Госплана Н. А. Вознесенский, зампред Совнаркома В. А. Малышев и многие другие ответственные работники наркоматов вооружения и обороны.
Вот как вспоминает об этом дне В. Г. Грабин:
«Кулик приказал выкатить орудие на открытую позицию и начать условную „стрельбу по танкам“. В считанные минуты пушка была готова к бою. Кулик указывал появление танков с разных направлений. Звучали команды Горшкова (командир расчета — Авт.): „Танки слева… спереди“, „танки справа… сзади“. Орудийный расчет работал как хорошо отлаженный механизм.
Я подумал: „Труд Горшкова себя оправдал“.
Маршал похвалил расчет за четкость и быстроту. Горшков подал команду „отбой“, ЗИС-3 установили на исходную позицию. После этого многие генералы и офицеры подходили к орудию, брались за маховики механизмов неведения и работали, поворачивая ствол в разных направлениях по азимуту и в вертикальной плоскости…
После осмотра маршал предложил пройти к нему в кабинет.
В кабинете я гораздо полнее доложил о пушках, о производстве, о перевооружении. Закончив, ждал выступлений, критики со стороны присутствующих. Но зря я готовился записывать. Поднялся Кулик. Слегка улыбнулся, обвел взглядом присутствующих и остановился на мне. Это я оценил как положительный признак. Кулик немного помолчал, готовясь высказать свое решение, и высказал:
— Вы хотите заводу легкой жизни, в то время как на фронте льется кровь. Ваши пушки не нужны.
Он замолчал. Мне показалось, что я ослышался или он оговорился. Я сумел только произнести:
— Как?
— А вот так, не нужны! Поезжайте на завод и давайте больше пушек, которые на производстве.
Маршал продолжал стоять с тем же победоносным видом.
Я встал из-за стола и пошел к выходу. Меня никто не остановил, никто мне ничего не сказал».
Пушку ЗИС-3 запустили на 92-м заводе тайно. На риск пошел директор завода Амо Сергеевич Елян.
Амо Сергеевич Елян.
«Никто, кроме узкого круга посвященных, не догадывался, что пошла новая пушка.
Военпреды, естественно, сказали новой пушке «нет». Они люди подневольные и без решения высшего начальства не имеют права на инициативу.
И вот тут произошло самое главное: в кабинете директора завода раздался звонок. В трубке послышался голос Сталина. Ничего конкретного он не сказал, просил только увеличить выпуск пушек. Разговор странным образом затягивался. Сталин его не прерывал, будто ждал чего-то. Очень возможно, что кто-то из присутствовавших на показе ЗИС-3 доложил ему о новой пушке, и он ждал разговора о ней. Директор завода и главный конструктор молчали.
Но в разговоре была одна фраза, которая решила все. Грабин пошел на хитрость: «В деликатной форме я попросил Сталина дать указание директору поддержать начинания Отдела главного конструктора, не объясняя детально, какие именно.
— Передайте, чтобы он выполнял все, что вы считаете нужным, — сказал Сталин».
О том, что Сталин знал о ЗИС-3, говорит и другой факт. Как только Грабин ему доложил о создании новой пушки, Сталин тут же распорядился доставить ее в Кремль.
«На смотр пришел весь состав ГКО в сопровождении маршалов, генералов и других ответственных работников НКО и НКВ. Все были одеты тепло, кроме В. Сталина. Он вышел налегке — в фуражке, шинели и ботинках. А день был на редкость морозным. Меня беспокоило то, что в трескучий мороз невозможно в таком легком одеянии тщательно ознакомиться с новой техникой».
Смотрины новой пушки продолжались столько, сколько было нужно. Сталинское резюме было таковым:
«— Эта пушка — шедевр в проектировании артиллерийских систем. Почему вы раньше не дали такую прекрасную пушку.
— Мы не настолько подготовлены, чтобы так решать конструктивные вопросы, — ответил Грабин.
— Да, это правильно, — сказал Сталин. — Вашу пушку мы примем, пусть военные ее испытают, — и тут же дал указание об испытании».
Многие из присутствующих хорошо знали, что на фронте находится уже свыше тысячи пушек ЗИС-3, но смолчали.
В воспоминаниях Василия Гавриловича Грабина есть строки, которые, казалось бы, не должны относиться к оружию. Но они очень важны для конструктора.
Фронт требовал снаряды, и к станкам становились подростки.
«Нужно отметить и еще одну характерную истину ЗИС-3, пушка была очень красива. В те годы у нас в КБ работал скульптор Кикин. Когда он впервые увидел ЗИС-3, то изумился гармоничности ее конструкции. При этом пушка не имела ни одной детали, ни одного закругления, добавленных специально „для красоты“.