Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Гордей Гордеевич, сидевший со своей старухой на отшибе, поднял белую кружечку:

— За ту вдову, что хотела пана в болоте утопить!

— И за то, — подхватила Марта, — чтоб никогда больше женщины не вдовели!

Где-то поблизости долбил дятел, не затихали ключи в роднике. Маруханка затянула старинную полещанскую песню «Гомiн, гомiн по дiбровi», и сразу откликнулась вся опушка. Заслушалось Вдовье болото, над которым одиноко кружил белый мотылек — предвестник теплого лета.

…Когда возвращались вечером домой, Евгений взял Карпа под руку: «А ты знаешь, я, кажется, ее видел…» Карп сразу понял, о ком идет речь, и боязливо взглянул на свою Марийку. Он, Карп-великан, побаивался своей ревнивой женушки. Выслушав Евгения, он продолжал шагать спокойно и невозмутимо… Голубые озера зацветающего льна слились с небом. А слева рожь шептала что-то ласковое, отбросив от себя на дорогу

последние тени.

Вдовье болото покрывалось туманом, из лесу выползли сумерки. Шайба пришел поздно и уже никого не застал на болоте. Он посчитал просеки, по которым должны пройти отводные каналы, и остановился на дороге мрачный, насупленный, как сами сумерки.

— Ага, хотят спустить воду в Уборть, а Уборть воды не примет. — Он громко засмеялся. — Вы еще придете к Шайбе!

Хохот прокатился по лесу и отозвался прерывистым женским смехом в другом конце болота.

— Вдова!..

Шайба даже услыхал, как она захлюпала босыми ногами по грязи, как засветила огненными глазами… Чуть было не бросился бежать, но сдержался и в сердцах сплюнул: «Что я, что я? Еще чего недоставало? Однако кто бы это мог быть?» Не знал, бедняга, что это смеялась Зоя какой-то Порошиной шутке, возвращаясь домой, а огонек, который показался Шайбе глазами вдовы, зажег Кондрат Калитка, чтоб закурить папиросу.

В село брел напрямик, через рожь, по той тайной тропке, которую вытоптала, верно, тетя Фрося, пробираясь в лес за грибами. Кто-то шептал ему вслед: «Шайба, Шайба…» Оглянулся — нет никого. Это шелестит рожь. Промок от росы, чувствовал себя усталым, но духом не падал. Прислушивался к далекой дружной песне и думал: «Пойте, пойте… Теперь не вы, нет, я подам большую идею!» Вспомнил землемера Неходу, о котором много наслышался от своего покойного отца. Думал: «Вы хотите осушить одно Вдовье болото, а я осушу все болота сразу. Я восстановлю всю Замысловичскую систему, которую когда-то называли „Золотой жилой“. Не кто иной — я подам райкому эту идею. Вот как! И тогда обо мне пойдет слава по Полесью, как ходила когда-то о землемере Неходе…»

…Тем временем профессор Живан, совсем не думая о славе, уходил в глубь девственных лесов. Чтобы не быть одиноким в этом трудном путешествии и кое-что привезти из него (Живан по-прежнему любил собирать травы), он попросил в Замысловичах коня. Ему не только дали лучшего коня, но снарядили в дорогу так, как снаряжают путника, который должен открыть новые земли…

Золотая жила

Живан вел навьюченного коня в поводу и не сводил глаз с широкого старого канала, поросшего боярышником, лозой и всяким ползучим зельем, в котором лениво шуршали ужи. Вот один выглянул из-за коряги и скрылся. Это, должно быть, гадюка. Живан обошел корягу, но скоро и в другом месте увидел такую же злую змеиную голову. Встретился с ее острым настороженным взглядом и переборол его. Гадюка спряталась, а у него дрожь прошла по спине. Конь, прядая ушами, ступал осторожнее и вдруг уперся ногами и захрапел. Неужто испугался змеиного взгляда? Дернул повод: «Ну, ну, Орлик, не балуй!» Но конь еще больше подался назад. Его пылающие глаза косили в лес. Скоро и до слуха Живана донесся легкий треск, а через минуту из чащи выбежало стадо диких коз. Одни легко перепрыгнули через канал и снова скрылись в лесу, другие — среди них и старый козел, — растерявшись, шмыгнули в сторону. Живан бросил козлу вдогонку: «Хе-хе-хе! Смалодушничал, побоялся прыгнуть, старый цап!» Тут как бы сами собой раздвинулись ветви черемухи, и навстречу Живану вышел древний лесник.

