Русские народные говоры
Шрифт:
Однако такого совпадения границ распространения отдельных диалектных явлений в говорах современного русского языка почти не встречается. Чаще возможно установить перекрещивание этих границ и постепенный переход от одной диалектной группы к другой. Это обстоятельство привело к тому, что некоторые лингвисты пытались вообще отрицать наличие русских диалектов, признавая при этом существование лишь отдельных диалектных особенностей в русском языке. Однако эти попытки не могут считаться верными. Дело заключается в том, что и при наличии перекрещивающихся, не совпадающих друг с другом границ распространения отдельных диалектных особенностей все же возможно установить так называемый «пучок изоглосс», т. е. определенную совокупность явлений, характеризующих диалекты на данной территории. Диалектные явления не существуют отдельно друг от друга и в отрыве от системы языка, они всегда связаны с иными диалектными явлениями и входят в общую систему языка. Совокупность диалектных явлений на той или иной территории, отличная от совокупности иных явлений на другой территории, дает возможность утверждать наличие определенного диалекта, распространенного именно на этой территории и отличающегося от диалекта, распространенного на иной территории.
Таким образом, нельзя отрицать наличия диалектов в русском языке, но вместе с тем надо видеть и то, что возможная в прошлом более или менее четкая обособленность
Диалекты русского языка и их особенности
Как уже говорилось, все современные русские говоры делятся на два основных наречия — на северновеликорусское и южновеликорусское. Языковая противопоставленность этих наречий совпадает и с противопоставленностью этнографической: с различиями в постройках, домашней утвари, одежде и т. п. Это дает возможность говорить о двух этнических группах русского населения — северной и южной.
Однако северновеликорусское и южновеликорусское наречия не граничат одно с другим непосредственно; между ними узкой полосой располагаются средневеликорусские переходные говоры, возникшие в относительно более поздний исторический период.
Северновеликорусское и южновеликорусское наречия различаются по целому ряду признаков. Средневеликорусские говоры по одним чертам сближаются с северновеликорусскими, отличаясь от южновеликорусских, а по иным — сближаются с южновеликорусским наречием, отличаясь от северновеликорусского. В то же время внутри северновеликорусского и южновеликорусского наречий, а также внутри средневеликорусских говоров можно установить наличие разных диалектных групп, отличающихся друг от друга рядом специфических черт.
Рассмотрим каждое наречие русского языка и средневеликорусские говоры в отдельности и попробуем установить те основные диалектные особенности, которые им присущи.
1. Северновеликорусское наречие
Это наречие распространено в северных областях Европейской части СССР, начиная от побережий Баренцова и Белого морей и доходя на юге почти до Москвы (южная граница северновеликорусского наречия проходит в 70 километрах от Москвы, в районе Загорска). Кроме того, северновеликорусские говоры распространены на Урале и в Сибири. Правда, сибирские говоры находятся в несколько особом положении по сравнению с иными северновеликорусскими говорами [15] .
Конечно, трудно даже предположить, что на всем этом огромном пространстве бытуют совершенно одинаковые говоры. Однако при всех отличиях отдельных говоров или их групп между собой они объединяются (и могут быть объединены) в одно северновеликорусское наречие, потому что в структуре всех их есть целый ряд таких признаков, которые являются общими для всех этих говоров, есть ряд таких признаков, которые отличают любой северновеликорусский говор от южновеликорусского или средневеликорусского говоров. Кроме того, есть в этих говорах и такие признаки, совокупность которых является характерной именно для северновеликорусского наречия, хотя, отдельно взятые, эти черты могут наличествовать и в южновеликорусском наречии, и в средневеликорусских говорах.
Какими же чертами объединяются все северновеликорусские говоры в одно наречие?
В области фонетики такой чертой прежде всего является оканье. Оканье — это различение в произношении гласных а и о в первом предударном слоге после твердых согласных, или отсутствие совпадения этих гласных в данном положении в одном звуке. Во всех северновеликорусских говорах произносят, с одной стороны, вода, пошла, ворона, т. е. с сохранением о без ударения; а с другой — дала, трава, стар’ик, т. е. с сохранением а без ударения. Важно подчеркнуть, что при оканье нет совпадения а и о в одном о, а есть различение их в первом предударном слоге. Правда, в говорах иногда встречаются факты произношения о на месте исконного а, типа трова, дола и др., но они представляются исключениями, большей частью вполне объяснимыми или явлениями фонетического уподобления звуков, или процессами исторического развития языка, а потому они только подтверждают общее правило различения о и а в указанном положении [16] . Любой северновеликорусский говор является говором окающим, и по наличию этой одной черты возможно определить общий характер данного говора, так как она свойственна лишь северновеликорусскому наречию.
