Остров Невезения
Шрифт:
Сравнивая себя с самозванцем Джузеппой, я вяло примерял на свою внешность голландский или скандинавский ярлык. Я с удовольствием представлял себе процесс познания азов другого языка, искоренения родного предательского акцента…
Скрываемое украинское гражданство, не позволяющее мне работать на чужом острове или жить по-человечески в Украине, тоже, на мой взгляд, едва ли гармонировало с моей внешностью и внутренней сутью.
В пустынном фабричном туалете перед умывальником стояло притомлённое, заблудшее в кафельном пространстве тело. Субъект, формально прописанный в конченной пост-совковой
Осознание русской национальности и утраченной связи со своей нацией усугубляло чувство потерянности. Мысли беспокойно пульсировали, перескакивая с одного языка на другой.
Возбуждённое, шпионскими замыслами, сознание, продолжало лихорадочно искать приемлемые бюрократические ярлыки, максимально гармонирующие с моей внешностью и внутренним содержанием. Это был отчаянный поиск гармонии души, тела, и приемлемого окружения.
Преступный замысел? Чушь! Естественная реакция здравого человека, оказавшегося в стеснённых островных условиях. Выживание.
На какой-то момент, в качестве примера гармоничной личности (достойной жить при коммунизме), мне представился образ первого украинского президента — Леонида Кравчука. Самодовольная физиономия и вся его внешность, завидно гармонировали с его содержанием и средой обитания. Лживость и коварство продажного компартийного бонзы совкового разлива, так и сияли на его холёной харизме. Этот был доволен собой, своей национальностью, гражданством и страной с народом, позволяющим ему иметь их. «Маемо тэ, що маемо». Да он имеет по полной программе, потому и сыт, доволен и уважаем. Они имеют, потому что народ позволяют им таковое…
В отражении зеркала я видел кричащую дисгармонию; уставшие, воспалённые глаза, выражающие постоянный поиск, неудовлетворение и недовольство собой, присвоенным гражданством, неискоренимым акцентом и прочими текущими обстоятельствами. С этими глазами надо было что-то делать, они предательски выдавали меня. Никакой паспорт не скроет напряжённость и загнанность в глазах среднестатистического совка, мечущегося в поисках выхода из украинского социально-экономического безнадёжья. Мне следовало бы хорошенько выспаться. Иначе, можно мозгами тронуться!
По пути домой вспомнил о русских парусных судах, пришвартованных в порту Саутхэмптона и предлагающих тайный переход через Атлантику.
Добравшись до дома к семи утра, я прошёл на кухню утешить проснувшийся аппетит, чтобы лучше спалось.
На коммунальной кухне всё говорило о ночном заседании совета национальностей. Судя по количеству пустых бутылок и горе грязной посуды, сидели здесь прошедшей ночью хорошо.
Прихватив из холодильника йогурт и банан, я ушёл в свою комнату. Оказавшись под одеялом лишь к восьми часам, когда воскресное уличное движение начинало похмельно пробуждаться, я задался целью успокоиться, расслабиться и уснуть. Со сном не получалось, словно произошёл некий сбой в моих внутренних биологических часах.
Обратился к чтению детектива с надеждой на скорое утомление глаз и сознания. Провал в сон оказался
Предвидя вопросы соседа о моей работе, я первый завёл разговор о русских парусных судах. Рассказ о предложении некого экипажа готового взять на борт пассажиров, заинтересовало земляка, и он пожелал сегодня же повидать это судно.
Отыскать причалы, было несложно. В воскресный день масса любопытных людей разных возрастов посещали это место. Следуя людскому движению, мы прошли на территорию причалов, которая в этот день уподобилась базарной площади. Толпе любопытных здесь бойко предлагали хот-доги, пиво и прочие радости. Духовой оркестр наяривал бравурные марши, вдохновляя некоторых на морские авантюрные походы. Среди пришвартованных судов, русских оказалось несколько; из Петербурга и Калининграда. Их названия я не запомнил, один из них именовался «Крузенштейн». Я надеялся увидеть там и прописанный в Херсонском порту парусник «Товарищ», но, к сожалению, такового не оказалось. Украина на этих соревнованиях не была представлена.
Вероятно, доставшееся Украине от Союза легендарное учебное судно к тому времени было уже продано за бесценок украинскими дэржавными барыгами, или сиротливо стояло в чужом порту, в качестве залога оплаты долгов.
(Барк «Товарищ» был построен в 1933 году на верфи «Blom & Foss» в Гамбурге под названием «Gorch Fock» в честь известного немецкого мариниста.
Он служил учебным судном для заведений ВМС третьего рейха. После второй мировой войны в 1948 году морское судно по репарации было передано СССР. Портом прописки его стал Кронштадт.
После пребывания его на Балтике парусник передали Херсонскому мореходному училищу, где на нём получили практику, прошли школу мужества и выучки воспитанники морских учебных заведений. В 1957 году барку «Товарищ» мировую известность принесло первое плавание к берегам Индии.
Особенностью морского парусного судна «Товарищ» была подводная часть корпуса, выполненна гладкой, безсврочной технологией, что поднимает скоростные характеристики корабля.
Со временем парусный корабль пришел в негодность и потребовался капитальный ремонт. Хотя Украина и считается страной с развитой судостроительной промышленностью, ей оказалось не под силу восстановление исторического корабля.
Доковый ремонт предложила английская фирма, и корабль был транспортирован в порт Нью Касл. Проведя частичную дефектовку морского парусного судна было установлено, что он требует серьезного объема работ стоимостью свыше трех миллионов долларов.
Естественно, такой суммы у государства, (в котором всякий государственный чиновник-упырь, если не миллиардер, то мульти-миллионер), не оказалось, и барк остался в порту на ближайшие шесть лет.
Но через время появился способ хоть как-то приблизиться к ремонту. В Великобритании проходило становление Национального парусного центра «Tissaid», у которого одним из ступеней было восстановление некоторых парусных судов. Но, к сожалению, после реорганизации высших эшелонов власти судьба барка зашла в тупик.