— Откуда вы? — поинтересовался Живан.

— А ты мне спрос? Если не спрос, то скажу. — Лесник нахмурил тяжелые и без того нависшие брови и повел вокруг рожком. — Вот из этих лесов…

— А какое тут село?

— Мое село. Троща. А ты откуда, сынок?

— Из Замысловичей, — смутился Живан от слова «сынок».

— Я когда-то бывал в твоих Замысловичах.

Лесник уселся на поваленную ветром березу, положил на колени рожок. Потом снял фуражку и вытер рукавом белую, как березовая кора, голову. Живан присел рядом. Конь стоял смирно, словно тоже приготовился слушать.

— Бывал, бывал, — грустно покачал головой лесник. — Когда паны эту нечистую силу делали. — Он показал на канал. — Я тогда жерди для вешек носил землемеру Неходе. А старшие — с кайлами и лопатами. Эх, и натрудились мужики! За бесценок в болоте гнили, думали, что это для нас, что и с наших нивок канал лишнюю воду заберет. Землемер Нехода так и говорил: «Трудитесь, люди! Подсохнут и наши нивки, и мы заживем другой жизнью. А потом заберем у господ ту земельку, которую

высушим, тогда совсем хорошо будет». Оно и стало хорошо, только не мужикам, а панам. Сгнила моя молодость в этой канаве, эх, сгнила! С тех пор никак не могу оправиться. Видишь, каких сучков наделал ревматизм? — он показал на свои руки. — Землемер Нехода тоже добра не нажил. А ученый, очень славный был человек. И вот ведь: выбился из простых людей. В науку выбился, а добра не нажил ни нам, ни себе. А паны нажились на нашем труде. День и ночь шел лес по этому каналу в Припять, а оттуда в Днепр. Высохли окрестные болота, и заколосились хлебом, буйное сено выросло на лугах. И люди назвали этот канал «Золотой жилой». Только так длилось недолго. Скоро «Золотая жила» омертвела. За каналом никто не глядел, не чистил, потому что каждый тогда болел только за свое, и скоро канал обмелел, затянулся гнилой водой и так и стоит до сих пор. А жаль! Панов уже сколько времени нет? Пусть бы этот канал потрудился на тех, кто его выкопал. Никто не хочет взяться… Видно, нет теперь таких смелых людей, как Нехода…

Живану вспомнился пропахший старыми бумагами областной архив, в котором он побывал перед своим приездом в Замысловичи. Архивариус, суровый пожелтевший старикан в пенсне, каким-то чудом сохранившийся вместе с архивом еще с губернских времен, тоже не забыл напомнить о землемере Неходе. «Обратите внимание на землемера Неходу, — сказал он. — Это все его труды».

Живан не хотел преуменьшать роль генерала Жилинского — зачинателя мелиоративных работ на Полесье, но землемер Нехода на старой Волыни был его достойным сподвижником. Всю черновую работу выполнял он. В те времена все писалось от руки, и Живану бросилась в глаза целая коллекция утонченных почерков. Почерк у землемера Неходы был простоватый, размашистый, без виртуозных закавычек, густо украшавших другие бумаги. Так же прост был Нехода в обращении. Письмо генералу Жилинскому из Пержанской Рудни в Петербург написано с искренностью и простотой: «Работы много, но выручают длинные погожие дни. Стараюсь изо всех сил. Надеюсь, что этим летом мной будет сделано…» Сохранились записные книжки Неходы. В каждой — бесконечные столбы мертвых, пока что ничего не говорящих цифр. Для каждой такой цифры, для каждой такой записи надо было перенести на новую точку теодолит, сделать новые замеры. Но вот цифры ожили, превратились в линии, показали профиль канала. Надо было исходить сотни километров. И на каждом шагу — Нехода, Нехода, Нехода. Его цифры, его линии, его тревожные письма. Тяжело приходилось строителям. Земство не очень верило в этот большой замысел, скупилось, колебалось. В записке замысловичского графа значилось: «Жертвую пока что 40 рублей». Сорок рублей на 67 километров водной магистрали! В то же время в карты проигрывались тысячи. Но разведка сделана, план составлен. Начинается строительство канала. И опять все нити тянутся к Неходе. И за все это — никакой благодарности. Живан разыскал его памятник на городском кладбище.

