Память Света (Память огня)
Шрифт:
— Что? Ты обычно так не взбираешься? Это очень хорошо для рук. Улучшает хватку.
Она бросила на него страдающий взгляд, и Мэт обнаружил, что улыбается. Если Селусия была в поиске убийц, то с Туон было, вероятно, все в порядке. Он кивнул на арбалет, который был все еще нацелен на него.
— Ты собираешься…
Она промолчала и опустила арбалет.
— Премного благодарен, — сказал Мэт. — Так ведь можно человека и без глаза оставить. Не то, чтобы я был против, но теперь их у меня
— Что ты сделал? — сухо спросила Селусия. — Сыграл в кости с медведем?
— Селусия! — воскликнул Мэт, проходя мимо нее в покои. — Это же было ужасно близко к шутке! Наверное, приложив немного усилий, мы еще сможем взрастить в тебе чувство юмора. Это была бы такая диковина, что мы могли бы даже отправить тебя выступать в цирке, и брали бы за это деньги. «Заходите и посмотрите на на невероятную смеющуюся со’джин! Только этим вечером и всего-то за два медяка!..»
— Ты поставил свой глаз на кон, не так ли?
Мэт споткнулся, толчком открывая дверь. Он ухмыльнулся. Свет! Это было необыкновенно близко к правде.
— Очень мило.
Это пари я выиграл, подумал Мэт, не важно как это могло выглядеть со стороны. Мэтрим Коутон был единственным человеком, вынужденным играть в кости с самой судьбой мира в качестве приза. Конечно, в следующий раз, они найдут какого-то другого дурацкого героя, чтобы занять его место. Наподобие Ранда или Перрина. Эти двое были так полны героизма, что он практически стекает из их ртов вниз по подбородкам. Он подавил видения, которые попытались сформироваться. Свет! Он должен прекратить думать об этих двух.
— Где она? — спросил Мэт, осматривая спальню. Простыни на кровати были смяты — он искренне не мог представить себе розовые ленты, привязанные к спинке кровати — но Туон нигде не было видно.
— Снаружи, — сказала Селусия.
— Снаружи? Сейчас полночь!
— Да. Время когда только убийцы могут прийти. Тебе повезло, что я не целилась, Мэтрим Коутон.
— Проклятье, тебя это не волнует. — сказал Мэт. — Ты её телохранитель.
— Я не понимаю, о чем ты, — сказала Селусия, пряча небольшой арбалет в своей робе. — Я со'джин Императрицы, да живет она вечно. Я её Голос и Говорящая правду.
— Прекрасно, — сказал Мэт, поглядывая на кровать. — Ты завлекаешь вместо неё, не так ли? Лёжа в её кровати? С арбалетом наизготовку, убийцы должны попытаться проникнуть внутрь?
Селусия ничего не сказала.
— Хорошо, где она? — потребовал Мэт. — Кровавый пепел, женщина! Это серьезно. Генерал Галган самолично нанимает людей, чтобы убить её!
— Что? — спросила Селусия. — Ты беспокоишься об этом!
— Треклято верно, да.
— О Галгане не стоит беспокоиться, — сказала Селусия, — Он слишком хороший воин, чтобы поставить под
— Ты — треклятая сумасшедшая, — сказал Мэт, теребя шляпу и подбирая ашандарей. — Я иду за Туон.
— Это имя больше не принадлежит ей, да живет она вечно. Она известна как Фортуона; ты не должен обращаться к ней по какому либо из имен, но вместо этого — «Высочайшая» или «Величайшая».
— Я буду называть ее так, как мне проклято нравится, — сказал Мэт. — Где она? — Селусия изучала его.
— Я не убийца, — сказал он.
— Я и не верю, что ты убийца. Я пытаюсь решить, захотела бы она, чтобы я раскрыла тебе ее местоположение.
— Я её муж, не правда ли?
— Цыц, — сказала Селусия. — Ты только что пытался убедить меня, что ты не убийца, теперь, ты заявляешь мне это? Глупец. Она во дворцовых садах.
— Сейчас…
— … полночь, — закончила за него Селусия. — Да. Я знаю. Она не всегда… прислушивается к логике. — Он уловил некоторую раздражительность в её тоне. — Рядом с ней целый отряд Стражей Последнего часа.
— Меня не волнует даже, если сам Создатель находится рядом с ней, — отрезал Мэт, идя назад к балкону. — Я собираюсь усадить её и объяснить ей некоторые вещи.
Селусия последовала за ним и прислонилась к дверному проему, подняв на него скептический взгляд.
— Хорошо, возможно я не смогу усадить её в действительности, — сказал Мэт, глядя через открытое окно на сады внизу. — Но я объясню ей — логически — почему она не может попросту бродить в ночи подобной этой. По крайней мере, я упомяну об этом ей. Кровь и проклятый пепел. Мы действительно довольно высоко находимся, не так ли?
— Нормальные люди используют лестницы.
— Каждый солдат в этом городе ищет меня, — сказал Мэт. — Думаю, Галган пытается сделать, чтобы я исчез.
Селусия поджала губы.
— Ты ничего не знала об этом? — спросил Мэт.
Она поколебалась, потом покачала головой.
— Не исключено, что Галган будет следить за тобой. Принц Воронов имеет право, в обычных обстоятельствах…
— Галган генерал наших армий, но главнокомандующим может быть, и Принц Воронов.
Принц Воронов.
— Только, проклятье, не напоминай мне, — выругался Мэт. — Я думал, что это был мой титул, когда я женился на Дочери Девяти Лун. Разве ничего не поменялось при её восшествии?