Призраки прошлого
Шрифт:
– Ну как я вас? Удивил? – И звонкий смех прозвучал в полной тишине.
Не говоря ни слова, император как-то странно махнул рукой, и за его спиной появилось большое черное кресло, сделанное из камня. В этом камне зажигались и гасли зеленые искры. Руфус скинул плащ прямо на пол, и он черной кляксой остался лежать на белом ковре. Грациозно и легко опустившись в кресло, император закинул ногу на ногу и, улыбнувшись все еще стоящим с разинутыми ртами братьям, указал куда-то за их спины и приятным глубоким голосом произнес:
– Садитесь, разговор будет долгим.
Оглянувшись,
Но когда Рокер доел, допил и с видом внимательного слушателя посмотрел на императора, Руфус все так же хранил молчание, теперь уже сам испытывая терпение братьев и не сводя зеленых глаз с Рокера. Сашка переводил взволнованный взгляд с одного на другого, не понимая, что между ними происходит, и боясь себе даже представить, чем все это может для них всех закончиться. Рокер мило улыбался, казался расслабленным и довольным жизнью, Руфус хмурился и о чем-то думал, продолжая сверлить молодого человека зелеными глазами. Затем, хмыкнув, Руфус перевел взгляд на Сашку и негромко сказал:
– Я хочу рассказать тебе…
– Нам, – тут же перебил его Рокер.
– Что? – не понял его император.
– Ты должен был сказать, что хочешь что-то рассказать нам. – Рокер твердо и с вызовом смотрел на Руфуса.
Сашка даже перестал дышать. Он всей кожей ощущал, как накалился воздух вокруг, и видел, как напрягся его брат, сжав кулаки. Руфус прищурился и поджал губы. Потом вдруг опустил голову, глядя на свои сцепленные в замок пальцы рук, лежащие на коленях, и тихо произнес то, чего никто от него не ожидал в этот момент:
– Простите.
– Что ж, император, мы сравняли счет, и теперь мы… – Рокер сделал акцент на последнем слове. – Мы очень внимательно слушаем тебя.
Что-то во взгляде императора изменилось, лицо разгладилось… Руфус мягко улыбнулся братьям и продолжил:
– Я хочу рассказать вам одну историю, а выводы вы уже сделаете сами. Только вот правильными они будут или…
– Давай без «или», император, – спокойно произнес Рокер, почему-то с жалостью глядя на сидящего перед ними мужчину. – Выводы будут правильными, и в этом ты сможешь убедиться лично. Так что кончай выпендриваться и доказывать, какой ты тут крутой. Мы это и так поняли по
Сашка все это время молчал и не шевелился, его брат явно еще не успокоился и никак не мог простить эту детскую обиду императору. Рокер перегибал палку. Он как будто испытывал терпение Руфуса, не давая ему спуску, вынуждая его разозлиться и вспылить. Сашка видел, что императору стоит немалых усилий все время сдерживаться. Он понимал, что так задело Рокера, но вот поведение Руфуса его ставило в тупик.
– Хорошо, – с нажимом произнес император и закрыл глаза, стараясь успокоиться и взять себя в руки. – Даже не знаю, с чего и начать.
– Рокер, замолчи наконец! – быстро сказал Сашка, когда заметил, что его брат уже открыл рот, чтобы объяснить Руфусу, с чего именно ему следует начать свой рассказ.
– Чего ты! Я просто хотел попросить императора рассказать…
– Рокер, не надо.
Сашка смотрел на брата и видел, какие чертенята прыгают в его карих глазах. Рокер задорно улыбнулся.
– Сашка, я всего лишь хотел попросить императора начать свой рассказ с того… – Рокер перевел свой взгляд на Руфуса. – С того, что вы, парни, между собой не поделили и как довели этот мир до такого плачевного состояния.
Рокер смотрел уже очень серьезно в широко распахнутые зеленые глаза императора, в которых сейчас бушевала буря.
– Что ты себе… – Император начал подниматься со своего кресла, но что-то во взгляде вампира его остановило. Он как-то слишком быстро успокоился, уселся назад и первым отвел глаза. Снова сцепив пальцы, он сложил руки на колени и, не поднимая головы, тихо начал свой рассказ: – Ты прав, Рокер. – Император впервые кого-то из них назвал по имени. – Ты прав. Это я виноват в том, что наш мир умирает. Это только моя вина.
– Ну, я бы не стал так сразу винить во всем только себя, – спокойно и без малейшей издевки в голосе произнес Рокер. – Император, просто расскажи нам все, а там Сашка уже сделает выводы, и, может быть, мы сможем помочь.
Руфус грустно улыбнулся.
– Мы с братьями правили уже более девяти сотен лет, и скоро должен был наступить момент, которого все императоры боялись больше всего на свете. – Руфус замолчал, а Сашка напрягся, ожидая, что сейчас может сморозить его брат. Но Рокер хранил молчание и, не отрываясь, смотрел на Руфуса. – С ужасом мы ожидали появления той, кто станет матерью следующей тройни правителей.
Руфус перевел взгляд на картину и несколько минут молча смотрел на нее. Сашка заметил, сколько тоски и боли было в его глазах. Затем на пухлых губах императора появилась теплая и нежная улыбка, и, все так же не отрывая глаз от картины, Руфус вдруг спросил:
– Вы знаете, что по закону императоры не имеют права искать своих истинных в течение всего срока правления?
– Да, Ирэн просветила нас. Но так и не смогла объяснить почему, – ответил ему Сашка.
– Все просто. Мы сами не хотели этого, ведь матерью следующей тройни императоров становилась истинная одного из нас, – с грустью в голосе сказал Руфус.