Это была серая гранитная плита, пронзенная белым мраморным столбиком с насечками. Столбик символизировал веху землемеров. На плите высечено: «Ты тщетно заблуждался в суете своей». Эта выходка земства звучала как упрек простому человеку за его мечты о земле и должна была предостерегать других от попытки сделать землю народным достоянием.

Землемер Нехода… Судьба словно посмеялась над ним. Кто исходил больше, чем землемер Нехода? Не сытым господам, разъезжавшим на тройках, а ему была дорога эта земля, им исхоженная, им измеренная, им возвращенная к жизни.

Живан не был мелиоратором. Всю свою жизнь он увлекался луговодством, кормовыми травами и прежде всего люцерной. Еще задолго до войны он вывел знаменитый сорт люцерны, — и по сей день Живана хорошо помнят в селе Некраши, где он пестовал свою люцерну, за что и получил звание профессора. Но он никогда не замыкался в одном луговодстве. Узнав о старой Замысловичской системе, Живан не только откопал все, что было о ней в архивах, но решил лично побывать на месте и выяснить ее пригодность. Он знал, что мелиораторов мало, дел у них много, и всегда ценил их труд. Это они создают новые луга, великолепные пастбища, из-под гнилья добывают плодородную землю.

Слушая рассказ старого лесника, Живан почувствовал, что он принялся за очень нужное дело. И все-таки он возвращался в Замысловичи не столько мелиоратором, сколько луговодом. Его конь, кроме седока, сравнительно легкого, должен был везти еще целый мешок разных трав и кореньев.

Недалеко от Замысловичей ему повстречался перепачканный усталый Шайба, одиноко плетущийся по глухой лесной просеке.

— Откуда так рано, Максим Минович?

— На рыбку ходил.

— А где же рыбка?

— Не ловится.

Поделиться:
Популярные книги

Князь Мещерский

Дроздов Анатолий Федорович
3. Зауряд-врач
Фантастика:
альтернативная история
8.35
рейтинг книги
Князь Мещерский

Сила рода. Том 3

Вяч Павел
2. Претендент
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
6.17
рейтинг книги
Сила рода. Том 3

Вечный. Книга VI

Рокотов Алексей
6. Вечный
Фантастика:
рпг
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Вечный. Книга VI

Проводник

Кораблев Родион
2. Другая сторона
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
7.41
рейтинг книги
Проводник

Наследница долины Рейн

Арниева Юлия
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Наследница долины Рейн

Боярышня Дуняша

Меллер Юлия Викторовна
1. Боярышня
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Боярышня Дуняша

Один на миллион. Трилогия

Земляной Андрей Борисович
Один на миллион
Фантастика:
боевая фантастика
8.95
рейтинг книги
Один на миллион. Трилогия

Аргумент барона Бронина 3

Ковальчук Олег Валентинович
3. Аргумент барона Бронина
Фантастика:
попаданцы
аниме
сказочная фантастика
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Аргумент барона Бронина 3

Боги, пиво и дурак. Том 3

Горина Юлия Николаевна
3. Боги, пиво и дурак
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Боги, пиво и дурак. Том 3

Черный Маг Императора 6

Герда Александр
6. Черный маг императора
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
7.00
рейтинг книги
Черный Маг Императора 6

Запрещенная реальность. Том 2

Головачев Василий Васильевич
Шедевры отечественной фантастики
Фантастика:
боевая фантастика
альтернативная история
7.17
рейтинг книги
Запрещенная реальность. Том 2

Интернет-журнал "Домашняя лаборатория", 2007 №6

Журнал «Домашняя лаборатория»
Дом и Семья:
хобби и ремесла
сделай сам
5.00
рейтинг книги
Интернет-журнал Домашняя лаборатория, 2007 №6

Локки 5. Потомок бога

Решетов Евгений Валерьевич
5. Локки
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Локки 5. Потомок бога

Убивать чтобы жить 5

Бор Жорж
5. УЧЖ
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Убивать чтобы жить 5