Последние воплощения
Шрифт:
Младшая успела в последний момент, пинком в лицо отшвырнув обезумевшую от боли старуху от полузадушенной сестры, и тут же забыла о враге. Даже её совсем небольшого опыта хватало, чтобы понять — роженице осталось жить всего несколько минут.
Прижав к себе потерявшую сознание сестру, младшая девушка выла от отчаянья, глотая злые слёзы. Даже когда горело родное селение, а труп отца мстительно рубили на куски, когда она желала только умереть, впервые использованная солдатами для ублажения, и когда жестокий хозяин расчётливо избил её, обрывая только что зародившееся нечто внутри — всегда рядом
Жрица пыталась вновь привести в движение растения, но полудохлая тварь потревожила плод, торопящийся наружу, а вместе с ним водой сквозь пальцы уходило жреческое могущество. Старуха легла поудобнее, вспоминая собственные наставления роженицам. Только избавиться от плода — и, возможно, богиня сменит гнев на милость, и защитит мать вместе с младенцем. Только бы успеть, прежде чем младшая тварь придёт в себя и займётся ею вплотную.
Девушка покачивала старшую сестру, негромко напевая колыбельную — пришло её время утешать, вытирая окровавленной ладонью горячий лоб. Она не слышала стонущей рядом жрицы и шелеста занимавших своё место растений, даже не подняла глаз на вставший совсем рядом силуэт богини. Даже в забытьи сестра должна знать, что рядом родной человек, который не отпустит её дух в ледяную бездну, а подхватит и позволит поселиться в родном теле рядом со своим.
Веки старшей сестры открылись — в её глазах была бездна предсмертной мудрости. Боль покинула её лицо, внезапно приобретшего удивительную красоту.
— Не плачь, Юги. Дай мне мою дочь.
Цветочные руки протянули младенца и младшая девушка помогла старшей приложить девочку к груди. Даже едва заметный вес рождённого раньше срока младенца был чрезмерным для умирающей.
— Будь для неё матерью. Попроси богиню — она поможет вам уйти из проклятого города. Пусть чистый снег защитит вас от ледяной бездны.
Рядом победно завопила разродившаяся жрица, но богиня даже взглядом не удостоила омерзительный, состарившийся прямо в материнской утробе плод. Младшая жрица, желавшая подобрать младенца, поспешно отвернулась, борясь с тошнотой. Лишившаяся последних крох сил жизни старуха разлагалась заживо, ведь её возраст втрое превышал нормальный человеческий срок, а мерзкий ребёнок, больше всего напоминавший сморщенного синего головастика, не мог вернуть ей расположения богини.
Юги склонилась над сестрой, ловя её последний вздох, затем переложила младенца ко второй груди — как знать, когда удастся в следующий раз покормить дочку сестры.
Стоящее рядом существо вначале напугало девушку, но страх тут же сменился гневом. Ей хотелось кого-то ударить, вновь пронзить копьём или вскрыть ножом глотку, как она это сделала со стражем храма, которому отдалась только ради того мгновения, когда он всё забудет в экстазе. Но мерзкие старухи уже были мертвы или умирали, а это существо не сразить копьём стража.
— Это из-за тебя моя сестра умерла! Но ты ведь любишь младенцев, цветочная сука, так дай мне силы унести дитя отсюда!
Шелест богини ничего не значил для Юги, но стоящая рядом девочка
— Я могу одарить силой только свою жрицу. Стань ею. Искупи свой грех осквернения, пообещай спасти мою маленькую последовательницу и увести её из этого прогнившего города — и я дам тебе столько сил, сколько потребуется.
— Пусть злой ветер из ледяной бездны заморозит твои лепестки! Не слишком ли много ты просишь, цветочная сука?! Чтобы я стала такой, как эти…
— Они избрали ложный путь. Потому я не стала их защищать, но эта девочка была подружкой твоей сестры, и ей не выжить в этом месте.
— Хорошо, мне некогда торговаться, давай свою силу. Хотя я уверена, что ты мне подсовываешь тухлую рыбу.
— Чтобы принять силу, ты должна иметь в себе растущее семя.
Юги злобно рассмеялась, скривившись от отвращения:
— Во мне этой дряни с горсть найдётся! Выбирай сама, от моего вонючего хозяина, или от здешнего стража?!
Цветочная женщина нежно погладила девушку по животу и медленно покачала головой:
— Здесь много боли и ни одного ростка. Даже я не могу исцелить тебя. Человеческое семя больше никогда не расцветёт в тебе.
Юги медленно уселась на алтарь, осознавая ужасную весть. Она совсем не хотела рожать полукровок от здешних зверей, но почему-то всегда верила, что сумеет однажды бежать из проклятого города и нарожать детей человеку, которого будет называть своим мужчиной. Значит, теперь её лоно — что ледяная бездна, может только брать, ничего не возвращая назад. И как же с обещаной силой?
— Что мне делать?! Я так устала, и мне даже в одиночку не выбраться из этого места!
— Но здесь много семян. Выбери любое и вложи в себя — и ты получишь силу, пусть не человечью, а идущую от того растения. Но помни — семя будет расти в тебе — и однажды убъёт за ту силу, что подарило.
Девушка медленно кивнула, обдумывая возможности. Цена, наконец, названа. Смерть за силу — но здешняя жизнь уже давно казалась ей хуже смерти. Значит, надо просто выбрать растение. Сильнее всех растений — царственный дуб, но он растёт медленно — не будет ли поздно, осина защищает от духов, а рябина дарует мистические силы — но можно ли назвать сильными сами растения?
Юги вдруг поняла, что всё ещё хочет жить, и потому должна избрать хоть и сильное, но небольшое растение, которое не разорвёт её изнутри за один год, лучше всего — трава или приземистый куст. Она повернулась, ища взглядом нужное растение и тут же упёрлась взглядом в цветочную ладонь, протягивающую ей чёрное бархатистое семечко.
— Твой выбор хорош. Это близкий родственник анчара, много, очень много силы, много боли, но медленный рост. Может быть, ты ещё сможешь увидеть детей своей племянницы.
Девушка не глядя схватила семя и легла на холодный алтарь. Там у неё опять болело, как всегда в этом гнусном городе, и пришлось сжать зубы покрепче, запихивая сухое шершавое семя в тело, противящееся новому надругательству. Когда Юги, поскуливая от жаркой боли, уже начала было высматривать какую-нибудь палку, чтобы силой пропихнуть внутрь упрямую пакость, всё её тело внезапно свело судорогой, и семя само проскользнуло и заняло положенное место.