Парадокс Харди
Шрифт:
– Что я «гарда»? – докончила Сандра.
– Да. Хотя я почувствовал тебя ещё там. Но я решил, что мне показалось. Я тогда был немного не в себе после допросов. Они там вкалывают что-то...
– Почему ты не рассказывал об этом раньше?
– Ты бы точно не захотела переехать сюда.
Сандра знала, что пожалеет об этом, когда протрезвеет, но всё равно призналась:
– А у меня были твои фото, из тех, которые рассылают по учебным центрам и по школам. И запись твоего сражения с МD9 я смотрела миллион раз.
– То есть… Ты моя фанатка? – рассмеялся Найт.
– Была раньше.
– Я всё это понимаю, – произнёс Найт. – Я понимаю, почему ты хочешь быть «клинком» и не хочешь – «гардой». Но я бы не хотел, чтобы ты была «клинком» и чтобы я каждый раз боялся за тебя.
Сандра смотрела в его светлые глаза и чувствовала, как по сердцу, по душе бежит тонкая трещина. Это ведь было почти как признание… Его слова значили, что она ему важна. Не нужна, как нужна «клинку» «гарда», а дорога сама по себе! Сандре стало страшно: она понимала, что если раньше всё можно было списать на симпатию и восхищение, то сейчас, прямо сейчас между ней и Найтом сплеталось что-то иное… Она всё глубже и глубже проваливалась в чувства к нему. Она злилась на себя, ужасно злилась, что вот так по-глупому влюбилась, но что она могла поделать?
Если бы хотя бы Найт был холоден к ней, или вёл себя как высокомерный засранец, или скрывал свои чувства, или… Да что угодно, лишь бы она могла презирать его или ненавидеть! Но он был… Он просто был собой.
Как она сбежит с базы, если сейчас она, кажется, даже дышать без него не может?!
Сандра наклонилась и поставила стакан с бренди на стол. Найт, повторив её движение, сделал то же самое. Они сидели и смотрели друг на друга.
Сандра чувствовала, как её мысли застилает горячий туман, и всё мутится перед глазами. Она не знала, почему это происходит – из-за алкоголя или из-за желания. И ей было всё равно – она безумно его хотела. Хотела, чтобы он снова взял её – по-настоящему, не как «клинок» в конце цикла, а как человек.
Она видела, как напряглась и начала пульсировать жилка у Найта на шее. И Сандра потянулась к ней, наклонилась к Найту и поцеловала то самое место. Его кожа была тёплой и пахла чем-то резким и свежим, немного горьким, может быть, мылом или шампунем.
Найт шумно втянул воздух и его сильные руки обхватили Сандру. Она готова была душу дьяволу продать за то, чтобы чувствовать именно это, быть в кольце его рук… Но, оказывается, не долго. В ней, точно водоворот, скручивалось желание, и она не могла сохранять неподвижность: ей хотелось трогать Найта, обнимать, ласкать, кусать, покрывать поцелуями его лицо.
Она сомкнула зубы на жёстких мышцах его плеча… Найт застонал – но уж точно не от боли. Сандра поцеловала это место, медленно провела по нему языком.
Найт прижал её к себе ещё крепче, и она почувствовала бедром его стояк. Сандра прильнула к Найту ещё сильнее, начала покачиваться, елозить, – и он становился ещё больше, твёрже. Сандру вело. Она всё плотнее вжималась в Найта, всё сильнее стискивала руками, и одновременно ей казалось, что её тело теряет всякую силу и форму,
Сандра обхватила его член пальцами – и Найт запрокинул голову. Из его сомкнутых губ вырвался хрипловатый даже не стон, а рык.
Одной рукой она сжимала член Найта, а другой потянула за молнию на его комбинезоне.
Молния доходила до самой промежности, и когда Сандра расстегнула её до конца, Найт приподнялся, чтобы она смогла стянуть с него трусы.
Член Найт лежал теперь в её руках. Налитой, влажный. Сандре до безумия захотелось коснуться его губами, облизать, втянуть в рот – хотя она никогда, никогда в жизни такого не делала. Но ещё больше ей хотелось вогнать этот член в себя, нанизаться на него до упора.
Найт сдвинул её трусы в сторону – снимать их значило бы разъединиться, а это было просто невозможно сейчас, – и провёл пальцами по её разгорячённому, скользкому входу.
Сандра застонала и уронила голову ему на плечо. Его пальцы ласкали её, и по всему телу текла сладкая невыносимая дрожь…
Она буквально не помнила, как дышать.
– Давай… Войди в меня. Я хочу тебя внутри.
Найт не торопился, сначала он заставил Сандру поднять лицо, которое она по-прежнему прятала… Он поцеловал её глубоко и сильно. Его язык ласкал её губы и рот внутри, страстно и расчётливо-медленно. И в это же самое время, его член погружался в её нутро, так же медленно и размеренно, мучительно-нежно раздвигал и вторгался внутрь…
Сандра кричала бы от удовольствия, если бы не язык Найта у неё во рту.
Он вошёл до конца. И Сандра ничего уже не помнила потом, кроме удовольствия, которе доставлял ей Найт.
Их языки сплетались, то расходились, губы немели от укусов… Сандра двигалась всё быстрее, всё требовательнее…
– Слишком быстро… – прошептал Найт, прервав поцелуй. – Я слишком хочу тебя, и я…
– Нет, не останавливайся… – простонала Сандра. – Я уже…
Удовольствие буквально расплавило её. Она не могла двигаться и упала, беспомощная, на Найта, а он продолжал двигаться в ней, и она сходила с ума…
Лежать на диване после секса было неудобно, тем более, когда вторым человеком был кто-то настолько высокий и широкоплечий, как Найт, но Сандре даже нравилась эта теснота. Нравилось прижиматься к его влажной коже и вдыхать прорывающийся через запах мыла настоящий запах его тела, тёплый и солоноватый.
Их жизнь поменялась после этого. Хотя вне своего блока они по-прежнему делали вид, что их ничего не связывает кроме статуса боевой пары, но когда они возвращались к себе и запирали дверь...
Сандра даже не думала, что может быть настолько приятно просто жить рядом с другим человеком… Но она уверяла себя, что эйфория скоро пройдёт. Про это на занятиях тоже рассказывали. Эндорфины и прочие гормоны. Потом уже такого всплеска не будет, и она сможет мыслить здраво. Только на это и была надежда. Потому что если бы бежать надо было сейчас, то она бы не смогла.
Сандра лежала, устроив голову на широкой твёрдой, как латы, груди Найта, и обводила пальцем татуировки на его руке.
– Не думал их свести?