Рядовой. Назад в СССР. Книга 1
Шрифт:
Честно говоря, мне стало смешно.
Все остальные, затаив дыхание, просто наблюдали за происходящим.
– Избил?! – усмехнувшись, произнес я, указывая на Юру. – Да вы взгляните на него. Он же в полтора раза больше и явно сильнее. Я кроме шахмат, другого спорта и не знаю даже. Как я мог побить такого амбала, да еще и на призывном пункте?
– Слон и Моська! – брякнул кто-то из патрульных.
Лейтенант неуверенно обернулся к Коньякову, чтобы убедиться в моих словах. Разница, конечно же, была очевидной. Да и самодовольное выражение лица отморозка
– Кто может подтвердить твои слова? – это было адресовано мне.
– Никто. Там был только я, сам Коньяков и его дружки! – ответил я. Офицер явно перегибал палку – может, хотел в милиции работать, а его только в комендатуру и взяли?
– В таком случае, пройдемте! – вдруг произнес он.
– Да вы что, товарищ лейтенант? – твердо произнес я, абсолютно уверенный в своих словах. – Очевидно же, этот здоровяк просто перегрелся на солнце. Вон, жара какая сегодня, плюс тридцать девять. Ему и показалось. Что я, больной на троих бросаться? Тем более на тех, что старше меня. Да вы посмотрите, здоровый кабан, а мышцы какие… А я что?
Конечно же, я издевался – только тупой как пробка Коньяков этого не понимал. А вот лейтенант просек мой настрой.
– Так, а ну, кулаки покажи… – потребовал он, строго глядя в мою сторону.
Я с чистым сердцем показал ему кулаки, на которых не было абсолютно никаких следов сбитых в драке костяшек. Ну еще бы, я же Коньякова не бил… Только немного приложил об асфальт и скрутил в болевом приеме. Но лейтенант почему-то смотреть на мои кулаки не стал, видимо, все понял с первого взгляда. Он зачем-то схватился за висящий на боку планшет и произнес:
– Так, вот что… Пройдемте, поговорим в другом месте!
– Куда?
Ему мешала толпа зрителей, ведь по сути ситуация была глупой. Вот и намеревался все решить без посторонних. Это меня сразу насторожило.
– Пройдемте!
– Да что он сделал-то? – вступился за меня Смирнов. Оба патрульных ефрейтора заметно напряглись. – Дал сдачи этому дураку? Так он всегда сам себе приключения на одно место ищет, а когда сдачи получит, бежит жаловаться.
Но начальник патруля был настойчив. Снова озвучил требование.
– Хорошо, как скажете! – выдохнув, отозвался я, а затем добавил: – Кстати, согласно уставу, вы обязаны представиться!
– Что?
– Ваше звание и фамилия.
Наверное, меня бы действительно увели, а Коньяков от души порадовался, но вдруг появился уже знакомый мне капитан Игнатьев. Он как раз вышел из здания штаба с дипломатом в руке. Наверняка какие-то документы на будущее молодое пополнение.
– Товарищ лейтенант, разрешите вас? – громко произнес он, обращаясь к младшему офицеру.
– Что?
– Сюда подойдите! – командный голос у Игнатьева был поставлен хорошо.
Лейтенант хотя и был младше званием, однако находился в суточном гарнизонном наряде и исполнял обязанности начальника патруля, поэтому мог не выполнять иные команды старших по званию. Но все-таки
Игнатьев привычным жестом достал из нагрудного кармана ксиву, в раскрытом виде предъявил ее начальнику патруля. Тот заглянул внутрь, почти сразу как-то неестественно выпрямился, замер, изменился в лице. Игнатьев тихим голосом бросил ему пару фраз, после чего лейтенант несколько раз кивнул, выполнил воинское приветствие и повернулся к своим подопечным.
– За мной.
– А как же этот? – один из патрульных растерянно кивнул на меня.
– Глухой, что ли, Ефремов? За мной, шагом марш! – разозлился молодой лейтенант.
– Эй, как же… Вы что, его не заберете? – возмутился изумленный Коньяков, растерянно глядя то на меня, то на лейтенанта. Но тот лишь отмахнулся от него.
И тогда Юрка посмотрел на меня злобным взглядом.
– Ты еще пожалеешь! Максимка!
– Ага, жду не дождусь! – усмехнулся я, прекрасно понимая, что ничего он мне не сделает. Кишка тонка, опять пустое сотрясание воздуха – попытка справиться с очередным обломом. Дважды опозорился за последние пару часов.
Капитан Игнатьев не стал дожидаться окончания концерта, он просто убрал ксиву и отправился по своим делам. Когда я вновь обратил внимание на офицера, того уже не было в поле зрения.
Когда стало спокойнее, парни начали с азартом обсуждать произошедшее между собой. Само собой, они мало что поняли – выглядело так, будто капитан осадил молодого лейтенанта, продемонстрировав превосходство по старшинству. Но на самом деле дело обстояло иначе, ему просто указали его место и сказали не вмешиваться. Все-таки ГРУ – это не плюшки со стола тырить…
Игнатьев и впрямь был оттуда, аббревиатура из трех букв. Чувствую, я с ним еще встречусь, но уже при других обстоятельствах.
Про голод все забыли, обсуждая произошедшее. Юрку тут знал только Смирнов и сейчас он объяснял остальным, что это за скотина. Пародия на человека, каких много.
– Э! Кто такие? – вдруг послышался грозный голос с характерным акцентом.
Оказалось, что пока происходила вся эта ерунда с патрулем, вниз по ступенькам спустился дежурный по столовой – прапорщик, сугубо армянской наружности. Невысокий, но очень коренастый. Форма засалена, помята. Сапоги хоть и чистые, но судя по всему, гуталина на них не было уже давно. На руке красная повязка с белой надписью «Дежурный по столовой». Сунув крепкие, поросшие черными волосами руки в растянутые карманы, он смотрел на нас с недоумением.
– Нам бы это… в столовую! – торопливо брякнул Женька, обернувшись к остальным за поддержкой.
– Зачем?
– Обед, вроде… Что за глупый вопрос?
– Кто тут глупый? – надулся как индюк прапор, осмотрев нас с какой-то раздраженностью. Видно было, что как человек он ну очень противный. – Сначала строй организовать надо. А то пришли, как стадо обезьян! Внешний вид в порядок привести. Форма одежды где? Доклад? Старший команды где?
– Нет его.
– Тогда свободны!
– Ну и что там теперь, голодными ходить?