Повелитель теней. Том 1
Шрифт:
Остановившись перед альдором, Изабо присела в глубоком поклоне, но, не заметив никакого оживления на лице господина, отошла в сторону и заняла своё место впереди вереницы безмолвных рыцарей.
И, наконец, в зале появился Деллан. Он остановился у дверей, наблюдая, как несколько стражников ввели Алонсо Кабреру. Тот был бледен. Кольчугу и латы с него сняли вместе с камзолом. На порванной рубахе виднелись разрывы и пятна крови. Никто не потрудился заняться его разорванным ухом, и, похоже, палачи добавили ему ран и ушибов. Однако, несмотря на это, а также на то, что его руки были скованы тяжёлой цепью, он держался прямо, пребывая в отчаянной решимости защищать свою жизнь. Когда его поставили у стены напротив Дамы Полуночи,
Увидев его, альдор шевельнулся и, жестом подозвав Деллана ближе, произнёс:
— Что ж, начнём. Что вам удалось установить?
— По приказу великого альдора секретной службой было проведено расследование. На допросе рыцарь дворцовой охраны Алонсо Кабрера сообщил, что вчера, после того, как он был отпущен из застенка и получил несколько монет за доставленные ему ранее неудобства, он отправился в луар, где зашёл в некую таверну, находящуюся в первом кольце. Это грязный притон, где собираются игроки и мошенники, и куда благородным рыцарям, находящимся на службе, не только грешно, но и запрещено заходить. Там он затеял игру в кости с неким человеком, который назвался Бартоломео. Он представился купцом из Сен-Марко, привёзшим товары на ярмарку. За столом с Кабрерой и этим Бартоломео сидели два постоянных игрока, имена которых недостойны того, чтоб их называть в приличном обществе. Как сказал подследственный, ему невероятно везло, и вскоре он выиграл у Бартоломео все деньги, которые были у того при себе. Тот решил отыграться и поставил на кон серьги с изумрудами, которые якобы купил для своей жены. Их он тоже проиграл. Так Кабрера объяснил наличие у него золота из Сен-Марко и серёг с изумрудами.
Во время его речи, Кабрера стоял понурившись. Спасая свою жизнь, он решил быть искренним и сказал правду, прекрасно понимая, что игра в притоне, да ещё с шулерами, может стоить ему службы.
— Проверив эти сведения, нами было установлено, что они не соответствуют действительности. Купеческая гильдия отрицает, что в луар прибыл купец из Сен-Марко с таким именем, хотя он обязан был сообщить о своём прибытии. Нашими людьми были опрошены все владельцы гостиниц и постоялых дворов, но там тоже не слыхали о таком торговце. Содержатель притона подтвердил, что Кабрера играл вечером в кости с двумя шулерами и каким-то незнакомцем, но тот не походил на купца, скорее на крестьянина, привезшего в город свой урожай. Он, действительно, проигрался и ушёл очень раздосадованный. Потом мы разыскали тех шулеров, и они подтвердили, что играли с рыцарем и крестьянином. Они утверждают, что крестьянин проиграл свои деньги, но золота у него не было. Рыцарь остался при своих, потому что несколько раз проигрывал и отыгрывался. О серьгах они ничего не слышали и ничего подобного не видели. Таким образом, Алонсо Кабрера уличён во лжи. Повторно допросить его мы не успели.
По ходу этого рассказа Алонсо приходил во всё большее волнение. Он испуганно и возмущённо смотрел на Деллана, и несколько раз порывался возразить, но каждый раз получал болезненный тычок в бок от стражника.
Альдор задумчиво посмотрел на него и перевёл взгляд на Даму Полуночи.
— Вы нашли серьги, мадам? — спросил он.
— Нет, великий, — проговорила она, выпрямившись. — Боюсь, что найденные у этого человека серьги, действительно, те самые.
— И как вы объясните это?
— Он их украл.
— Нет! — воскликнул Алонсо и получил удар в бок. — Я клянусь, что не крал их.
