Секрет черной книги
Шрифт:
– Ты слышал, у Рогожкиных горе? Старший сын помер.
– Как помер? – ахнул Иван и перекрестился. – Я ж только вчера его видал, когда возвращался.
– А вот так и помер, минувшей ночью. Утром будят его, не добудятся, а он весь холодный лежит. А на устах – улыбка счастливая, будто увидал чего радостное.
С недавних пор на деревню будто мор напал, который косил молодых, полных сил парней. Троих уже не стало. Утром ложились, как все, спать, а утром родные обнаруживали их мертвыми в своих постелях, со
– Ах ты ж, господи, – прошептал Иван и покосился на Марфу, которая месила тесто для пирога и разговор, похоже, не слышала. – Тише говори, не тревожь мне жену.
– Люди сказывают, что все дело рук мертвеца – колдуна.
– Да неужто он? – недоверчиво спросил Иван и невольно поежился, потому что разговор этот его пугал. Лукерья еще раньше поведала ему, что местные мужики после смерти первых двух парней отправились к колдуну в логово и обнаружили там уже его бездыханное тело, которое пролежало не один, похоже, день. Похоронили колдуна там же, у мельницы, подрезав, как водится, пятки, чтобы не вставал по ночам из могилы, и уложив тело ничком. Да, видно, мало этого оказалось.
– Люди говорят, что надо звать сведущего в этом деле, а то так и будет колдун души молодцов наших забирать. Мне с ним не сладить. Отправили за помощью аж в соседнюю губернию, говорят, там есть один ведун. Вся надежда на него, что отвадит проклятого мертвеца. Даже если цену высокую запросит, отдадим.
Лукерья ушла, а Иван еще долго думал над тем, не по его ли вине мертвец восстает из могилы и морит молодых парней? А вдруг колдун ищет свою книгу? Избавиться нужно от нее, избавиться…
Расследование Влад решил начать с пансионата: его гостья оказалась особой скрытной, сообщила ему только то, что посчитала нужным, и в общих чертах, оставив вопросов куда больше, чем ответов. Ох, расспросить бы ее подробно, но Влад не был уверен в том, что она расскажет ему все как на духу. Сама ведь сказала, что не знает историю книги. Да и энергии и сил на такой «диалог», инициатором которого будет выступать он, а не старушка, уйдет куда больше, чем на сборы информации обычным путем – расспросами и сопоставлением фактов. Влад рассудил, что для полноты картины ему необходимо узнать и о самой «заказчице» как можно больше. Поэтому, вернувшись от девицы к себе домой, он привел себя в порядок и, перекусив бутербродом, поехал в пансионат.
Внутрь его пропустили, но заставили ожидать у входа. Пока охранник названивал кому-то по телефону, Влад скучающе рассматривал потолок с лепниной, оставшейся еще с тех времен, когда особняк принадлежал помещику Ягодину. В ремонт этого дома, похоже, вложили немало денег – и не столько в материалы, сколько в дизайнеров и реставраторов, обязанных не только сохранить и восстановить первоначальный стиль, но и умело вписать в него современные удобства. Влад знал и про маменьку богатея Варенникова – когда-то об этой истории трубили все газеты. А что, молодец он, этот олигарх: создал для стариков очень даже неплохие условия. Страшно подумать, во сколько обходится здесь проживание, дети этих стариков должны быть уж точно небедными людьми. Впрочем, Влад слышал и другую версию: что часть оплаты на содержание особняка и его обитателей идет из кармана
– Здравствуйте! – услышал Влад за своей спиной и повернулся на голос. В двух шагах от него стояла молодая женщина с мелко завитыми блондинистыми волосами, одетая в плотно обтягивающую ее полную фигуру медицинскую форму. Лицо ее было приятным и радушным, хоть и поздоровалась она с Владом без улыбки.
– Здравствуйте, – поздоровался он и чуть поклонился.
– Вы к кому-то? Посещения у нас разрешены с…
– Да-да, я знаю, – с вежливой улыбкой перебил Влад женщину. – Но мне нужны именно вы.
– Я? – удивилась служащая, подняв аккуратно выщипанные брови.
– Я хотел бы поговорить с вами об одной постоялице – Валентине Кузьминичне.
Гладкое, неброско накрашенное лицо женщины вдруг приняло испуганное выражение, рот ее округлился, словно она собиралась произнести букву «о». Но уже через мгновение, взяв себя в руки, служащая ответила неожиданно резким тоном:
– А вы ей кто? Родственник?
– Нет. Где мы можем с вами поговорить?
– Нигде, пока вы не объясните свой интерес. Это частное заведение, мы обязуемся не разглашать информацию о наших постояльцах…
– Понимаю, – вздохнул он, досадуя на себя за то, что где-то дал маху и разговор рискует пойти не так, как он рассчитывал. – Как вас зовут?
– Алевтина, – хмуро ответила женщина.
– Очень приятно, Алевтина. Я – Влад. Могу поговорить тогда с кем-то из руководства?
Алевтина замялась, видимо решая, отказать ли этому посетителю и умолчать о его визите или все же проводить к руководству и пусть уж там с ним разбираются. Влад терпеливо ждал, прикидывая другие варианты добиться своего в случае отказа.
– Хорошо, – сдалась служащая. – Ждите меня здесь. Как вас полностью представить? И вы так и не ответили, с какой целью интересуетесь нашей бывшей постоялицей.
– Моя фамилия Колосов. Влад Колосов, так и представьте. А интерес – личный, – ответил он с легкой улыбкой.
– Я ничего вам не обещаю, – сказала Алевтина и ушла по коридору.
В ожидании ее Влад рассматривал уже не лепнину, а картины на выкрашенных в небесно-голубой цвет стенах – пейзажи или бытовые сценки из сельской жизни позапрошлого века. «Прямо не коридор в доме престарелых, а картинная галерея», – подумал Влад и в этот момент увидел, как Алевтина выходит из одного кабинета, находящегося в конце коридора.
– Пойдемте, Светлана Алексеевна согласилась вас принять.
Светлана Алексеевна – это уже хорошо, это не какой-нибудь Иван Петрович. У Влада отлично получалось разговаривать с женщинами-начальницами – что на бывшей работе в компании, что в ЖЭКе, что в других учреждениях. Как-то ему удавалось подобрать ключик к их, казалось бы, неприступности.
Встретила его дама лет пятидесяти – не такая уж молодая, но активно молодящаяся. «Это хорошо», – отметил про себя Влад. Именно с такими дамами-начальницами у него и получалось найти общий язык. Улыбки, галантность, ненавязчивые комплименты, ввернутые в разговор умело и тонко, – его «оружие». Директриса пансионата вначале отнеслась к нему настороженно и на вопросы отвечала вопросами, пытаясь выяснить, откуда у Влада такой интерес к уже умершей Валентине Кузьминичне. Но, как бы там ни было, из кабинета он вышел с победой – с адресом.