Педофил: Исповедь чудовища
Шрифт:
«Конченая ты на всю голову, Рита», — тиха ругала она себя.
Глава 18
Недалеко от школы Норт-Вест-Централ, на севере Индианаполиса, раскинулись спальные районы — безликие блоки, пронизанные бесконечными перекрестками и плохой репутацией. Там жили горожане, у кого не нашлось денег на что-то более приличное. Здесь не пахло ухоженностью пригородов и зажиточностью среднего класса. Бледные кирпичные трех- и четырехэтажные гостинки, изредка встречающиеся восьми-, десятиэтажные забитые до отказа общежития, магазины, круглосуточно торгующие спиртным, аптеки, ломбарды. Подобные места часто
Когда Альфред двигался на автомобиле по дороге между домов северной окраины, он замечал во взглядах крепких парней, стоящих небольшими группами на перекрестках, пренебрежение и ненависть. По его неторопливой езде, транспортному средству и внешнему виду было невооруженным глазом заметно, что он либо полицейский, либо сотрудник наркоконтроля. Одним словом, работает на дядю Сэма, которому не нравится то, что творится на окраинах городов по всей Америке.
GPS привел автомобиль агента Хоупа к высокому восьмиэтажному зданию, наружные стены которого были сделаны из мелкого красно-коричневого кирпича. Это был дом, принадлежавший компании, мечтавшей давно снести ветхое жилье и построить на его месте нечто более стоящее, способное приносить больше прибыли. Арендаторы, в основном малообеспеченные семьи, могли платить немного за свои стандартные, похожие друг на друга квартиры. Да и платили они не вовремя. Однако социальные и муниципальные службы отстояли для незащищенных слоев населения это восьмиэтажное здание.
Альфред вошел внутрь. Быстрым шагом пройдя через холл, не заметив вахтера, он поспешил к лифту. Подойдя к нему ближе, заметил табличку «НЕ РАБОТАЕТ». Поняв, что ему придется подниматься на седьмой этаж пешком, он невольно скривился и, посмотрев на табло находящееся над лифтом, большим пальцем несколько раз судорожно нажал на кнопку вызова.
— Ну, давай же, — с надеждой смотрел он на потухшие лампочки.
Смирившись с жестокостью судьбы, он нырнул на лестницу. Благо она располагалась как раз около лифта.
Проходя этаж за этажом, он слышал шум, доносящийся из просторных светлых коридоров. Часть своей жизни жильцы дома сумели вынести за пределы квартир, освоив для этих целей близлежащие территории. По коридорам носились маленькие дети, кто-то обливался водой, кто-то колесил на велосипеде. Смотреть телевизор вместе с соседями, живо обсуждая происходящее на экране, — значительно интересней за пределами квартиры, нежели внутри. И играть со старым соседом в шахматы, поставив доску на невысокую табуретку, — тоже.
Поднявшись на седьмой этаж, немного пройдя по коридору, Альфред нашел нужную ему дверь под номером 708. Прежде чем постучать в нее, он оглянулся. Заметив в конце коридора стоявшую в дверях темнокожую молодую девушку, держащую на руках малыша и смотрящую на него, он улыбнулся.
Подняв кулак, агент Хоуп четыре
— Иду, — послышалось из-за дверей.
Прозвучал характерный звук щелкающего замочного механизма.
Пред Альфредом стояла невысокая полная темнокожая женщина в свободной одежде, скрывающей ее пышные формы.
— Миссис О’Нил? — улыбнулся Альфред.
— Да, я, — устало отвечала гостю женщина. — Заходите. Можете не разуваться.
Альфред вошел в дом, закрыв за собой дверь.
— Вообще-то мы совсем недавно с мужем развелись, так что не такая уж я и миссис, — продолжала миссис О’Нил, садясь на мягкий коричневый диван. — Я сказала, что больше рожать не хочу, а он — что ему хочется еще детей. Пусть ему родит кто-то другой.
Пропустив необходимые вежливость и деликатность, Альфред, оказавшись в небогато обставленной гостиной, соединенной с небольшой кухней, сел на хлипкий стул напротив миссис О’Нил. Она взяла со стола пульт дистанционного управления и выключила звук в галдящем телевизоре. Кинув его обратно, женщина достала из кармана широких летних штанов пачку сигарет. Закурив, она закинула ногу на ногу и оценивающе посмотрела на агента Хоупа.
— Что-то вы больно хорошенький, как для фэбээровца, — с глубоким знанием дела сказала она.
— В агентстве я совсем недавно, — в очередной раз оправдывался Альфред.
— Значит, у вас еще все впереди.
Агент Хоуп с пониманием покивал головой.
— Зачем пожаловали? — спросила миссис О’Нил, после чего струсила пепел в прозрачную янтарную пепельницу, до отказа забитую окурками.
— Мне необходимо задать вам пару вопросов.
— А по почте нельзя было?
Альфред понимающе улыбнулся.
— Наверное, можно, но мне хотелось поговорить и увидеть всех родителей лично.
Миссис О’Нил затянулась и глубоко вдохнула. Выдув серый ароматный дым полупрозрачной струей, она сказала:
— Поторопитесь, мне еще на работу собираться, на ночную смену.
Агент Хоуп вытащил из внутреннего кармана черного пиджака смартфон и открыл заметки. Там он записал три вопроса, которые хотел задать.
— Как вы считаете, кто-то из родителей мог быть причастен к похищению детей?
Из рук миссис О’Нил выпала сигарета. Упав на золотистый ковер грубой вязки, она тут же стала пропаливать синтетическую нить. Быстро подняв сигарету, темнокожая женщина с удивлением и почти даже с шоком посмотрела на гостя.
— Побойтесь Бога, — нервно тушила она в пепельнице сигарету. — Я знакома с каждым из них. Все они переживали и плакали вместе со мной. В первые несколько месяцев после того, как произошло похищение, мы находились практически постоянно вместе, как одна большая семья. Подозревать кого-то из нас — худшее, что могло бы сделать ФБР.
— И все же, — аккуратно настаивал Альфред.
— Нет! — почти выкрикнула миссис О’Нил. — Что вы за агент такой? Вместо того чтобы ловить преступника и искать детей, вы решили переключиться на самых несчастных людей на земле!