— Замолчи, — поморщился альдор и снова взглянул на Изабо. — Как он мог украсть серьги. Разве простым рыцарям позволительно входить в ваши покои?
Она смущённо потупилась, а потом подняла на альдора полный отчаяния и мольбы взгляд.
— Я сама просила его прийти, великий. Дело в том, что я поручила ему выяснить и сообщить мне некоторые сведения. Это было продиктовано моим участием
Капитан Линдар, присутствовавший на разбирательстве, как непосредственный командир Кабреры, вспыхнул и бросил на своего подчинённого полный ненависти взгляд.
— По моей просьбе рыцарь выспросил у Линдара всё, что мог, и сообщил мне. Таким образом, он был в моих покоях дважды. И, кажется, я оставляла его в одиночестве, чтоб достать несколько монет, которые передала ему в качестве платы за услугу. Больше он у меня не был.
— Кто присутствовал при ваших встречах? — спросил альдор.
— Госпожа Ланфэн. Она подтвердит, что всё так и было.
— Не сомневаюсь, — презрительно усмехнулся он.
— Великий, — произнёс Деллан, — мы обыскали вещи Кабреры в казарме и нашли вот это, — он приблизился и протянул альдору шёлковый лоскут, мятый и не слишком чистый, он, тем не менее, был украшен тонкой вышивкой в виде стилизованной лилии.
— Это, кажется, ваш знак? — спросил он, показав вышивку Изабо. — Может вы встречались с этим рыцарем ещё раз? Без свидетелей.
— Нет! Я уверена, что он украл и этот платок, чтоб шантажировать меня! — крикнула она.
— Ведьма! — заорал Кабрера, бросаясь к ней. Его удержали стражники, но он продолжал кричать: — Ты сама дала мне платок и эти серьги! Ты заигрывала со мной и хотела моих услуг! Ты велела мне оболгать леди Дарью и доносить, что говорят о тебе и альдоре в казармах! Ты клялась мне в любви!
Изабо с яростью взглянула на него.
— Проклятый лгун! Ты сам без конца преследовал меня, пытаясь добиться милостей, которых не заслуживаешь! Великий, — она бросилась к помосту и, упав на колени, простёрла к альдору руки, — клянусь вам, я стала жертвой клеветы и обмана, и прошу вас о защите.
Альдор сурово взирал на неё. Она обернулась. На лице Алонсо появилась змеиная усмешка.
— Зря стараешься, Изабо, — процедил он. — Ты думаешь, что сможешь утопить меня, спасая свою жизнь? Не выйдет. Вместе, так вместе!
— Если никто не может защитить меня от этого гнусного лжеца, — проговорила она, поднимаясь на ноги, — я прошу об этом богов! Великий! Я прошу о поединке чести!
Альдор откинулся на спинку кресла и посмотрел на сына. Тот пожал плечами.
— Мы не можем отказать леди в проведении поединка чести. Слова этого рыцаря, действительно, позорят её, а иных способов защитить её честь я не вижу. Остаётся уповать на милость богов. Если кто-то вызовется защитить честь дамы и сразится с её обидчиком, и победит при этом, честь будет считаться восстановленной. А клеветник будет наказан за свою ложь, — Ликар холодно взглянул на бледного Кабреру, который нервно перебирал звенья своей цепи.
— Хорошо, — согласился альдор. — Мы не будем терять светлую половину завтрашнего дня и устроим поединок чести во внутреннем дворе дворца. Дама Полуночи остаётся в своих покоях под присмотром дам. Никому, кроме них и меня не разрешается туда входить. Никакие предметы и письма не должны передаваться ни в покои, ни оттуда. Этого мошенника, — он брезгливо взглянул на Кабреру, — отведите в сухую камеру и кормите, как следует, чтоб никто не говорил завтра, что его поражение вызвано слабостью от голода. Пусть лекарь осмотрит и обработает его раны. Завтра ему разрешается последний раз ради поединка надеть доспехи и взять в руки оружие. Однако независимо от результата поединка он изгнан со службы и лишён звания рыцаря, поскольку его поведение, в любом случае, несовместимо с этой честью.