16
См. подробнее Р. И. Аванесов, Очерки русской диалектологии, Учпедгиз, 1954, стр. 64. См. также интересную статью В. К. Чичагова о слове забота — зобота. «Ученые записки МГУ», «Труды кафедры русского языка», вып. 137, кн. 2, 1948, стр. 116—121.
Однако различение гласных о и а может быть не только в первом предударном слоге, но и в остальных безударных слогах. При наличии такого различения говорят, что данный говор характеризуется полным оканьем в отличие от неполного оканья в иных окающих говорах, где во всех безударных слогах, кроме первого предударного, а и о совпадают в одном звуке — в редуцированном гласном среднего подъема среднего ряда — ъ. Следовательно, если в каком-либо говоре произносят не только вода — дала, но и молоток — маловато, молодой — стар’ика, выбор — выдал, с’ено — с’ена,
Если сравнить произношение данных звуков в неполноокающих говорах и в литературном русском языке, то окажется, что эти говоры и литературный язык будут отличаться друг от друга по явлениям первого предударного слога (так как в литературном языке в данном положении на месте о и а произносится одно а), но будут совпадать по явлениям в остальных безударных слогах, ибо как в неполноокающих говорах, так и в литературном русском языке гласные о и а во всех безударных слогах, кроме первого предударного, совпадают в одном звуке ъ.
Таким образом, по явлению оканья все северновеликорусские говоры объединяются между собой полностью, а по явлениям полного и неполного оканья отдельные северновеликорусские говоры различаются. Причем полное оканье свойственно большинству северновеликорусских говоров, а неполное лишь одной их группе — Владимирско-Поволжским говорам.
Приблизительно так же обстоит дело и с произношением гласных неверхнего подъема в безударных слогах после мягких согласных [17] . В первом предударном слоге для северновеликорусских говоров характерно также различение звуков а, о, е в данном положении: иногда различаются все три звука (ср. н’осу, р’ека, п’атак); иногда только два (ср. н’осу, р’ока и п’атак); могут быть и иные комбинации; и только редко эти три звука совпадают в одном е — это так называемое «еканье» (ср. н’есу, р’ека, п’етак). Однако «еканье» — это черта не специфически северная, так как она встречается и в средневеликорусских говорах, т. е. она может совмещаться и с оканьем после твердых согласных, и с аканьем. В остальных безударных слогах звуки а, о, е в говорах с полным оканьем могут различаться полностью или частично (ср. п’отрова, п’етуха, п’атака; или: п’отрова — п’отуха, но п’атака и т. д.). В неполноокающих же говорах эти три звука могут совпадать в одном редуцированном гласном среднего ряда средне-верхнего подъема ь, а иногда в и (п’ьтрова — п’ьтуха — п’ьтака; или: п’итрова — п’итуха — п’атака), т. е. в этом положении неполноокающие говоры сближаются с литературным русским языком, где в указанном положении произносится ь, и с южновеликорусскими и средневеликорусскими говорами, в которых наблюдается такое же произношение звуков в описываемом положении, что и в неполноокающих говорах.
17
Вообще надо сказать, что при характеристике изменений гласных звуков в русских говорах важно обратить внимание на звуки неверхнего подъема а, о, е и в некоторых говорах еще о и е закрытые, так как именно они подвергаются большим изменениям, тогда как гласные верхнего подъема и, у, ы большей частью сохраняются в произношении без изменений.
В области согласных звуков все северновеликорусские говоры объединяются между собой по наличию в них г взрывного образования (как и в литературном русском языке), т. е. в северновеликорусских говорах произносят гус’, нога, горот, рогу и т. д. Правда, в некоторых северновеликорусских говорах (например, в Олонецких) есть и звук — звук г фрикативного образования, характерный для южновеликорусских говоров [18] . Однако это в Олонецких говорах произносится лишь в определенных положениях: чаще всего в окончании родительного падежа единственного числа прилагательных и неличных местоимений мужского и среднего рода: красноо, с’ин’ео, мойео, коо и т. д., а иногда в положении между гласными: поост, ноой и т. п. Но в то же время во всех остальных случаях в тех же Олонецких говорах произносится г. Поэтому является не типичной чертой данных говоров, а представляет собой определенное исключение из правила.
18
Фрикативное г было известно в некоторых категориях слов и литературному русскому языку в недавнем прошлом, а иногда оно сохраняется и в современном литературном произношении. См. Р. И. Аванесов, Русское литературное произношение, Учпедгиз, 1954, стр. 57.